— Вы мне угрожаете? — задала Ангелина наивный вопрос. — Зря… Нам есть о чем посплетничать наедине…
В ласковости интонаций Ангелины Стелла услышала скрытую опасность.
— Что еще вам от меня нужно?! — она красноречиво посмотрела на часы.
— Я не отниму у вас много времени, если вы перестанете юлить и откровенно поделитесь со мной тем, что связывает вас и отца Константина?
Глава 11
Стелла опешила, но, к ее чести, быстро совладала с закипевшими эмоциями. Махнув на все рукой, она плеснула себе новую порцию виски:
— У вас, уважаемая, конкретные вопросы или я должна покаяться перед вами, как перед священником, и рассказать долгую и поучительную историю моего знакомства с отцом Константином?
Ангелина открыла свою папку и, покопавшись среди бумаг, положила перед Стеллой нарисованный карандашом портрет целителя.
— Сначала проведем опознание, а то вдруг получится, как с вашим шофером, которого вы пытались выдать за сына. Этот человек — отец Константин?
— Естественно, — подтвердила Стелла. — А Катька недурственно рисует… Ей удалось передать исходящую от отца Константина кротость и благородство.
— Это частное мнение, — возразила Ангелина. — Лично я ощущаю опасность, будто нахожусь рядом с укрощенным, но голодным хищником. Никогда не предугадаешь, что взбредет ему в голову.
— Если зверь нападает, значит его вынудили напасть, — парировала Стелла. — Отец Константин — воин, а не зверь. Он избрал своим покровителем Григория Победоносца, разящего копьем змея и спасающего жизни людей, — гордо заявила Стелла.
— Однако святой великомученик Григорий безропотно принял на себя жестокий гнев императора Диоклетиана, защищая невинно убиенных христиан, за что впоследствии ему отрубили голову…
— Это обывательское заблуждение, основанное на косном восприятии библейских истин. Отец Константин проповедует иную религию и никогда не скрывает, что в его вере «подставлять обидчику вторую щеку» считается попустительством греху. В наш век существует альтернативное учение, гласящее: «Ненавидь врагов своих всем сердцем и, если кто-то ударил тебя по одной щеке, сокруши обидчика своего в его другую щеку! Сокруши весь бок его, ибо самосохранение есть высший закон!» — фанатично вещала Стелла.
— Вы собираетесь процитировать наизусть всю сатанинскую библию Лавея? — поинтересовалась Ангелина. — Конечно, можно было бы поспорить с вами о тонкостях теологии и теософии, но, желательно, в другой раз.
— Скажите, пожалуйста, нынче все агенты по недвижимости так: хорошо образованы, или мне исключительно повезло? — съязвила Стелла.
— Вам повезло, — успокоила ее Ангелина. — Обычные агенты недвижимости не интересуются подобными темами. Хотя, честно говоря, не понимаю, чем вашего могучего целителя не устроил в качестве покровителя святой мученик князь Константин, ведь церковь прославляет его в один день с Георгием Победоносцем, тем более, что ему тоже отрубили голову за преданность христианству?
— Что вы заладили — этому отрубили голову, тому отрубили голову?.. Какое это имеет отношение к отцу Константину?
— Самое прямое, — заверила Ангелина. — Катя рассказала мне о ночном поединке двух петухов, в котором белый одержал победу над пестрым. Ради чего вы устроили птичий бой?
— Не усматривайте в этом мистический смысл, — Стелла снова потянулась к виски, но Ангелина опередила ее и поставила бутылку в шкаф.
— Закончим разговор, и пейте сколько душе угодно. Итак…
— Предками отца Константина были братья Орловы. Да, те самые царские фавориты, — пояснила Стелла, заметив недоверие в глазах собеседницы. — Граф Алексей Григорьевич Орлов увлекался петушиными боями, для которых выписывал из Англии дорогих птиц и разводил в России, отслеживая родословную каждого петуха или курицы. На петушиные бои во дворце Орлова приглашались самые знатные вельможи, а ставки на победителя были порой колоссальными. Это истинно русское увлечение, и отец Константин хотел возродить былые традиции. Существовала целая наука выведения и подготовки боевой птицы. А в Москве существовало Общество петушиных охотников, объединявшее самую разнородную публику. В общество входили и знатные дворяне, и богатые купцы, но большинство составляли мещане, крестьяне из окрестных деревень, извозчики, студенты и мелкие чиновники. Общество сохраняло неофициальный, можно сказать, нелегальный, статус, среди его членов было не принято интересоваться ни фамилией, ни сословием, охотники знали друг друга преимущественно по прозвищам. Позже петушиные бои в России запретили, и совершенно напрасно. Кто хоть раз видел это зрелище, обязательно запомнит его:
Вот какие романтические строки посвятили смелым птицам французские поклонники петушиных боев. Бойцам же, как настоящим воинам, изготавливали специальное оружие: вокруг настоящей шпоры наматывали ленты, а поверх них на тонких кожаных ремешках укрепляли «держатель» из алюминия, в который вставляли обоюдоострое лезвие длиной ровно 52 миллиметра. Бои проводились в строжайшем соответствии с регламентом. Храбрецы, которым удавалось выстоять пять-шесть схваток, становились родителями молодых петушков. А побежденных отваривали в белом вине, украшали кольцами лука и приправами и подавали на стол после состязания.
— Дикость какая! — прокомментировала Ангелина. — Кровавое средневековье!
— Отнюдь нет, — возразила Стелла. — Только на первый взгляд может показаться, что звериные бои — наследие язычества. Однако даже в православном календаре существует день, после которого официально можно было устраивать подобные мероприятия…
— А причем здесь вы и отец Константин? Ваше мероприятие состоялось ровно в полночь в приватной, почти интимной, обстановке, без ставок, а соответственно без денежного интереса?..
— Не все в жизни нужно мерить деньгами. Существует много достойных эквивалентов: азарт, например. В Москве в ресторане «Узбекистан» сам Геращенко посещал петушиные бои. Он даже обещал привести на петушиное шоу своих внуков, желая, чтобы они посмотрели, «как надо пробиваться в жизни». Вот и мы с отцом Константином, если так можно выразиться, попробовали на вкус сие удовольствие, чтобы привить его на питерской почве.
— Ну и как оно на вкус? — зацепилась за слово Ангелина, имея в виду эпизод из рассказа Кати историю о том, как Стелла и отец Константин пили петушиную кровь.
— Забирает, — призналась Стелла. — Но я вообще человек азартный, с пол-оборота завожусь.
— Я правильно поняла, что ваше ночное шоу было абсолютно безвредным мероприятием, не имеющим ничего общего с магическими ритуалами жертвоприношения? — переспросила Ангелина.
— Безусловно! Но с чего вы взяли, что это было жертвоприношение? — возмутилась Стелла. — Разумеется, как я сразу не догадалась: опять Катькины инсинуации! В каких еще страшных злодеяниях обвинила меня эта неблагодарная лгунья?!
— Катя подгладывала за вами и отцом Константином в замочную скважину. Она подробно описала поединок петухов. После того, как пестрый петух был повержен, вы произнесли: «Наконец-то свершилось!» А целитель ответил: «Да! Теперь — наше время!»
— Ну и что?! — Стелла даже привстала от негодования. — Зрелище нас потрясло. Мы решили, что пора выходить на широкую публику и зарабатывать деньги. Отец Константин врачует за копейки, а тут подвернулся случай возродить традиции предков и сделать на этом неплохой бизнес.
Ангелина сочла аргумент достаточно разумным. Но, вспомнив нападение обезглавленной петушиной тушки, все же собралась с духом и спросила напрямую: