Когда Лора вынимала из печки печенье, в дверях раздался голос папы:
— Посмотри, кто со мной приехал, Каролина!
Грейс, которая уже мчалась навстречу папе, остановилась на бегу, попятилась и, засунув пальцы в рот, уставилась на гостя. Мама подошла к двери с блюдом картофельного пюре, бережно отодвинула Грейс в сторону и воскликнула:
— О, мистер Эдвардс!
— Я же тебе говорил, что мы с ним непременно еще встретимся, — сказал папа.
Лора сразу узнала мистера Эдвардса. Это был все тот же длинный и тощий кот из Теннеси. Морщины на его улыбчивом, выдубленном солнцем и ветром загорелом лице стали глубже, на щеке появился шрам от ножа, которого раньше не было, но его острые глаза по-прежнему смеялись.
— О, мистер Эдвардс! — обрадовалась Лора.
— Я так хотела поблагодарить вам за то, что вы тогда помогли мистеру Инглзу зарегистрировать участок! — обратилась мама к мистеру Эдвардсу, водружая на стол картофель.
— Я помню, как вы привезли нам подарки от Санта Клауса, — улыбнулась Мэри.
— Вы переплыли ручей, а потом вы уехали вниз по реке Вердигрис, — добавила Лора.
Мистер Эдвардс вытер ноги и отвесил всем низкий поклон.
— Мистер Инглз и девочки, я очень рад повидать вас всех снова, — проговорил он и, посмотрев в глаза Мэри, которые его не видели, ласково добавил: — Неужели эти две очаровательные леди — те самые маленькие девчушки, которых я качал у себя на коленях!
— А это Кэрри, которая тогда была еще совсем малюткой. Теперь у нас есть еще одна Крошка — Грейс, — сказала мама, но Грейс упорно отказывалась подходить к мистеру Эдвардсу и только смотрела на него, цепляясь за мамину юбку.
Мама с папой пригласили мистера Эдвардса к столу, и он, любуясь красивым крепким домом, с удовольствием пообедал, и хотя папа уговаривал его остаться подольше, сказал, что уедет, как только поезд отправится на Запад.
— Хочу к весне забраться как можно дальше на Запад, — сказал он. — Здесь слишком много народа. Сюда уже едет целая свора политиков, а для меня, мэм, политики хуже саранчи. Они готовы обложить налогом подкладку от пустых карманов, лишь бы построить столицы всех своих новых графств. А по мне, так графства эти и вовсе ни к чему. Мы и без них хорошо жили и были всем довольны. Прошлым летом явился ко мне ихний сборщик налогов. Велел мне оценить все мое имущество, все до последней нитки. Ну, я и оценил лошадей Тома и Джерри по полсотни за голову, пару волов тоже по полсотни, а корову в тридцать пять долларов.
"Это все, что у вас имеется?" — спрашивает он. "Нет, — говорю, — не все. Могу еще представить пятерых ребятишек — по доллару за штуку".
"Неужто это все? — говорит. — А как насчет жены?"
"Провалиться мне на этом месте! — отвечаю я ему. — Она твердит, что я ей не хозяин, и поэтому я за нее платить не стану!" И не стал.
— Как, мистер Эдвардс! А мы и не знали, что вы обзавелись семейством. Мистер Инглз нам про это ничего не говорил, — удивилась мама.
— Я этого и сам не знал, — отозвался папа. — Но вы же вовсе не обязаны платить налоги за жену и детей.
— Он велел мне составить длинную налоговую декларацию, — объяснил мистер Эдвардс. — Политикам только и радости, что совать свой нос в чужие дела, вот я и решил их порадовать. Я все равно не буду платить налоги. Я продал права на свой участок, и весной, когда сборщик ко мне опять заявится, меня там уже не будет. А ни жены, ни детей у меня отродясь не бывало.
Не успели папа с мамой что-нибудь на это ответить, как раздался долгий и громкий гудок.
— Вот он уже зовет, — мистер Эдвардс встал из-за стола.
— Может, вы все-таки передумаете и поживете у нас, Эдвардс? — уговаривал его папа. — Вы всегда приносили нам удачу.
Но мистер Эдвардс уже пожимал всем руки. Последней была Мэри, которая сидела рядом с ним.
— До свидания! — воскликнул он, быстро вышел из дома и побежал на станцию.
