С лица верховной матери сошла улыбка.
— Без моего разрешения вы не посмеете действовать! — предупредила она таким ледяным тоном, что Дайнин понял, каковы будут последствия неповиновения.
— Однажды ты уже проявил самоуправство….
От Дзирта не укрылось это напоминание о Нальфейне, его убитом брате.
Значит, мать знала! И не покарала сына-убийцу! Теперь настала очередь Дзирта прикрывать ладонью лицо, чтобы скрыть выражение ужаса, которое могло бы навлечь на него одни неприятности.
Мэлис обратилась к Дайнину:
— Твоя задача — наблюдать за всеми и защищать брата, а Дзирт будет защищать тебя. Смотрите, не лишите нас преимущества ради одного какого-нибудь убийства! — На её бесцветном лице вновь появилась злая улыбка. — Однако если вы узнаете, кто наш враг….
— И если представится подходящий случай…. — закончила Бриза, разгадав коварные мысли матери и улыбаясь такой же злой улыбкой.
Мэлис с одобрением взглянула на старшую дочь. Бриза станет достойной наследницей Дома!
Дайнин широко и плотоядно улыбнулся: ничто не могло так порадовать старшего сына Дома До'Урден, как перспектива совершить убийство.
— А теперь ступайте, дети мои. И помните: глаза врага неотрывно следят за каждым вашим движением, выжидая, когда можно будет напасть.
Как всегда, первым из собора вышел Зак, на этот раз чуть ли не вприпрыжку.
И это было вызвано не мыслями о предстоящей войне, хотя возможность уничтожить побольше жриц Паучьей Королевы определенно привлекала. Нет, его обнадежило проявление Дзиртом прежней наивности и непонимания того, на чем зиждется благосостояние Дроу.
Дзирт же, наблюдая за его уходом, подумал, что Зак одержим жаждой убийства. Дзирт ещё не решил, последовать ли за оружейником и драться с ним сейчас и здесь или отступиться от этого намерения, как он уже от многого отказался в этом жестоком мире. Решение пришло, когда Мэлис заступила ему дорогу и задержала его в соборе. Когда они остались одни, она произнесла:
— Тебе я вот что скажу. Ты слышал, какую задачу я на тебя возлагаю.
Провала я не потерплю!
Сила, прозвучавшая в этих словах, заставила Дзирта отшатнуться.
— Оберегай брата, — последовало суровое предостережение, — или я отдам тебя во власть Ллос!
Дзирт понял скрытый смысл этих слов, но верховная мать не могла отказать себе в удовольствии добавить:
— Жизнь драука не доставит тебе удовольствия!
Блеск молнии прорезал тихие чёрные воды подземного озера, осветив головы приближающихся водяных троллей. Шум битвы эхом пронесся по пещере.
Дзирт загнал одного из чудовищ, которых здесь называли «скрагами», на маленький полуостров и преградил этой ужасной твари путь к воде. Обычный Дроу, оставшись один на один с водяным троллем, не имеет перед ним никакого преимущества, но, как смогли убедиться за последние несколько недель товарищи Дзирта по патрулю, он вовсе не был обычным молодым Дроу. Скраг приближался, не обращая внимания на опасность. Быстрым, как молния, движением Дзирт отрубил его протянутые вперед лапы. Он торопился убить тролля, прекрасно зная о способности этих существ самовосстанавливаться.
Позади него из воды вылез второй тролль.
Дзирт был к этому готов, но не подал виду, что заметил его, и продолжал рубить саблей искалеченное, но все ещё опасное тело тролля.
В тот момент, когда скраг за его спиной приготовился вонзить в него когти, Дзирт упал на колени и крикнул: «Давай!» Пантера, притаившаяся в тени, не стала медлить. Одним гигантским прыжком Гвенвивар оказалась на месте, обрушилась на ничего не подозревавшего скрага и вышибла из него дух прежде, чем он смог ответить на атаку.
Дзирт расправился со своим троллем и повернулся, чтобы полюбоваться работой пантеры. Он протянул руку, и огромная кошка лизнула её. «Как хорошо понимают друг друга два воина!» — подумал Дзирт.
Блеснула новая вспышка молнии, на этот раз так близко, что ослепила юношу.
