УСТАВЬ ЕЕ В ПОКОИ!
Возможно, похититель считал, что должен защитить ее от Адама?
— Ну вот, — произнес Гордон.
Она увидела, как на бумаге проявляются следы, криминалистическое доказательство того, что эту бумагу держали в руках многие люди. Первым делом потемнели заломы и складки. Сначала они стали темно-оранжевыми, но этот цвет быстро сменился красным. Другие метки оказались смазанными отпечатками пальцев. Лист покрылся фиолетовыми завитками. Благодаря химикатам были видны места, где к бумаге прикасались много раз.
— Это очень странно, — пробормотал Гордон.
Уилл склонился над лотком, не снимая с лица маски.
— Я никогда не видел, чтобы отпечатки были такими темными.
— Я тоже, — кивнул Гордон. — Где вы это взяли?
— В одной из комнат общежития Технологического института Джорджии.
— Может, записка лежала возле чего-нибудь необычного?
— Она была в кармане у студента. Все эти записки были у него в кармане.
— Он изучает химию?
Фейт пожала плечами.
— Он работает с вязкими материалами.
Гордон еще ниже наклонился над лотком, разглядывая темные буквы и отчетливые завитки отпечатков.
— Это отпечаток большого пальца левой руки. Я бы сказал, что тот, кто его оставил, имел доступ к каким-то химикатам, которые вступили в реакцию с уксусной кислотой в моем растворе.
Он потянулся к чемоданчику и достал увеличительное стекло. Фейт, затаив дыхание, наблюдала за Гордоном, склонившимся над ядовито-благоухающим лотком. Он разглядывал выявленные реактивами отпечатки пальцев.
— Судя по отпечаткам, к этой бумаге прикасалось трое разных людей. — Он снова присмотрелся к черным буквам. — Я бы сказал, что отпечаток большого пальца указывает на тот единственный раз, когда листок бумаги брал кто-то третий. — Он указал на расположение отпечатка. — Он в левом нижнем углу. Кто-то был очень осторожен с этой запиской.
— Он мог случайно коснуться записки большим пальцем, когда пытался просунуть ее под дверь, — предположил Уилл.
— Возможно, — согласился Гордон. — Необходимо это высушить, и тогда я смогу осмотреть обратную сторону. Дайте мне несколько часов, и тогда мы поймем, чем располагаем. У вас есть отпечатки пальцев людей, которые, по вашему мнению, касались этих записок?
— Отпечатки Адама есть в деле, — откликнулась Фейт. — И мы брали отпечатки у Гейба Коэна перед тем, как обыскать комнату Адама.
— Как насчет Томми Альбертсона?
Фейт кивнула. Альбертсон попортил ей крови, но ей удалось снять у него отпечатки.
— Тогда дайте мне все эти отпечатки для сравнения, — кивнул Гордон. — Вот это, за исключением странного цвета, отличный отпечаток. Я пропущу его через систему, — продолжал он, подразумевая автоматизированную систему идентификации отпечатков пальцев. — В последнее время она работает очень медленно.
— Уилл? — К ним подошла высокая светловолосая женщина с короткой стрижкой ежиком и в обязательном белом лабораторном халате. — Аманда попросила тебя найти. У нас есть результат по сперме с места преступления.
Уилл потрясенно смотрел на нее. Он покачал головой, настаивая:
— Нет, это не может быть отец!
— Отец? Нет, Уилл, я пытаюсь тебе сказать, что мы нашли соответствие в базе данных лиц, совершивших половые преступления. — Она показала им самоклеющийся листочек.
Прочитав имя, Фейт прошипела:
— Господи, да он же был у нас под самым носом!
Уилл был шокирован не меньше.
— У вас есть его адрес? — спросил он у женщины.
— Мы знаем, где он находится, — напомнила Фейт.
— Его дом… — покачал головой Уилл. — Нам необходимо обыскать его дом.
Он был прав. Фейт достала мобильный телефон и набрала номер оператора. Сообщив номер своего жетона, она добавила:
— Мне нужен десять-двадцать-восемь по коду сорок четыре. — И прочла имя, написанное на самоклеющемся листочке: — Патрик Эвандер Бернард.