Грейс все это время молча слушала мистера Эдвардса и широко раскрытыми глазами на него смотрела. Когда он так скоропалительно исчез, она глубоко вздохнула и спросила:
— Мэри, это тот самый дядя, который видел Санта Клауса?
— Да. Он под дождем прошел сорок миль до Индепенденса, встретил там Санта Клауса и принес нам с Лорой подарки к Рождеству, — пояснила Мэри. — Мы тогда были еще маленькие.
— У него золотое сердце, — сказала мама.
— Он принес нам по жестяной кружке и по леденцу, — вспомнила Лора.
Медленно поднявшись из-за стола, она принялась вместе с мамой и Кэрри убирать посуду. Папа уселся в кресло возле печки.
Вставая из-за стола, Мэри подняла с колен носовой платок и уронила что-то на пол. Мама нагнулась и, онемев от изумления, застыла на месте.
— Мэри! Это двадцать долларов! Ты уронила двадцать долларов! — вскричала Лора.
— Не может быть! — воскликнула Мэри.
— Ох уж этот Эдвардс! — покачал головой папа.
— Мы не можем взять эти деньги, — решительно произнесла мама, но в эту минуту раздался прощальный гудок уходящего поезда.
— Не знаю, как тут и быть, — сказал папа. Эдвардс уехал и пройдет много лет, пока мы его увидим снова. А может, и вовсе никогда не увидим. Весной он уедет в Орегон.
— Но Чарльз... Зачем он это сделал? — в недоумении пролепетала мама.
— Он подарил эти деньги Мэри, — ответил папа. — Пусть они у нее останутся, они помогут ей поступить в колледж.
Подумав с минуту, мама с ним согласилась и вручила двадцатидолларовую ассигнацию Мэри.
Мэри осторожно коснулась ее кончиками пальцев.
— О, как я благодарна мистеру Эдвардсу, — проговорила она, сияя от счастья.
— Надеюсь, что там, куда он поедет, они ему никогда не понадобятся, — задумчиво проговорила мама.
— Не беспокойся, — уверил ее папа, — Эдвардс нигде не пропадет.
На лице Мэри появилось мечтательное выражение, с которым она всегда думала о колледже для слепых.
— Мама, — сказала она, — если к ним добавить те деньги, которые ты получила в прошлом году от жильцов, у нас будет тридцать пять долларов и двадцать пять центов.
Одни
В субботу светило солнце и дул легкий южный ветерок. Папа возил сено с участка. Лошади и корова должны съедать много сена, чтобы не замерзнуть.
Мэри качалась на своей качалке в солнечных лучах, лившихся из окна. В руках у Лоры поблескивали стальные спицы — Лора плела кружева из тонких белых ниток для отделки нижней юбки. Сидя у самого окна, она то и дело выглядывала на улицу в ожидании Минни и Мэри Пауэр, которые должны были прийти к ним в гости со своими вышивками.
Мэри говорила о колледже, куда надеялась когда-нибудь поступить.
— Я стараюсь не отставать от тебя в занятиях, Лора. Хорошо, если бы и ты могла вместе со мной поехать учиться в колледж.
— Я, наверно, стану учительницей, — вздохнула Лора, — и поэтому не смогу никуда поехать. И потом, мне не хочется никуда уезжать.
— А мне больше всего на свете хочется поступить в колледж. Я всегда мечтала учиться. Ведь на свете столько всего интересного! Подумать только — я смогу все это узнать даже теперь, когда я ослепла! Конечно, если нам удастся скопить денег на колледж. Это просто чудесно, правда? — тихо сказала Мэри.
— Да, конечно, — согласилась Лора. Она тоже надеялась, что Мэри сможет поехать учиться. — Ой! Я все перепутала! — вдруг воскликнула она, распустила ряд и снова принялась набирать на тонкую спицу мелкие петли. — Господь помогает тому, кто помогает себе сам, и ты обязательно поедешь учиться в колледж, если только...
Лора забыла, что она хотела сказать. Петли расплылись у нее перед глазами, словно она стала слепнуть. Кругом ничего не было видно. Лора вскочила, катушка упала с колен и покатилась по полу.
— Что случилось? — забеспокоилась Мэри.
— Свет померк! — растерянно ответила Лора.
Солнце вдруг исчезло, все вокруг затянуло серой пеленой, на улице громко завыл ветер. Из кухни выбежала мама.