— Видимо, зря я это сделал. Что собираешься предпринять?
Так. Если она сейчас раскричится и обвинит меня в неоправданной жестокости, я с ней больше дел иметь никаких не буду. Если пожелает присоединиться и начнет упиваться чужой болью, тем более надо будет побыстрее от нее избавиться. Стереть память и все дела. Однозначно. Да и таланты ее меня несколько… напрягают.
Верия, внимательно осмотрев распластанного на столе пленника, накрытого ОЧЕНЬ качественной, практически идеальной иллюзией, слегка побледнела, но потом неожиданно прямо взглянула мне в глаза и четко проговорила:
— Просто хотела уточнить: тебе помощь нужна?
Я слегка расслабился.
— Нет, спасибо. Сам справлюсь.
— Ладно, — ничуть не расстроилась она. — Тогда пойду подыскивать место, куда можно спрятать труп.
После чего резко развернулась и направилась к выходу. На самом пороге, правда, обернулась, стрельнув в сторону пленника одним-единственным взглядом, после которого я проникся к маленькой актрисе искренним уважением, и нейтральным тоном добавила:
— Не задерживайся долго — я там травяной настой заварила. Будет жаль, если он остынет.
И только тогда ушла.
Я проводил ее гордо выпрямленную спину довольным взглядом, едва сдерживаясь, чтобы не расхохотаться. Во дает… кремень, а не девка! Про иллюзию не поняла, «развороченное» нутро «светлого» рассмотрела в подробностях, зрелищем разлитой вокруг кровищи впечатлилась до тошноты, но от расспросов все-таки удержалась. Да еще и подыграла мне напоследок — вон, парнишка глаза закатил, сейчас сознание потеряет.
Решено: магистром ее со временем сделаю. Заслужила!
Скалясь, как голодный упырь, я решил пока обождать с вызовом насма и, стремясь закрепить успех, снова повернулся к качающемуся на грани обморока пленнику.
— Ну что ж, с местом погребения проблем больше нет… так на чем мы там остановились?
Глава 5
Противники, соратники… иногда одинаково утомляют и те, и другие. Полководец
Когда я вышел, Верия терпеливо поджидала снаружи и, прислонившись спиной к стене, тревожно сжимала кулачки. Не знаю, зачем она осталась, но, судя по застывшему на ее лице выражению, явно не для того, чтобы высказать свои претензии.
Поймав ее вопросительный, почти умоляющий взгляд, в котором горело тщательно скрываемое беспокойство, я прикрыл поплотнее дверь и понимающе улыбнулся: иллюзию я с себя снимать не стал — еще с де Региллем разговаривать, так что моя физиономия выглядела страшненько. Мертвенно-бледная, вся в брызгах крови, которые изумительно гармонировали с багровыми потеками, украшающими мои руки до самых локтей…
— Испугалась?
Девочка пугливо отвела глаза.
— Н-нет. Просто жду — вдруг там надо будет… убрать?
— Не надо, я не сорил.
— А как же они? — вскинула на меня недоверчивый взгляд Верия и на мгновение задержалась на «испачканной» рубахе. — Ты их…?!
— Сейчас они крепко спят и будут помнить только то, что никого так и не догнали.
Она незаметно перевела дух.
— Значит, полы мыть не надо? Уф! А я уже забеспокоилась, хватит ли воды!
— Ты правда стала бы там мыть? — снова улыбнулся я, стараясь не думать о том, как это выглядело со стороны. — Даже если бы залил полы кровью до щиколоток?
Девочка на мгновение сжала зубы, а потом… мрачно кивнула.
— Надо же, — усмехнулся я. — Странное ты существо: сперва меня испугалась, потом обманула, затем попыталась шантажировать, а теперь предлагаешь покрывать, хотя мгновение назад почти поверила, что видишь перед собой убийцу…
— Я хочу быть полезной! — упрямо топнула ногой Верия, смешно нахмурив тонкие бровки.
— Даже если это будет опасно? — вкрадчиво уточнил я, внимательно изучая ее лицо. — Или неприемлемо лично для тебя? Как ты думаешь, что ты увидишь в комнате, если заглянешь туда сейчас?
Верия сглотнула и поспешно опустила взгляд, чтобы не видеть мою жуткую рожу.
