— Все в порядке?
— Я пришел, чтобы показать вам пару фотографий. — Уилл сунул руку в карман пиджака и вытащил страницы из альбома, надеясь, что собеседник не слышит, как бешено бьется его сердце. Он бросил снимки на стойку так, что фото Кайлы оказалось сверху, наполовину скрыв лицо Эвана Бернарда. — Вам знакомы эти люди?
Уоррен медленно опустил портфель на пол. Он долго смотрел на фотографии, не решаясь взять их в руки.
— Я видел эту девушку в новостях, — произнес он голосом, который был на несколько октав выше, чем обычно. — Это ее ударили ножом, верно?
— Ее избили, — уточнил Уилл, навалившись на стойку, чтобы быть поближе к Уоррену. — Кто-то насмерть забил ее кулаками.
Рука молодого человека задрожала, выдавая его волнение. Уилл понимал его чувства. Лицо Бернарда по-прежнему виднелось из-под снимка Кайлы, и Уоррен шевельнул пальцами, задвинув его под верхнюю фотографию.
— Я думал, она умерла от ножевой раны.
— Нет, — покачал головой Уилл. — Ножом ударили парня. Всего один раз, в грудь. У него спалось легкое.
— Разве его убила не мать девушки?
— Нет, — солгал Уилл. — Он умер от ножевой раны. Сегодня утром мы получили отчет патологоанатома. Это очень грустно, — добавил он. — Я думаю, он просто попался под руку. Я думаю, что тот, кто его убил, всего лишь хотел, чтобы он держался подальше от Эммы.
Уоррен продолжал смотреть на фотографию Кайлы Александр.
— Кайлу не изнасиловали, — сообщил ему Уилл, пытаясь представить разъяренного Уоррена Гриера, сидящего верхом на Кайле и раз за разом вонзающего нож ей в грудь.
Следующим был Адам Хамфри. Хотя Уоррен ударил его ножом всего один раз, рана оказалась смертельной. А потом Эмма… Что он сделал с Эммой?
— Мы не думаем, что убийца на это способен, — продолжал Уилл.
— Правда?
— Ну да, — кивнул Уилл. — Мы считаем, что тот, кто убил Кайлу, просто очень разозлился. Возможно, она что-то ему сказала… раздразнила его. Она была не очень хорошим человеком.
— Я… э-э… — Он не сводил взгляда с фотографии. — Это видно по ее лицу.
— Она бывала очень жестокой.
Он кивнул.
— Вот этот второй человек… — начал Уилл, передвинув снимки таким образом, что лицо Бернарда снова оказалось на виду. — Мы арестовали его за изнасилование Кайлы Александр.
Уоррен молчал.
— В ее теле была его сперма. Должно быть, он занимался с ней сексом перед тем, как она приехала к Эмме Кампано.
Уоррен, не отрываясь, смотрел на снимки.
— Мы просто хотим ее вернуть, Уоррен. Мы хотим вернуть Эмму родителям.
Он облизал губы, но ничего не сказал.
— Она очень похожа на свою маму. Вы видели фотографию ее матери в новостях?
Уоррен снова кивнул.
— Ее зовут Абигайль, — сообщил ему Уилл. — На тех фотографиях, которые они показывали, она очень красивая, правда? Совсем как Эмма.
Уоррен медленно пожал плечами.
— Но сейчас она выглядит совершенно иначе. — Уилл ощущал напряжение между ними почти так же явственно, как если бы там стоял еще один человек. — Она не может спать. Она не может есть. Она все время плачет. Когда она поняла, что Эмма пропала, ей пришлось колоть успокоительные лекарства. Чтобы помочь ей, нам пришлось вызвать врача.
Уоррен заговорил так тихо, что Уиллу пришлось напрячь слух, чтобы его услышать.
— Как насчет Кайлы? Ее мама тоже расстроена?
— Да, — кивнул Уилл. — Но не так сильно. Она понимала, что ее дочь не очень хороший человек. Мне кажется, она испытывает облегчение.
— А как насчет родителей парня?
— Они из Орегона. Вчера вечером они прилетели, чтобы забрать его тело.
— Они увезли его с собой?
— Да, — солгал Уилл. — Они увезли его домой, чтобы похоронить там.
Неожиданно для него Уоррен заявил:
— У меня не было родителей.
Уилл натянуто улыбнулся, осознавая, что губы подрагивают от напряжения.
— У всех есть родители.
— Мои родители меня бросили, — ответил Уоррен. — У меня никого нет.
