На следующий день Дзирт почти не выходил из своей комнаты, чтобы избежать встречи с другими членами семьи. В первый раз Мэлис отпустила его без единого слова упрёка, но встречаться с ней опять Дзирту не хотелось. Бризе и Майе ему тоже нечего было сказать. Он опасался, что рано или поздно они поймут истинный смысл его богохульных речей. Но больше всего Дзирту не хотелось встречаться с Закнафейном, наставником, которого он некогда считал своим спасением от окружающей реальности, единственным лучом света в той тьме, какой был Мензоберранзан.
И это, как убедился Дзирт, было всего лишь ложью.
На второй день его пребывания дома, когда начался цикл свечения колонны Нарбондель, городских часов, дверь комнаты распахнулась и вошла Бриза.
На аудиенцию к Матери Мэлис! — мрачно сказала она.
Тысяча мыслей промелькнули в голове Дзирта, когда, схватив башмаки, он последовал за старшей сестрой вниз по коридорам в домашний собор. Неужели Мэлис и другие поняли, каковы его истинные чувства к их зловещему божеству? Какое новое наказание уготовано ему? Он невольно поглядел на изображения пауков на сводчатом входе в собор.
— Ты должен лучше познакомиться с этим местом и чувствовать себя здесь непринужденно, — проворчала Бриза, заметив, что ему не по себе. — Это место высочайшей славы нашей семьи.
Дзирт опустил глаза и ничего не ответил. Он старался даже мысленно не произносить всех тех горьких возражений, которые терзали его душу.
Замешательство его удвоилось, когда они вошли в собор, потому что там, как и следовало ожидать, стояли перед верховной матерью Риззен, Майя и Закнафейн.
Но, кроме того, рядом с ними стояли Дайнин и Вирна.
— Мы все здесь, — сказала Вирна, занимая своё место возле матери.
— На колени! — приказала Мэлис, и вся семья опустилась на колени.
Верховная мать медленно обошла всех, причем каждый член семьи опускал глаза в знак почтения или из простой предосторожности, когда почтенная особа приближалась.
Мелис остановилась возле Дзирта.
— Тебя удивляет присутствие Дайнина и Вирны, — сказала она. Дзирт поднял глаза на мать, и она продолжила:
— Ты ещё не понял, какие нужны ухищрения, чтобы выжить?
— Я думал, что брат и сестра останутся в Академии, — объяснил Дзирт.
— Это не принесло бы нам пользы.
— Разве сила Дома не в том, чтобы его сыновья и дочери стали мастерами в Академии? — дерзнул спросить Дзирт.
— Разумеется. Но это разделяет силы семьи. Ты что-нибудь слышал о предстоящей войне? Дзирт посмотрел на Вирну.
— Я слышал какие-то намеки об опасности, но ничего определенного.
— Намеки? — грозно спросила Мэлис, разозлённая тем, что сын не способен понять всей важности этого. — Их больше, чем когда-либо слышали многие Дома перед тем, как зазвенело оружие! — Она отвернулась от Дзирта и обратилась ко всем собравшимся:
— Эти слухи небезосновательны.
Бриза спросила:
— Но какой Дом замышляет козни против Дома До'Урден?
— Вряд ли тот, кто ниже нас рангом, — ответил Дайнин, хотя вопрос был задан не ему, а здесь не принято было отвечать, если тебя не спрашивают.
— Откуда тебе это известно? — спросила Мэлис, простив ему оплошность.
Мэлис высоко ценила Дайнина и знала, что его мнение может быть важно.
— Мы — Девятый Дом в городе, но в нашей семье четыре верховные жрицы, причём две из них — бывшие наставницы Арак-Тинилита. К тому же, — он взглянул на Зака, — у нас два бывших мастера Мили-Магтира, а Дзирт удостоен высшей награды военной школы. У нас около четырехсот опытных воинов, проверенных в боях. Только несколько Домов располагают большими силами.
— Что, по-твоему, из этого следует? — резко спросила Бриза.
Дайнин засмеялся:
— Мы — Девятый Дом, но мало кто из стоящих над нами сможет победить нас….
— И никто из тех, кто ниже нас! — закончила верховная мать. — Ты здраво рассуждаешь, старший сын. Я пришла к таким же выводам.