— Н-не знаю…
— Вот именно. А если бы я убил тех двоих? Что бы ты сказала, если бы нашла там два еще теплых трупа? Так же предложила бы свою помощь? Снова пошутила насчет укромного места для их упокоения?
— Я не шутила, — тихо сказала она, расстроенно шмыгнув носом. — На третьем уровне есть один тупичок… достаточно большой, чтобы там поместились тела. Если его замуровать, никто и никогда потом не найдет… а от запаха можно и заклинание наложить.
Удивленно хмыкнув, я приподнял одну бровь.
— Значит, ты все-таки посмотрела?
— Да! — девочка снова топнула ногой и, будто решившись на что-то, с вызовом вскинула голову. — Я держу свое слово! Всегда! Если сказала, что буду помогать, значит, так и сделаю! Я тебе верю, ясно?! Несмотря ни на что! А ты, Невзун, сможешь хотя бы раз поверить МНЕ, а?!
Я вздохнул.
— Вот упрямая… может, тогда все-таки заглянешь внутрь?
— И загляну! — пригрозила она, сердито сверкая глазами. — Что бы ты ни сделал, они заслужили наказание! Я так считаю! Вот! И меня не напугать видом расчлененных трупов с выпотрошенными внутренностями!
— Да не трогал я их, — устало отмахнулся я — работать с чужим сознанием, да еще дважды, было нелегко. Если бы не полные до краев накопители, уже свалился бы. Все-таки практики в таких делах у меня маловато. — Просто незачем было. Хватило и того, что напугал до мокрых штанов. Пара иллюзий, немного пафоса, соответствующий антураж… жаль, что они так мало знали. Теперь их надо снова одеть и доставить обратно к полигону. Справишься?
Девочка удивленно вздрогнула.
— Я?
— Ну, ты же хотела помочь?
— Да, — облегченно выдохнув, несмело улыбнулась она. — Конечно, справлюсь. Только одной мне не дотащить их до портала — тяжелые.
Я понимающе кивнул.
— С переносом мы тебе поможем. Но остальное — на твоей совести.
— Договорились, — окончательно повеселела упрямица и, не дожидаясь, пока я передумаю, забежала в комнату, откуда почти сразу донесся удивленный возглас:
— Ой! Гираш, ты их что, даже вылечил?!..
Сокрушенно вздохнув (все-таки не поверила!), я поправил сбившийся ворот рубахи и, дойдя до соседней двери, без предупреждения вошел.
— Ну? Как у вас тут дела?
На мой голос обернулся только Алес — раскрасневшийся, раздраженный и, судя по всему, не слишком довольный ходом переговоров. Он стоял возле секционного стола, судорожно сжимая кулаки и, кажется, испытывая просто непреодолимое желание пустить их в ход. Поскольку калечить прикованного к столу де Регилля я ему категорически запретил, а другими методами на него, видимо, подействовать не удалось, в данный момент «темный» находился в состоянии неразрешимого противоречия. Впрочем, с фантазией у Алеса, как я уже успел убедиться, было не очень, поэтому дальше угроз и обещаний дело не зашло.
Ничего. Сейчас мы это исправим.
Когда я приблизился к столу, юный графенок, надежно зафиксированный с помощью цепей и браслетов, только презрительно скривился.
— И ты тут, Невзун… снюхался с этими падальщиками, да? Небось, обломали тебе зубы наши старшие? А теперь примчался за помощью этого недоумка, чтобы прыгать вокруг них уже на пару?
— Да ну, о чем ты говоришь? — пренебрежительно отмахнулся я. Так, чтобы он увидел мои руки. — Были бы твои дружки настоящими магами, продержались бы дольше. А тут только брюхо им вспорол и кишки на жезлы намотал, только во вкус вошел, как эта парочка попыталась сознание потерять. Привел одного в чувство, провел небольшое практическое занятие на тему ампутации концевых фаланг пальцев, как его блевать потянуло. А после… стыдно признаться!.. он с чего-то решил, я скальп снимать не умею! Представляешь? Это я-то, потомок некромантов в —надцатом поколении, который еще в детстве собственноручно обкорнал добрую половину отцовских слуг! Пришлось ребятам доказывать очевидное, но твой приятель так и не дождался результатов — обмяк прямо у меня на руках… срамота, одним словом. У меня крестьяне и то выносливее.