Моя голова раскалывалась от той дилеммы, которая стояла передо мной. Я обхватил ее руками и сидел некоторое время в задумчивости. Много, очень много мыслей и воспоминаний проносились у меня в голове. Наконец, я понял, что принял решение. Я встал, откинул окровавленную майку в сторону и подошел к небольшому зеркалу, висящему на стене. Я видел, как боль в моих собственных глазах как огромная ядовитая змея начала разворачивать свои кольца и обвивать все мои внутренности. Я так устал сражаться с этим, так устал! Но как я могу отказаться от того, что уже стало частью меня, что стало смыслом моей жизни? Однако, хватит сомневаться, я уже принял решение.
Глава 34 Разговоры
За окном желтела листва, по небу бродили темные тучи, всякое движение воздуха остановилось, а по подоконнику начали стучать первые капли дождя. Все предвещало сильную грозу.
Несколько минут назад я выключила телевизор и сейчас стояла у окна и обдумывала то, что только что увидела. После целого месяца отсрочек и обдумываний, пресс-конференций и публичных дебатов (что, конечно, делалось с одной целью: убедить народ Запретного города в правильности будущего решения совета) имя Императора Запретного города было объявлено. Им стал лорд Ивар из рода Такишей. Хотя я в этом и не сомневалась.
Честно говоря, меня бы очень удивило, если бы в нашем мире вообще встал вопрос о выборе Императора с одобрения народа. Немного зная историю нашего мира, могу с уверенностью сказать, что, если бы у нас во время правления Императора нашлась сила, способная произвести переворот, то он совершился бы за одну ночь, а народ и не согласных убедили бы в легитимности данной власти посредством насилия и подкупа. Но Такиш объяснил мне, что подобный способ в Запретном городе не работает, прецеденты уже были. Поэтому после долгих раздумий, он пришел к выводу, что это единственный способ стать полноправным Императором и избежать кровопролития, которого он совсем не желал. Ну, по крайней мере, он пытался меня в этом убедить.
После того, как он пришел ко мне на третий день моего пребывания в этом доме, мы виделись с ним практически каждый день во время ужина. По началу, меня удивляло подобное желание непременно со мной пообщаться, но потом я привыкла. Мне даже стало интересно понять этого человека, узнать мотивы, которые им движут.
После угрозы, выволочь меня силой, если я не выйду к ужину сама, я не решилась искушать судьбу и просто спустилась в столовую, когда настало время. Сначала мне было жутко находиться рядом с этим страшным человеком, который сумел втереться в доверие к самому лорду Марку, лишь для того, чтобы в конечном итоге уничтожить и его и его семью. Мне было страшно даже просто с ним разговаривать. Однако, со временем я поняла, что у него нет цели причинить мне вред.
Ни смотря ни на что, я была настроена очень решительно и дала себе зарок не разговаривать с этим дьяволом, лишившим меня всего, что я любила в этом мире, лишившим меня того человека, который сам стал для меня целым миром.
— Здравствуй, Алиса. Рад, что ты проявила благоразумие. — Проговорил он, когда я впервые спустилась к ужину.
Но я удостоила его лишь холодным, полным ненависти взглядом, решив, что он не увидит в моих глазах страха.
— Понимаю. — ответил на это он. — Что ж, надеюсь со временем, ты изменишь свое отношение. Присаживайся.
Он отодвинул для меня стул, но я подошла к другому, сама его отодвинула и села. Такиш на это и бровью не повел.
— Я знаю, что ты очень волнуешься за своих друзей, за Максима…
После этих слов я пристально посмотрела ему в глаза. Что он хочет этим сказать, чего от меня добивается?
— О, поверь, я хочу лишь успокоить тебя. В твоем положении вредно волноваться. Они все исчезли в неизвестном направлении. Мои длинные руки до них не дотянулись. — Грустно усмехнулся он. — Так что можешь пока быть за них спокойна.
Когда я услышала о тех, о ком болело мое сердце, решение хранить молчание тут же дало трещину. Я сама не заметила, как с моих губ сорвался вопрос.
— Откуда я знаю, что вы говорите мне правду?
