Она в сердцах пнула железку ногой и сморщилась. Скальдин отстранил её рукой, перехватил меч поудобнее, размахнулся и со всей силы рубанул по двери. Она громко застонала, заскрипела и с грохотом свалилась с петель. Перепрыгивая через несколько ступеней, люди побежали наверх, чувствуя запах гари и понимая, что битва уже началась в зазеркальном мире.
Они ворвались в квартиру, бросились в свою комнату и в ужасе застыли на мгновение: в огромном зеркале невозможно было ничего разглядеть из-за беснующейся песчаной бури, заслонившей собой и луну, и звезды и сказочную землю… Перепуганная Ангелина стояла перед зеркалом, уперевшись ладонями в стекло, и округленными глазами смотрела на бурю, поднявшую в воздух тонны песка.
Она обернулась, когда забежали Скальдин и Кристина, но ничего не сказала, а только беспомощно показала на зеркало.
Кристина твердо сказала:
– Отойди. Тебе не нужно на это смотреть.
– Он там совсем один! – прошептала Ангелина. – Он вытолкнул меня из зеркала!
– Он не один, – сказал Скальдин, сообразив, что Итан успел познакомиться с девушкой. – Мы с ним.
Едва он шагнул к зеркалу, как твердая поверхность его заструилась, помутнела и стала просто туманом. Скальдин исчез в зеркале, а следом за ним – Кристина.
… Буря приняла их в свои горячие объятья, залепила глаза и уши песком, захлестала по лицу и голым рукам ветром, закачала под ногами землю. Кристина протерла кулачком глаза и вынула из кармана зеркало. Подняв его над головой, она отвернула голову от ветра и возможно громко произнесла, кашляя от пыли и песка:
– Уймись, ветер Зазеркалья!… Ты в моей власти!
И тотчас из маленького зеркальца разлилось молочно-белое сияние, раздвинувшее песочные завихрения извивающимися струйками, потекло вниз и вверх, подчиняясь магии слова, и ветер стал утихать. Ещё пару минут он пытался сражаться с сиянием, но это оказалось ему не под силу и он отступил с позором, заметая свои следы. Нехотя улегся песок, образовав ребристые барханы, и ночную затихающую пустыню осветила проснувшаяся луна. Стало почти светло.
В десятке метров от себя Скальдин увидел фею в белом плаще, державшую над головой точно такое же зеркало, как и у Кристины. Из него тоже вырывалось сияние, гаснущее по мере того, как затихала буря.
– Я рад, что вы успели вовремя! – хрипло сказал Итан у них за спиной. – Ещё немного и нам бы пришлось туго. Сегодня все началось слишком рано.
– Зло крепнет, – ответила Фея, приближаясь. – С каждой новой битвой оно все ближе оказывается к реальному миру и оттуда черпает все новые силы.
– Мы выстоим, – отрезал Скальдин.
Черная пустыня безмолвствовала, таинственно сверкая миллиардами песчинок. Позади людей материализовывались фигуры маленьких человечков, загадочных животных, жар-птиц, водяных коней и единорогов. Сверху послышался шум крыльев и с неба спустились несколько сотен ломанов – крылатых гоблинов. Они шмыгали крючковатыми носами, чесали затылки и бормотали под нос старинные заклятья, которые, как они считали, могут защитить от зла. Старший ломан – Карибэт, – на кривых ногах подковылял к людям и дребезжащим старческим голосом сообщил:
– Ломаны готовы к бою. Сегодня с нами пришел Старец – у него большой опыт в наложении защитных чар. Он обещал помочь.
– Очень мило с его стороны, – ответила Фея. – Нам понадобится любая помощь – даже бормотания выжившего из ума старика.
– Не надо так, повелительница, – укоризненно проскрипел Карибэт. – Старец, конечно, сумасшедший, но очень хочет помочь нам. Одно это уже хорошо. Прежние поколения ломанов никогда бы не стали биться бок о бок с людьми.
Затрепетали звонкие крылышки эльфов, спешащих доложить о полной боевой готовности.
Единороги гордо вскинули белые головы, украшенные витыми рогами, и нетерпеливо забили копытами, торопя своих седоков. Но те выжидали, стоя на вершине бархана и вглядываясь в сверкающую черноту. Вскоре на горизонте появилось движение. Напрягая зрение, люди пытались угадать, что же на этот раз приготовило им «Не-имеющее-имени», в образе кого оно явится сегодня и кого приведет за собой в качестве армии.
