— А если у них пароль? — Джей вопросительно посмотрел на Талгата.
— При таком количестве народа, вряд ли. Наверняка, они знают друг друга в лицо.
Так что будем считать, что пароль, это для детективного чтения.
— И что ты хочешь сделать внизу? — спросил Ганс.
— Попробую вплотную подойти к воротам и убрать их.
— Ты, наверное, командир, перегрелся на солнце. Как ты себе это представляешь?
Джей продолжал настойчиво допрашивать Талгата. Ганс лишь изредка вмешивался в их разговор. Он иногда бросал косой взгляд та Талгата, ожидая, что тот ответит.
— Ты забываешь, что я, как и они, азиат, а нож в наших руках это лучшее оружие внезапности… Да и служили мы все не на продовольственных складах… Так что рискнём. — Джей и Ганс одновременно посмотрели на него и, улыбнувшись, кивнули головами. — А сейчас давайте собираться. Остальное домыслим внизу. Надо кое-что уточнить…. да и солнце уже заходит.
Ганс ещё раз осмотрел окрестности. Всё было спокойно. Вскоре они цепочкой двинулись вперёд, к площадке над лагерем. На обратный путь времени ушло намного больше. От усталости, оружие и боеприпасы становились всё тяжелее.
Придя на место, первым делом дали бинокль Джею. Он долго рассматривал лагерь и подходы к нему. За время их отсутствия жизнь в лагере заметно оживилась. Перед палатками уже горел костёр и несколько человек крутились около него. Судя по взмахам рук, они о чём-то оживлённо переговаривались.
У входа в одну из палаток стояли три человека. Они были в гражданской одежде и чем-то не похожи на других. Только сейчас Джей заметил, что они были без бород. Перебрасываясь короткими фразами, они изредка смеялись. Джей увидел, как все трое тронулись с места и направились в сторону пещеры.
— Здесь есть и гражданские. Смотри! — он подал бинокль Талгату.
— Откуда они вышли?
— Не видел, но стояли у крайней палатки, там где антенна… Наверное, это их штаб, если судить по её размерам… Думаю, что здесь не должно быть больше двадцати человек, если, конечно, не спать в три яруса и не посменно.
— Согласен…. здесь, да. А сколько в пещере? — Талгат вернул бинокль Джею. — Часа через два солнце уйдёт за вершины, и мы с тобой спустимся вниз. Ты должен держать вход под прицелом… Вот только подойти придётся поближе — автомат, не карабин… От озера до входа примерно метров сто. Как только стемнеет, подойдёшь ближе. Там везде валуны и за ними можно укрыться.
Почти два часа они пролежали на карнизе скалы, наблюдая за жизнью лагеря и изредка обмениваясь короткими фразами. Солнце уже освещало только вершины гор напротив них и сумраки лёгким покрывалом накрыли ущелье. Вдоль долины, с верховий потянуло прохладой.
— Пора! — Талгат взял автомат и рассовал по карманам несколько магазинов. Ощупав на поясе нож, он несколько раз подпрыгнул на месте. — Порядок!.. Ночи в горах холодные, думаю, что они допоздна будут сидеть у костра. Дрова они явно берут в том лесу, а значит, проходят мимо входа и часовых. Вот под лесоруба я и попробую сойти…
— Ты сильно рискуешь. Ведь они здесь действительно, как ты говоришь, знают друг друга в лицо. — Джей взял вещмешок и стал надевать. Талгат заметил, как гримаса боли перекосило его лицо. — Оставь его. Там взрывчатка…. мы всё равно не успеем воспользоваться ей… Единственный шанс уничтожить их, это проникнуть внутрь.
— А зачем это надо? Того, что мы принесли с собой, хватит, чтобы обрушить эту скалу и похоронить их там.
— А если там нет Хамади?… А если он там?… — Талгат перевёл взгляд на вход в пещеру. — Мы должны попытаться взять его живым… У нас нет выбора. Тогда есть смысл в нашей операции… В противном случае мы можем просто навести на них авиацию и делу конец… Что у них на уме?… Ты ведь не думаешь, что это производство только для одной атаки, где бы это нибыло. Потом не забывай — они подготовили себе замену. Это известно из ваших же источников… В данном случае, я не хочу принимать такие решения лично. Мы должны решить всё сейчас, потом будет поздно.