— А какой смысл мне тебе лгать?
— А зачем вам вообще держать меня здесь, разговаривать со мной, беспокоиться о моих волнениях?
Он пристально смотрел мне в глаза, взвешивая то, что собирался сказать.
— Алиса, я постараюсь быть с тобой честным… Ты еще много не знаешь… Я сам еще кое-чего не понимаю… Но то, что ты важна, я думаю ты и сама догадываешься. Здесь ты находишься по многим причинам. А беспокоюсь я о тебе по одной простой: ты беременна, а я не чудовище, которое своим поведением хочет уничтожить еще не родившееся дитя. Завтра к тебе зайдет лорд-целитель Альберт. С этого дня, он будет вести твою беременность вместо домашнего целителя лорда Гриффина. Думаю, вы с ним договоритесь о графике посещений и сможете обсудить все вопросы, касательно твоего здоровья и здоровья ребенка.
— Могу ли я попросить, чтобы моим целителем стал кто-то другой? — Я просто не могла представить, как снова увижу человека, который сделал все, чтобы загубить жизнь Тария 13.
— Нет.
Честно говоря, ничего другого я и не ожидала, поэтому лишь вздохнула и уставилась в свою тарелку. Вообще же, я была крайне удивлена подобным обращением и даже заботой, однако спасибо говорить не собиралась. Наоборот, мне хотелось кричать, топать ногами, бить посуду, но я понимала, что это ни к чему не приведет, поэтому продолжала сидеть за столом, не притронувшись к еде, которую мне предлагали. В течение всего ужина он больше не проронил ни слова. А когда ужин подошел к концу только сказал:
— Буду рад отужинать с тобой завтра, Алиса. Кстати, еда сегодня была очень вкусной, а в твоем положении крайне важно хорошо питаться. До свидания. — И ушел.
Я была совершенно сбита с толку его поведением, от переполнявших меня эмоций: бессилия, ненависти, одиночества, — мне хотелось просто разрыдаться. «Видимо, своим хорошим отношением, этот человек хочет чего-то от меня добиться, но я не доставлю ему такого удовольствия, я буду вдвойне осторожна и постараюсь сама выведать у него все, что смогу. И когда Максим меня освободит…» — Тут я все же не выдержала и разрыдалась.
С тех пор, мы ужинали вместе почти каждый день.
То, что Максим в скором времени меня освободит, не вызывало у меня никаких сомнений, иначе я бы давно упала в бездну отчаяния и не смогла бы не то что здраво мыслить, а просто пошевелиться. Разговор с леди Морой периодически всплывал в моем сознании и мне начало казаться, что она и в самом деле знала, о чем мне тогда говорила. И я очень надеялась, что спасение действительно придет. К тому же я не одна, а несу ответственность за того маленького человечка, который живет во мне, и поэтому просто не имею права опустить руки и сдаться.
Сидя в совей комнате или гуляя на улице, я завела привычку поглаживая живот разговаривать со своим ребеночком, делиться с ним своими сомнениями, опасениями, горестями, но в тоже время я его подбадривала, чтобы он не думал, что дела совсем уж плохи, делилась с ним своей любовью, простыми радостями, которые могли возникнуть на том клочке земли, где мы обитали. Конечно, я осознала, что он просто не в состоянии меня понять, но я точно знала, что он меня слышит и может различать мое настроение по тому, как звучат мой голос, нюансы интонаций. Честно говоря, разговаривая с ним, я подбадривала саму себя, не давала себе упасть духом, впасть в депрессию или прострацию. Как это ни странно, но в сложившейся ситуации моим главным утешением и опорой стал именно этот, еще не родившийся ребенок.
К моему сожалению, мне все же пришлось общаться с лордом Альбертом. Для меня жизнь моего ребенка была важнее той неприязни, которую я к нему испытывала.
— Что ж, судя по тому, Алиса, что ты мне рассказываешь о своем самочувствии, ты и твой ребенок совершенно здоровы. Я бы только посоветовал поменьше волноваться, а отдыха и свежего воздуха тебе должно здесь хватать.