Первой увидела фея:
– Идут! Скорпион!
Спустя несколько минут и все остальные смогли увидеть армию зла. Впереди, потрясая своими размерами и устрашающим видом, двигался черный скорпион – зловещий, великий, непобедимый король пустынь, и его трепещущее жало на конце хвоста было наклонено в сторону людей. Свет луны отражался на его хитиновой броне и освещал дорогу. В жуткой тишине долетало до слуха поскрипывание длинных членистых ног и змеиное шипение. Свиту короля пустынь составляли странные существа, двигающиеся короткими перебежками, старающиеся поближе быть к песку и слиться ним. Человеческие тела их покрывала густая черная шерсть, а вместо глаз горели злобные красные дьявольские огоньки.
– Оборотни! – опознал их Итан. – И это только первые разведчики.
Волосатые существа неслышно бежали по песку, не нарушая ночное безмолвие, и заполнили весь горизонт до самых границ запредельного мира.
– Сколько же их! – проговорил Скальдин. – Сейчас нам бы здорово пригодились серебряные пули и осиновые колья.
– Серебряных пуль у нас нет, и кольев тоже. Но зато можно использовать серебряные наконечники для стрел, – сказала фея и громко приказала: – Старший гном, явись!
– Моя повелительница! – маленький человечек появился из темноты и приклонил голову, стащив с неё зеленый колпачок.
– Нам нужно серебро, мастер, – сказала фея.
– Моя королева обратилась не по адресу, – последовал спокойный ответ. – Мы, гномы, добываем только самоцветы – драгоценные камни, и золото. Серебро – металл дешевый и для нас интереса не представляет.
– Кто же владеет серебряными залежами?
– Ни эльфы, ни ванессы не помогут тебе, моя повелительница. Нам нужно озеро серебра, а такое количество добыть под силу только одному существу.
– Кому же?
– Аланто, моя королева, – гном снова преклонил голову, шагнул назад и исчез в темноте.
Фея нахмурилась и поглядела на приближающиеся полки зла. Скальдин увидел открытое сомнение и замешательство на её лице, а потому наклонился к уху Итана и спросил осторожно:
– Кто это – Аланто?
– Это царица теней, миражей и кошмаров, – ответила вместо Итана фея.
– Какая связь у неё с серебром?
– Разве ты не знаешь? – сердито зашептала Кристина. – Залежи серебра охраняют миражи. Кому, как не Аланто, лучше всего знать о них?
– Но есть одно препятствие, – сказал Итан, однако фея уже манила к себе Карибэт. Тот торопливо подошел и вопросительно посмотрел на свою повелительницу.
– Карибэт, нам нужна Аланто, – громко произнесла фея и по толпе ломанов пронесся тихий шепот ужаса. Они все дружно попятились, едва услышали имя жуткой богини.
– Аланто, моя королева? – испуганно переспросил Карибэт.
– Ты слышал, что я сказала.
– Нет, моя королева. Ты можешь просить меня убить самого себя на твоих глазах, но не проси звать Аланто!
– Она слышит тебя, Карибэт! Только тебя! – Фея присела и ухватила ломана за воротник курточки. Его крылья жалобно затрепетали и бессильно опустились. – Нам нужно её серебро! Позови её!
– О, моя королева! – взмолился ломан и позади него его воины заскулили. – Мы можем придумать что-нибудь другое! Ты знаешь цену, которую Аланто требует за свои услуги!
– И я заплачу её!
Итан покачал головой. Фея покосилась на него и твердо повторила:
– Зови Аланто!
– О, моя королева, – причитал Карибэт, всхлипывая. Но, не смея ослушаться, он собрал вокруг себя своих воинов и они принялись нараспев читать заклинания, раскачиваясь и трясясь от дикого страха.
Фея обреченно смотрела на них.
– Аланто – могущественная богиня, – сказал Итан. – Один только её взгляд превращает любого человек в тень и в этой тени концентрируется все самое низменное, коварное, беспощадное, что только может существовать под солнцем. У неё огромная армия, но Аланто все равно – будет ли властвовать зло, или добро. Она не подчиняется ни одному началу Вселенной – она представляет иную ветвь магического мира, объяснить которую не дано никому.