В IX–X вв. в Европе рушится государство, созданное Каролингами. На европейском континенте Италия представляла собой самую раздробленную в политическом отношении страну, и эта раздробленность на протяжении тысячелетия служила фоном, на котором действовал глава Западной Церкви. Народ относился к последним представителям династии Каролингов с нескрываемым пренебрежением и повернулся в сторону герцогов, которые фактически ограждали его от набегов врагов и варваров, которые проходили непрестанной чередой. В IX в. папский престол стал конечной целью всех честолюбивых интриганов. Постоянная смена пап, некоторые из которых не правили и года, убийства, отравления, разврат… вот что происходило на папском престоле.
К началу первого тысячелетия существования христианства утихло так называемое великое переселение народов. Осевшие племена сформировали самостоятельные государства: Францию, Германию, Италию, Византию, государства скандинавских и западных славян, Киевскую Русь. Им противостоял Арабский халифат, который тоже насчитывал несколько отдельных государств — халифаты — Багдадский, Кордовский и Египетский.
Тем временем к начал) X в. мусульмане уже завоевали большую часть Малой Азии, дотоле принадлежавшую крупнейшей державе восточного христианства — Восточно-Римской империи, и попытались, используя свое военное превосходство на море, покорить также средиземноморские христианские страны Запада. Эта череда мусульманских завоеваний в VII, VIII и особенно XI вв. поставила христианскую церковь на грань катастрофы, лишив ее больше половины земель, причем наиболее процветающих, богатых и культурных. А вот римскому первосвященнику было не до этих забот, он продолжал вести борьбу с королевством тевтонов (т. е. немцев), не отвлекаясь на дела далекой Палестины. Однако пресечение рода Каролингов в Германии и Франции привело к власти новую династию, основателем которой стал вождь саксов Генрих. В результате шестилетней борьбы он создал Германию и стал основателем Саксонской династии.
Как считает венгерский историк церкви Ё. Гергей, из анархии X века папству помогла выйти именно возвышающаяся германо-римская имперская власть. Во второй половине X в. германскому королю Оттону I Великому (936–973) удалось, опираясь на зависимых от него представителей высшего духовенства, преодолеть феодальную анархию, инспирируемую герцогами, и укрепить центральную государственную власть. Высшее духовенство оказывало ему помощь потому, что получало от короля крупные вассальные владения и взамен вассальной клятвы ожидало от государства защиты своих владений от посягательств светских властителей. Но германского короля избирали герцоги, и его титул не был наследственным. Для того чтобы укрепить свою власть, королю необходимо было стать императором, а путь к этому шел через церковь, Рим и Италию1.
Германский король мог бы и впредь властвовать над феодальной анархией и подпавшим под его влияние высшим духовенством лишь в том случае, если и глава Церкви, Папа, окажется под его влиянием. Однако для этого было необходимо ввести в рамки местную итальянскую феодальную аристократию, которая по своей структуре поддерживала только анархию. Этим устремлениям короля пошел навстречу и сам папа, чтобы от далекого императора получить защиту против местных феодалов. В середине X в. папа находился в таком же стесненном положении, как и во время вторжения франков. Существовала угроза нападения со стороны итальянского короля Беренгара II. В борьбе против него папа Иоанн XII обратился за вооруженной помощью к германскому королю Оттону I. Оттон после быстрого завоевания Северной Италии в 962 г. вступил в Рим, где в благодарность был коронован папой в качестве римского императора. Оттонова грамота о привилегиях для римской церкви (Ottonianum), основываясь на Каролинговой дарственной грамоте, регулировала отношения между папой и ожившей империей.
Вначале в грамоте перечисляются те территории, которые являются частями Папского государства или же на которые распространяется папская юрисдикция (Римское герцогство, Равеннский экзархат, Романья и Пентаполь). Дарственная грамота признавала Сицилию и Южную Италию вассалами папы. Император гарантировал папе поступление налогов из герцогств Тоскана и Сполето, но сохранил за собой верховную власть над ними. (В пакте папа выдвинул претензии на Венецию, Истрию, а также на Корсику.) Оттон в соответствии с грамотой Лотаря (Lotharianum) от 824 г. обеспечил за собой преимущественные права над Римом и Папским государством. Избранного папу не могли интронизировать до тех пор, пока император не утвердит результаты выборов, а сам папа не принесет присягу на верность императору. Были возобновлены также имперские торжественные ритуалы.
Оттон на время освободил папу от влияния аристократии, но одновременно вынудил его подчиниться своей власти. Совершился почти такой же процесс, как и при Карле Великом. Вопреки своему обещанию Оттон так и не вернул папе отнятые у того в ходе борьбы противоборствующих партий в начале X в., а теперь отвоеванные императором области Романья и Пентаполья. Этими территориями папам удалось вновь овладеть лишь в XI в.
Идея политического универсализма в ограниченных рамках вновь появилась и обрела смысл с 962 г. в германо-римской империи, которую лишь намного позднее назвали «Священной Римской империей германской нации» (Heiliges Romisches Reich Deutscher Nation). Вновь созданная империя не предпринимала попыток подчинить своей реальной власти существовавший в то время христианский мир. Титул императора, обусловивший его первенство среди христианских правителей, означал и его политическое господство над Италией, и, прежде всего, на нем лежала обязанность защиты Римской Церкви[674]. Уже с середины XI в. во главе церкви последовательно стояли немецкие папы, пользовавшиеся доверием императора, проводившие умеренную реформу церкви. Император уменьшил влияние римских династий на папство, но и не открыл путь чересчур широким реформам. Уже Генрих III понимал, что чрезмерное укрепление папской власти не отвечает его интересам, ибо папа также может восстать против императора. Однако это был объективный процесс: экономические и политические условия светско-державных устремлений папства формировались в рамках феодальных отношений, в условиях все возрастающих церковных землевладений, что, следовательно, находило отражение и в политической консолидации. В то же время королевские владения все более сокращались, и это вело к ослаблению центральной власти.
Развернувшееся еще в первой половине XI в. церковное (монастырское) движение за реформы нельзя считать непосредственным предшественником григорианского папства, но несомненно, что движение за реформы политически и идеологически подготовило почву внутри и вне церкви для папства нового типа, стремящегося к светской власти, что и достигло своей цели при папе Григории VII (1073–1085) Гильдебранте. Но в это время норманы захватывают Бари, последний оплот Византии. В 1072 г. папа Григорий VII дарует пирату-норману Роберту Гвискару титул герцога Апулийского и Калабрийского, а позднее его брат Роджер завоевывает Сицилию и становится графом Сицилийским[675]. А на востоке новый опасный враг — турки-сельджуки, приближается к границам Европы. Даже византийский император Алексей Комнин вынужден был обратиться за помощью к папе Урбану II с просьбой помочь освободить Святую Землю.
Надо отдать должное Западной Церкви, она умело воспользовалась создавшейся ситуацией. Собор, созванный в ноябре 1095 г. в Клермоне (Франция), явился важным событием в истории папства. Именно здесь папа Урбан II провозгласил первый крестовый поход. Из идеи григорианского папства следовало, что папа считает себя также главным лицом в деле дальнейшего распространения христианства. Не случайно Григорий VII в свое время выдвинул идею крестовой войны против неверных, это произошло после того, как в 1071 г. Иерусалим, которым владела Византия, попал в руки сельджуков.