Это было просто великолепно. Наблюдение его вполне устраивало. Они не беспокоили его, кружа поблизости, а сейчас, когда он их вычислил, можно было расслабиться. Он прошел ко второму ряду лифтов и поехал к себе.
Коридор был пуст. Он подошел к двери своего номера. Тоненькие синие ворсинки были там же, где он их оставил. Хорошо. Никаких сюрпризов. Значит, на какое–то время они успокоились.
Он открыл дверь и на мгновение остановился, пытаясь вспомнить, оставлял ли он свет в ванной. Пройдя чуть дальше, он увидел и отсветы экрана работающего без звука телевизора. Он прислонился к стене и замер. Приятный женский голос произнес:
— Входи, детка. Ты не ошибся номером.
Оставив дверь открытой, он шагнул вперед, попытавшись сразу охватить взглядом все пространство. Она сидела голая, поджав ноги, на середине кровати. Судя по всему, в комнате больше никого не было. Не обращая внимания на девицу, он проверил ванную, шкаф, заглянул под кровать и на балкон. После этого он повернулся к гостье.
— Что ты здесь делаешь?
— Я — подарок, дорогой. Малыш Норман передает тебе привет.
Она призывно раскинулась перед ним на огромной кровати. Было время ее рассмотреть. Девица была маленькой, с длинными черными волосами, большими темными глазами и кожей цвета корицы. Мексиканка или пуэрториканка, решил он. Вряд ли ей больше двадцати.
— Как ты попала сюда?
— Малыш Норман кое–кого здесь знает, — с улыбкой ответила она, выдержала небольшую паузу, забавно изображая размышление, и добавила: — Нет, Малыш Норман знает всех.
При этом она слегка раздвинула ноги, давая ему возможность полнее убедиться в ее прелестях.
Он запер дверь, закрыл ее на задвижку, накинул цепочку и вернулся к окну, размышляя, чем бы заблокировать щеколду.
Девица спрыгнула с кровати и приблизилась к нему.
— Расслабься, дорогой! Я думала, ты приехал сюда развлекаться, — успокаивающе проговорила она и взялась за брючный ремень. — Расстегни!
Она опустилась на колени, продолжая что–то ворковать, но он не разобрал слов, потому что она уже прихватила губами его член.
Он стоял, опершись о стену и стараясь краем сознания контролировать ситуацию. Она же завладевала всем остальным, постепенно превращая его в один все более неудержимый порыв. Некоторое время он еще прислушивался к происходящему в коридоре, вглядывался, не мелькнет ли за шторой чья–нибудь тень, но в конце концов сдался, подхватил девицу и рухнул с ней на кровать. И все–таки тот, другой, человек, который всегда был на страже, не перестал слушать и наблюдать — отчасти потому, что не умел иначе, а отчасти потому, что, когда девица уже была в его номере, синенькие ворсинки мирно оставались на месте.
Уставшие, они раскинулись на просторной кровати. Он уже долго притворялся спящим, девица тоже не шевелилась, дыша тихо и ровно. Он ждал, чем все это кончится. Неужели это просто рядовая искательница приключений, которая бросается на каждый направленный в ее сторону член, воспринимая это просто как дополнение к награде в сотню долларов? Что такое здесь сто долларов — несколько пластиковых фишек, которыми швыряются без счета! Если она не спит, то должна уйти, чтобы успеть до рассвета поработать еще.
В этот момент он почувствовал, что девица шевельнулась. Только что их тела соприкасались, а теперь — нет. Он попытался представить себе, что она делает. Наверняка следит за выражением его лица. Она занималась этим и раньше. И достаточно опытна, чтобы не опираться на кровать, — она просто выскользнула из простыней и тихонько зашуршала бельем. Нехитрый талант, но ей многого и не требуется — довести до изнеможения партнера, даже проделать это несколько раз, как сегодня, когда ей заплатили авансом за всю ночь. Звук перебираемой материи послышался в стороне. Какого черта она там делает? Ба, да ведь она ищет бумажник! Она же проститутка!