Вирна подытожила:
— Один из важных Домов боится Дома До'Урден. Он хочет уничтожить нас, чтобы защитить своё положение.
— Я тоже так считаю, — сказала Мэлис. — Это довольно необычная ситуация.
Как правило, семейные войны затеваются низшими по рангу Домами, претендующими на более высокое положение в городской иерархии.
— Значит, мы должны быть настороже! — воскликнула Бриза.
Дзирт внимательно прислушивался к их словам, пытаясь понять смысл обсуждения. Однако его глаза не отрывались от Закнафейна, равнодушно стоящего на коленях в сторонке. Что думает обо всём этом бессердечный оружейник? Дрожит от радости при мысли о войне, которая позволит ему убить ещё больше тёмных эльфов?
Каковы бы ни были его чувства, Зак ничем не выдавал их. Он спокойно стоял на коленях и, судя по всему, даже не прислушивался к разговору.
— Вряд ли это Бэнры. Для них мы не представляем угрозы, — сказала Бриза, явно надеясь услышать подтверждение своим словам.
Живо припомнив своё посещение правящего дома, Мэлис мрачно ответила:
— Хочется верить, что ты права. Похоже, это какой-то более слабый Дом, стоящий выше нас, который опасается за своё непрочное положение. Я не получила пока каких-либо конкретных уличающих сведений, но надо быть готовыми к худшему.
Поэтому я и вызвала к себе Вирну и Дайнина.
— Если мы узнаем, кто наши враги…. — неожиданно для самого себя заговорил Дзирт.
Все взоры устремились на него. Мало того что старший сын заговорил, когда к нему не обращались, а уж для второго сына, только что закончившего Академию, такой поступок вообще может быть уподоблен богохульству!
Однако Мэлис, которую интересовали все возможные варианты, и на этот раз оставила проступок без последствий.
— Продолжай, — подбодрила она.
— Узнав, какой Дом составляет заговор против нас, мы можем разоблачить его намерения перед всеми!
— С какой целью? — прорычала Бриза. — Один только заговор, без последующих действий, не считается преступлением!
— Тогда не стоит ли попробовать убедить их? — Все, за исключением Закнафейна, недоверчиво смотрели на него. — Если мы сильнее, нужно дать им возможность отказаться от войны. Тогда репутация Дома До'Урден будет по-прежнему высока, а угрозам со стороны более слабого Дома будет положен конец.
Мэлис схватила Дзирта за ворот, рывком подняла его с колен и взревела:
— На этот раз я прощаю тебе эти вздорные идеи!
Она снова бросила его на пол, и на него обрушилось молчаливое порицание брата и сестёр.
Однако и тут Зак не присоединился к остальным. Больше того, он прикрыл ладонью рот, пытаясь скрыть улыбку. Нет, пожалуй, всё же кое-что осталось от того Дзирта До'Урдена, которого, как казалось Заку, он знал. Возможно, Академия не полностью искалечила дух молодого воина.
Мэлис повернулась к остальным членам семьи, еле сдерживая бешенство и алчность, горящие в её глазах.
— Сейчас не время для опасений! Сейчас нужно дерзать! — закричала она, тыча перед собой тонким пальцем. — Мы — Дом До'Урден, Дармон Н'а'шезбернон, наша сила превосходит возможности высших Домов. Мы — не ведомая никому причина этой войны. У нас все преимущества! Девятый дом? — засмеялась она. — Очень скоро над нами останется только семь!
— А патруль? — вмещалась Бриза. — Можно ли отправлять второго сына одного, без прикрытия?
— Патруль обеспечит нам начальное преимущество, — благосклонно объяснила Мэлис. — Вместе с Дзиртом в его группе пойдут члены по крайней мере четырёх Домов выше нас рангом.
Бриза сказала:
— Но один из них может напасть на него!
— Нет, — успокоила её мать. — Наши враги не станут разоблачать себя раньше времени. К тому же убийце придется сражаться сразу с двумя До'Урденами.
— Почему с двумя?
— Ллос опять оказала нам милость: патрульную группу поведет Дайнин.
При этом известии глаза старшего сына вспыхнули.
— Тогда, если произойдет конфликт, мы с Дзиртом сумеем уничтожить кого-нибудь!