— У всех кто-нибудь есть, — возразил Уилл.
Уоррен неожиданно упал. Уилл перегнулся через стойку, пытаясь его удержать, но не успел. Уоррен лежал, прижавшись спиной к полу. В руках он сжимал короткоствольный револьвер, дуло которого находилось всего в нескольких дюймах от лица Уилла.
— Не делайте этого, — сказал Уилл.
— Держите руки так, чтобы я их видел! — скомандовал Уоррен и встал. — Я никогда не стрелял из пистолета, но не думаю, что на таком расстоянии это имеет значение.
Уилл медленно выпрямился, держа руки поднятыми.
— Уоррен, расскажите мне, что произошло.
— Вы ее никогда не найдете.
— Вы ее убили?
— Я ее люблю, — ответил Уоррен, делая шаг назад и продолжая целиться в грудь Уиллу. — Вот чего вы не понимаете. Я ее забрал, потому что люблю ее.
— Эвану нужны были только деньги, верно? Он убедил вас забрать Эмму, потому что хотел обогатиться. Вы не хотели этого делать. Эта идея принадлежала ему.
Уоррен не ответил. Он сделал еще один шаг к двери, ведущей на парковку.
— Эмма была не в его вкусе, верно? Он предпочитал девочек вроде Кайлы, таких, которые способны защищаться.
Уоррен продолжал отступать к выходу.
— Я тоже вырос в детском доме, Уоррен, — лихорадочно заговорил Уилл. — Я знаю, что такое дни посещений. Знаю, что чувствуют дети, ожидающие, что их кто-нибудь заберет. И дело здесь не в том, что они хотят жить в другом месте. Все люди мечтают о человеке, который смотрел бы на них и действительно их видел, который хотел бы, чтобы они всегда были рядом. Я знаю, что именно это вы почувствовали, когда увидели Эмму. Вы хотели, чтобы…
Уоррен приложил палец к губам, как будто успокаивая ребенка. Он сделал шаг, потом еще один, а в следующее мгновение сорвался с места и исчез.
Уилл перемахнул через стойку. Добежав до коридора, он увидел, как Уоррен плечом распахивает заднюю дверь. Уилл погнался за ним, вылетев на крыльцо как раз вовремя, чтобы увидеть, как Уоррен врезается в ярко-красный «мини».
Уилл бросился к машине, из которой уже в следующую секунду выскочила Фейт. Уоррен явно был оглушен, но при виде приближающегося Уилла в его жилах взыграл адреналин. Опершись ногой о бампер, он перепрыгнул через машину и выскочил на улицу.
— Это он! — заорал Уилл, перемахивая через «мини».
Он выбежал на улицу, лихорадочно озираясь в поисках Уоррена. Он заметил его почти в квартале от себя и бросился в погоню.
Уоррен был гораздо моложе, к тому же полуденная жара удушливой хваткой стискивала Уиллу горло. Он хватал ртом горячий воздух, смешанный с выхлопными газами. Пот заливал ему глаза. Боковым зрением Уилл заметил какое-то красное пятно и понял, что это Фейт в своей машине мчится по встречной полосе. «Мини» отчаянно прыгал по устилающим дорогу металлическим плитам.
Уоррен тоже увидел Фейт. Он свернул с главной дороги и ринулся в одну из боковых улочек, ведущих к Энсли-Парку. Он бежал очень быстро, но шаги Уилла были вдвое шире. Сворачивая вслед за Уорреном в боковую улицу, он уже успел сократить разрыв между ними. Уоррен вбежал в рощу, Уилл не отставал. Он всегда был марафонцем, а не спринтером. Его страстью были длинные дистанции, и единственным, что он мог вложить в любое состязание, была выносливость.
Уоррен явно был его противоположностью. Петляя между густо растущими деревьями, он все больше терял скорость, и расстояние между ними неуклонно сокращалось. Уоррен задыхался и все чаще оглядывался через плечо. Уилла отделяло от него всего несколько дюймов. Он уже мог протянуть руку и схватить его за шиворот. Уоррен это знал. Он спиной чувствовал жар тела своего преследователя и сделал единственное, что ему оставалось, — резко остановился. Уилл бежал так быстро, что буквально перелетел через Уоррена. Оба покатились по земле, разгребая прелые листья в попытке вскочить на ноги. Уилл попробовал перевернуться на другой бок, но за что-то зацепился и яростно дергал ногой, пытаясь ее высвободить. Уоррен воспользовался преимуществом, прыгнул на Уилла и направил дуло револьвера ему в лицо.