Можно было уже приступить к осуществлению мечты о полюсе. Первоначальный план этого путешествия состоял в том, чтобы повторить знаменитое плавание Нансена к полюсу, но войти в лед, который должен будет двигать судно не у Ново-Сибирских островов, как было у Нансена, а значительно восточнее — около Берингова пролива. Такое плавание должно было длиться по меньшей мере пять лет… а денег-то было собрано маловато. По словам Амундсена, ему «долго приходилось вертеть в руках каждый пятак, прежде чем решиться его истратить».
Так или иначе, экспедиция Амундсена на нансеновском «Фраме» отправилась к северному полюсу. Это было всем известно. «Фрам» должен был, огибая Америку, направиться к Берингову проливу.
Об экспедиции долгое время не было никаких вестей. Начиналась уже тревога: пересек ли «Фрам» океан? Не погиб ли он? И вдруг пришло ошеломляющее известие: Амундсен, вместо северного, собирается дойти до южного полюса! А еще через несколько времени спустя весь мир облетела весть: Амундсен достиг южного полюса!
И в этот раз Амундсен разрешил задачу очень просто: он взялся за дело с мыслью: нужно подойти на корабле возможно ближе к полюсу. Такое место в Антарктике только одно — Китовая Бухта. Никто из предшественников Амундсена не решался высадиться в этом пункте, так как хорошо было известно, что в Китовой Бухте земли совсем не имеется — бухта представляет из себя большой вырез в крае материкового льда, покрывающего почти весь антарктический материк. Амундсен, хорошо изучив описание этой местности и вообще антарктического материка, пришел к заключению, что Китовая Бухта сохранила свои очертания со времен Росса, т.-е. более ста лет. Очевидно, тут есть нечто, препятствующее материковому льду двигаться; лед, задерживаясь каким-то препятствием в глубине бухты, заполняет ее. Следовательно, — рассуждал Амундсен, — если лед со времени Росса тут неподвижен, то мало вероятия, что он будет двигаться в дальнейшем: значит, нет никакой опасности высадиться в этом месте, выстроить дом и перезимовать, чувствуя себя в такой же безопасности, как и на твердой земле. Впоследствии правильность такого хода мыслей подтвердилась вполне: повидимому, в Китовой Бухте вблизи скрытого льдом берега находятся островки, задерживающие движение вечно-ползущего материкового льда.
Итак, домик был выстроен прямо на льду. Дело было уже наполовину выиграно. Оставалось «только» пройти до полюса около 1.400 километров. Такое расстояние на собаках, при устройстве попутных складов, оказалось возможно преодолеть.
Обессмертив свое имя открытием южного полюса, Амундсен не отказался от мысли дойти и до северного, тем более, что ко второму десятку двадцатого столетия все яснее начало вырисовываться громадное будущее северно-полярных областей. Еще за несколько лет до мировой войны группа американских капиталистов вела с германскими инженерами завода Шютеланс переговоры по поводу организации новой компании путешествий. Предполагаемые маршруты должны были проходит через северный полюс или поблизости его. Известно, что через полярные области в северном полушарии пролегают кратчайшие маршруты почти между всеми важнейшими экономическими центрами Старого и Нового Света. Расстояние по дуге большого круга между Осло (в Норвегии) и Номе (в Аляске) немногим больше 6.700 километров, а между Лондоном и Шанхаем несколько меньше 10.000 километров. Полярный путь между Ленинградом и Сан-Франциско короче обыкновенного ровно вдвое.
Всем известно, какое значение имеют торговые пути в развитии государств и городов. Маленькие Дания и Голландия сохранили свою независимость и держатся только по своему благоприятному для торговли положению. Немало городов выросло и разбогатело, главным образом, за счет проходившего мимо них торгового пути.
![На крыльях в страну безмолвия fig_001.png](https://litlife.club/books/230753/read/images/fig_001.png)
Трансарктические пути будущего.
Вполне понятен всеобщий интерес, с которым мир следил за подготовкой нового путешествия Амундсена, тем более, что предполагалось применить для исследования полярных областей новое средство передвижения — аэроплан. От экспедиции поэтому ждали не только открытия полюса, но и приложения новых путей, которые со временем должны стать дешевле морских.