Все трое переглянулись и замолчали. Каждый из них думал сейчас о чём-то своём, может о доме, может о предстоящей ночи. Талгат не хотел навязывать им своё мнение как старший группы. Речь шла о цене жизни. Он знал психологию настроя в таких операциях. В своё время немало провёл их здесь, в «Афгане». Лучше, когда мнение каждого вплетается в решение старшего как прядь за прядью в канат. Тогда успех гарантирован.
Первым заговорил Ганс.
— Слушай, командир!.. Я вот что думаю… Обрати внимание на «спарку» у них перед въездом. Она явно может захватывать вход в пещеру в свой сектор.
Талгат навёл бинокль на «спарку», затем на вход.
— И что ты предлагаешь?
Ганс высунулся из-за камня повыше.
— Мне надо вернуться назад, пока ещё светло… Я спущусь вниз у нашего предпоследнего привала и пройду вдоль восточной скалы…. во-о-н там, — он показал на место, где русло делало резкий поворот вправо и с него был виден въезд в лагерь. — Там примерно метров сто. От палаток до «спарки», если мне не изменяет глазомер, метров тридцать. Я смогу расстрелять палатки с той стороны…Двадцать секунд между выстрелами и двадцать на перебежку к пушке…
— Да-а-а, это действительно вариант… Тогда тебе надо бежать. В горах темнеет быстро.
Внезапно до них донёсся приглушённый звук автомобильного сигнала. Они непроизвольно присели на месте. Через секунды сигнал повторился. Осторожно высунувшись из камня, Талгат с Гансом направили бинокли на вход в пещеру. Охранники забегали вдоль ворот. Наконец они распахнули их и из тёмного зева пещеры ударил мощный поток света автомобильных фар. Сначала выехали два грузовика, а затем джип. Они подъехали к палаткам и остановились. Вслед за ними из ворот вышло несколько человек и охранники тут же закрыли вход. Ганс навёл бинокль на эту группу. Он не мог не узнать Хамади. Тот шёл в середине и что-то говорил своим попутчикам. Пока они шли к палаткам, Ганс неотрывно следил только за ним. Сейчас в нём проснулся азарт охотника. Именно этот человек становился смыслом его пребывания здесь. «Прав командир! Хамади должен быть у нас в руках!» — подумал он и опустился вниз.
— Хамади здесь!.. Его надо достать! — он протянул бинокль Джею.
Его помощник только что зашёл в кабинет с очередной сводкой за прошедшие сутки. Франк стоял около карты и по направлению его взгляда, он понял, что того в первую очередь интересует судьба группы, в которую входил Ганс Херен. Он не стал дожидаться вопроса. Подойдя к карте, стал вместе с шефом рассматривать её. Отыскав глазами интересующий их район, сказал:
— Есть хорошие новости. Англичане сегодня подтвердили наличии трёх сигналов в этом районе, — он ткнул пальцем где-то между Кандагаром и Кветтой. — Значит, все трое живы. Продвижение за сутки небольшое, порядка десяти-пятнадцати километров… К сожалению, по этой группе всё… — Он замолчал и ждал реакции шефа.
Тот отошёл от карты и сел за стол.
— Ладно. Давай по нашим, местным.
Помощник разложил перед собой несколько листов.
— В отличии от группы Херена, здесь набралось довольно много материала… Во-первых, «Аузер» срочно ищет покупателя на хлопок. Что интересно — цену предлагает на четверть ниже, чем на бирже… Во-вторых, судя по хлопотам жены директора, они действительно собираются уезжать совсем. Вчера она рассчиталась с домовладельцем и предупредила, что снимать квартиру они больше не будут… И самое главное…. он имел разговор с Бейрутом. Чей это телефон, выяснить, пока не удалось. Разговор шёл на арабском, но довольно эмоционально даже для него. В конце разговора он был очень подавлен.
— Завтра мы получим разрешение на прослушку телефонов. Обязательно постарайтесь выяснить, кому он звонил в Бейрут. Свяжитесь с центральным управлением, пусть подключат нашу резидентуру… Как ведут себя остальные?
— Пока ничего подозрительного. Вчера были в мечети. Пробыли там около часа и вернулись назад.