§
— Мир, Мишенька, существует любой на выбор, и твое право — выбрать самый лучший, — говорил старец по вечерам, наставляя героя для грядущего, — поэтому ты должен не совершать того, что тебе не нужно; всегда следовать своей цели и стараться охватить все, а не только какие-то прелести. Запомни меня: прелесть есть во всем; ибо ничего нет, есть только твои бредни. Плюнь на мир, и он повернется к тебе лучшей стороной. Но твоя личная цель иная; ты должен спасать. Ты спасешь всех от вечности, которая дурна и неинтересна, ты внесешь в этот рай свой меч и найдешь способ убить их. Убить — значит возродить в новом качестве, милый мой. Ты должен научить их высшему, изменить их уровень, они настолько самоупоены сейчас своим знанием тайны мира, что ты должен их запутать. Будь другим, будь не таким, как они; а они любые. Это трудно, это невозможно, но ты велик! Будь всем, и они офигеют от тебя. Убивай их по-настоящему, чтобы Отец Твой вобрал это в себя, это все нужно, это хорошо. Я верю в тебя и твою звезду!
— Миша, иди сюда, Миша… Оставь свою миссию, она далека, а я близко. Будь со мной, милый мой. Будь, как все, не делай сверхъестественных вещей. Мир прекрасен, не уничтожай нас.
— Кто это?! — гордо крикнул Миша Оно, вскинув свою палку.
— Это я, я почти есть на самом деле, иди сюда, трогай меня.
—Никогда этому не бывать! — сказал Миша и проткнул девичью грудь.
— Здравствуй, сын!-сказал старец. — Скоро ты станешь взрослым и выйдешь в люди. Ты все знаешь о себе, ведь ты есть… Впрочем, это сложно. Я тоже есть, но это тоже сложно. В принципе, можно было создать тебя сразу и не мучиться, ведь это так просто, Раз-два и ты создан, как и все остальное. Вместо этого мы развели сложную историю с разными персонажами, которыми вполне можно пренебречь. Считай, что все, что было до этого — чисты бред, понятно?
— Понятно, — сказал Миша Оно. — Что ты говоришь? Я не понял.
— Неважно, с другой стороны, пусть будет так, раз стало так, так интереснее. Главное, что ты должен сделать, это попробовать вернуться.
— Откуда? — спросил Миша Оно.
— Ты же Сын, Миша!.. Вернись в отеческое лоно.
— Хорошо!
— Ладно, — сказал он. — Мне все это надоело. Мне скучно. Давай, иди туда.
— Куда? — спросил Миша.
— Куда хочешь. Я лично самоубиваюсь. Старец бросился на меч и сдох, вернувшись в эмпиреи. Миша Оно смотрел на его труп и не плакал. Ему исполнилось три года.