По первоначальному проекту, Амундсен в центре своего плана совсем не ставил воздушного путешествия. Аэроплан должен был служить лишь вспомогательным средством для разведки в стороны от корабля, плывущего со льдом, — с целью отыскания неизвестных земель.
Для нового путешествия был построен специальный, особенно крепкий корабль «Мод» (Maud). В это путешествие Амундсен, заодно с достижением северного полюса, поставил целью исследовать попутно неизвестные области у северных берегов Советских республик. Этим организатор новой экспедиции допустил ошибку, из-за которой весь план оказался неосуществленным, а путешествие к полюсу пришлось отложить на несколько лет.
«Мод» покинула Норвегию 21 июня 1918 года. На борту ее в числе предметов снаряжения находился и аэроплан. Амундсен направился к Берингову проливу, севернее которого «Мод» должна была отдаться во власть льда северо-восточным путем, вдоль берегов Сибири. Надо сказать, что судьба на этот раз не особенно благоприятствовала настойчивому норвежцу. В восточной части Карского моря оказалось очень много льда. Пришлось отказаться от мысли за один рейс дойти до Берингова пролива и остановиться на зимовку вблизи мыса Челюскина.
В следующее лето Амундсен, испытав большие затруднения во льдах, пытался начать дрейф от острова Жаннеты (восточнее Ново-Сибирских островов), но потерпел полную неудачу: вместо движения к северу, течение в этом месте гнало судно на юг. В бесплодных попытках начать дрейф прошла вся осень. Не оставалось другого выхода, как только уйти зимовать у северного берега Сибири. Вторую зиму «Мод» стояла в Чаунской губе.
В следующем 1920 году, освободившись от оков льда, 20 июля Амундсен первым делом направился в столицу Северной Аляски — Номе, чтобы пополнить там некоторые припасы. Через неделю «Мод» снова поплыла к северу. Но в это лето вступить в область движущегося к северу льда не удалось. Почти в самом Беринговом проливе «Мод» была окружена льдом, плывшим к югу: путь на север был закрыт!
Итак, Амундсен потерпел неудачу. Что же делать? Отказаться от своих целей? Признать, что северный полюс недостижим? Окончательно расписаться в поражении, нет, это совсем не в духе старого полярного водка. У него в голове уже зреет новый план: пусть «Мод» под руководством Вистинга (ближайшего сотрудника но достижению южного полюса) продолжает пытаться попасть в надлежащее течение… но раз существует сомнение в достижении полюса этим путем, — должен быть найден новый.
И вот Амундсен провожает «Мод» для новой попытки Вистинга проплыть к полюсу вместе со льдами, сам же остается на берегу и начинает подготовлять следующую экспедицию к полюсу совсем иным путем — по воздуху. Необходимо отметить, что к этому времени авиация успела сделать значительные успехи: большие аэропланы уже неоднократно проходили расстояние свыше трех тысяч километров — как раз то, что нужно было настойчивому норвежцу.
В голове Амундсена оформился новый проект: вылететь на аэроплане с мыса Барроу (в Сев. Аляске) по направлению полюса и оттуда повернуть на Шпицберген, где и должно закончиться нее путешествие.
Такой, совсем не кратчайшие путь, исследователь избрал вследствие исключительного географического интереса местности, над которой предполагалось пролететь. На карте земного шара в этой области изображается большое белое пятно. Человечество не имеет ни малейшего представления о том, что находится на месте этого, совершенно нетронутого исследованиями, пятна.
Об этом месте земного шара нам известно меньше, чем О планете Марс. По мнению Нансена, тут лежит такой же безбрежный океан, как и по пути дрейфа «Фрама», а по гипотезе американского ученого Гарриса, изучавшего особенности приливной волны, приходящей из этой части Ледовитого океана, — на месте белого пятна должна существовать большая, еще неизвестная земля. Решение этого спорного вопроса в ту или другую сторону имело бы одинаково исключительный географический интерес.