Глава 15
Уилл притормозил на красный свет светофора, посмотрел направо и налево и промчался через перекресток перед самым носом какого-то разъяренного водителя.
— Два года назад Бернарда задержали в Саванне за секс с несовершеннолетней, — отрывисто сообщила ему по телефону Аманда. — Девочке было пятнадцать лет. Он обращался с ней очень жестоко. Укусы, разрывы, кровоподтеки. У нее полопалась кожа на ладонях и коленях. Одним словом, он делал с ней практически все, что хотел.
— Почему он не в тюрьме?
— Его поведение квалифицировали как преступную небрежность, и он отделался штрафом.
Уилл нажал на педаль газа и обошел грузовик.
— То есть ему только погрозили пальцем. Почему он не предстал перед судом?
— Он познакомился с ней в баре. Он заявил, что воспринял это как доказательство того, что ей уже исполнился двадцать один год. Обвинитель опасался, что присяжные расценят ее присутствие в баре как провокационное поведение.
Уилл утопил педаль тормоза, едва не врезавшись в машину, остановившуюся на очередном перекрестке.
— Выходит, если у нее есть фальшивое удостоверение личности, то она заслуживает того, чтобы ее изнасиловали?
— Родители не стали подавать иск. Они не захотели, чтобы их дочь была изнасилована еще и судебной системой, а также прессой.
Уилл понимал их опасения. По этой причине до суда доходило все меньше случаев изнасилования. Загорелся зеленый свет, и он вдавил педаль газа в пол.
— Почему его ДНК попала в систему?
— После ареста девушка была подвергнута судебно-медицинской экспертизе.
— Нам необходимо доставить копию его отпечатков Гордону Чу, чтобы он сравнил их с отпечатком большого пальца на записке.
— Мы не можем этого сделать.
— Почему?
— Его договор с прокурором округа включал условие, что его данные будут удалены, если он в течение года не даст повода для претензий.
— Но его ДНК все равно была в базе данных.
Аманда тихо выругалась.
— А вот это наш облом. Она не должна была там оказаться. Бернард не относится к числу осужденных сексуальных преступников. С юридической точки зрения мы не имеем права использовать ДНК Эвана Бернарда или его отпечатки пальцев в качестве улики.
— Но если мы их сравним…
— Судья выбросит результаты этого сравнения прежде, чем дело дойдет до суда.
Уилл почувствовал, что у него земля уходит из-под ног. Если только Бернард не проявит необычайную тупость, они не смогут получить образец его ДНК без судебного распоряжения. А судья не подпишет такое распоряжение без наличия достаточных оснований полагать, что Бернард совершил преступление. ДНК, полученная нелегально, достаточным основанием не была.
Он произнес то, что и так было ясно всем:
— Если мы не можем использовать его ДНК, нам не удастся привязать его к Кайле Александр.
Все возможности рассыпались, как карточный домик. Не будет подвязки к Кайле, не будет и связи с местом преступления. А значит, не будет достаточных оснований для ареста.
Не будет и надежды для Эммы Кампано.
— Фейт ожидает у квартиры Бернарда. Он живет на первом этаже. Все шторы отдернуты. Комнаты просматриваются. Есть гараж, но он пуст. Без ДНК у нас связаны руки. Чтобы войти в квартиру, ей нужны законные основания. Ты должен связать Бернарда с одним из этих преступлений, Уилл. Мы должны попасть в эту квартиру!
Уилл рванул руль, поворачивая на школьную парковку. Казалось, что с тех пор, как он здесь побывал, прошла целая жизнь, хотя на самом деле это было вчера. Он снова подумал об Эмме Кампано, о том, что каждый день кажется ей вечностью, а каждая секунда может быть границей между жизнью и смертью. Бернард должен был знать, что они приедут в школу. Он должен был знать, что когда-нибудь они узнают об аресте, и понимать, что первым делом они будут искать Эмму в его квартире. Он должен был держать девушку в каком-нибудь уединенном месте, где никто не услышит ее криков.