— Гвенвивар! — крикнул Мазой, метнувший эту огненную стрелу. — Ко мне!
Прежде чем повиноваться приказу, Гвенвивар слегка потерлась о ногу Дзирта.
Когда к нему вернулось зрение, он направился в другую сторону, не желая слышать нагоняй, который пантера обычно получала от хозяина за помощь Дзирту.
Как хотелось Мазою вогнать в спину молодого До'Урдена, как раз между лопатками, третью огненную стрелу! Однако маг из Дома Ган'етт помнил о присутствии Дайнина До'Урдена, который как бы случайно оказался неподалеку.
— Не забывай своего хозяина! — ворчал Мазой на Гвенвивар.
Слишком часто пантера покидала мага, чтобы присоединиться к Дзирту в схватке. Мазой понимал, что бойцовские качества больше свойственны пантере. Но он знал и об уязвимости мага, погруженного в творение заклинаний. Поэтому ему хотелось, чтобы Гвенвивар всегда была при нем, защищая от врагов, да и от «друзей» тоже (он бросил взгляд на Дайнина).
Он кинул фигурку на землю у своих ног и приказал:
— Убирайся!
Дзирт встретил ещё одного скрага и быстро расправился с ним. Наблюдая эту демонстрацию искусства фехтования, Мазой лишь покачал головой. С каждым днем Дзирт становился сильнее.
— Скорее дай приказ убить его, Мать СиНафай! — прошептал колдун.
Он не думал, что сохранит способность выполнить этот приказ на долгое время. Он не был даже уверен, что смог бы победить Дзирта сегодня.
Дзирт прикрыл глаза, разжигая факел, чтобы прижечь раны убитого тролля.
Только огонь мог помешать троллю возродиться, даже если он был похоронен.
Молодой воин заметил, что и другие схватки затихли, и увидел пламя, загорающееся в разных местах на берегу озера. Он не знал, все ли двенадцать его спутников уцелели, а впрочем, это не очень его волновало. Другие с радостью займут освободившиеся места.
Дзирт знал, что единственный его товарищ, который был для него важен, Гвенвивар — находится в полной безопасности у себя дома — на Астральном уровне.
— Организуйте охрану! — последовал приказ Дайнина, когда рабы, гоблины и орки отправились на поиски сокровищ троллей, а также трофеев, которые могли остаться от скрагов.
Когда пламя уничтожило все останки, Дзирт опустил факел в черную воду и немного подождал, давая глазам привыкнуть к темноте. «Ещё один день, — подумал он, — ещё один враг уничтожен».
Ему нравился азарт разведки, ощущение опасности, сознание того, что он обращает оружие против смертоносных чудовищ.
Впрочем, даже здесь Дзирту не удавалось стряхнуть с себя оцепенение, какое-то покорное смирение, которым был отмечен каждый его шаг. Потому что, хотя он и дрался в эти дни с ужасами Подземья, убивая по необходимости страшных монстров, он не забыл встречу в соборе Дома До'Урден.
Он знал, что скоро его сабли будут направлены на тёмных эльфов.
Закнафейн всматривался в дали Мензоберранзана, как он часто делал, когда патрульный отряд Дзирта находился за пределами города. Зака терзали противоречивые желания: ему хотелось ускользнуть из дома, чтобы сражаться рядом с Дзиртом, и в то же время он надеялся, что патруль вернется с известием о смерти Дзирта Удастся ли когда-нибудь разгадать секрет младшего До'Урдена? Зак знал, что ему нельзя покидать дом Мать Мэлис зорко следила за ним. Она угадывала его тревогу за Дзирта и не одобряла этого. Зак часто бывал её любовником, но больше их почти ничего не объединяло.
Он мысленно вернулся к борьбе, которую они с Мэлис вели несколько столетий назад из-за Вирны, другого их общего ребёнка. Но Вирна — женщина, её судьба предопределена с момента рождения, поэтому Заку не удалось воспротивиться всепроникающему влиянию Паучьей Королевы.
Боялась ли Мэлис, что на ребёнка мужского пола Зак может оказать более сильное влияние? По-видимому, да. Однако сам Зак не был уверен в том, что страхи её обоснованны; он и сам не мог оценить своё влияние на Дзирта.
Теперь он вглядывался в город, молча ожидая возвращения патрульной группы.