Дверь закрылась за ней так тихо, что он скорее почувствовал, чем услышал звук щелкнувшего замка. Можно и открыть глаза. Никаких следов девицы, если не считать легкого запаха да разбросанной по полу его одежды. Он поднял брюки и осмотрел бумажник. Дело обстояло лучше, чем он ожидал, — она взяла четыре или пять купюр по двадцать долларов, а остальное не тронула. Ее партнеры чаше всего накачиваются так, что не в состоянии сообразить, сколько они тратят и где. Во всяком случае, искать не будут.
Он бросил бумажник на кровать и достал чистое белье. Денег не жалко. Он бы и сам ей заплатил. Тут же пришла другая мысль: если бы можно было ей довериться, он бы дал в три раза больше, чтобы она ушла сразу и не сообщила об этом Норману. Впрочем, если Норман ей заплатил, она и так не сказала бы ему, что не отработала. Ни за что.
Глава 12
Через несколько минут он был уже одет. Если кто–то заметил, что девица ушла от него до рассвета, за номером могут следить. Но придется рискнуть. Он выскользнул из двери и быстро прошел к черному ходу, по которому спустился на улицу. Глубоко вдохнув мягкий ночной воздух, он шагал как один из припозднившихся игроков, понимая, что, если за ним следят, все эти предосторожности ни к чему.
Народу на улице становилось меньше по мере того, как он приближался к «Гасиенде». Он остался почти один. Так дальше нельзя. Стараясь держаться менее освещенных мест, он подошел к подъезду отеля в тот момент, когда из очередного такси вылезла молодая парочка. Он взялся за ручку дверцы и наклонился к кабине.
— До аэропорта довезете?
Водитель мельком глянул на него и приподнял руку от руля.
— Конечно. Садитесь.
От «Гасиенды» до аэропорта было меньше двух миль, но шофер гнал по пустому шоссе, все увеличивая скорость.
Агентство «Авис», предоставляющее автомобили в аренду, располагалось неподалеку от главного входа в здание аэровокзала. Рядом стояли телефонные будки, киоски со сладостями.
В самом аэровокзале, он знал, всегда дежурят глазастые ребята. Одна группа — это полицейские, высматривающие знакомые лица среди тех, кто пытается укрыться под чужой фамилией. Есть и другие. Но все они находятся около касс, рядом с выдачей багажа, возле проходов к самолетам. Наблюдатели, которые в основном глазеют друг на друга. Время от времени может появиться человек, который интересует кого–то из них. И тогда начинается легкая суматоха. Одни стараются окружить нужную им личность, отвлечь внимание и в конце концов уволочь в неизвестном направлении. Другие следят так, чтобы оставаться незамеченными.
Но все это происходит в другой части здания. Агентство «Авис» так далеко от подобной деятельности, словно находится в противоположном конце города. С машиной никаких проблем не будет. Водительские права из штата Индиана на имя Фредерика Аккермана — настоящие. Счета пересылались в почтовое отделение в Гэри. Кто–то там их оплачивает — этого достаточно для подтверждения личности.
Машина привела его в приподнятое настроение. В аэропорту его вряд ли заметили. На всякий случай он резко свернул в боковую улочку и затормозил. За десять минут не появилось ни одной машины — значит, он был прав.
Не торопясь проезжая по Стрип, он изучал вывески. С этим делом нужно покончить сейчас, так что магазины отпадают. Ломбарды тоже. Да и какой ломбард открыт в четыре часа утра, даже в Лас–Вегасе? Единственно возможный вариант — автозаправочная станция. Причем особого рода. Определить ее можно только по расположению. Продумав все детали и представив в уме карту города, он выехал на окраину, за которой расстилалась залитая лунным светом пустыня.
Если вот эта станция оправдает его надежды, есть шанс, что дело выгорит. Он вылез из машины и стал изумленно разглядывать покрышки, пиная их ботинком. Было видно, что в маленькой освещенной комнатке станции сидел мужчина в рабочей одежде, положив ноги на стол, и читал журнал. Тихо играло радио. С автострады доносился легкий гул проносившихся автомобилей.
Он проверил шины, подкачал одну, поглядывая на освещенное окно. Хозяин даже не шевельнулся. Тогда он сел в машину и подъехал к заправке. Хорошо, что те, кто сдает машины напрокат, экономят на бензине. Он долил бак доверху и пошел в помещение. Мужчина сидел так же неподвижно. В руках у него был июньский номер «Ньюсуик». Но это не имело никакого значения, тем более что страницы он не переворачивал.