– Уходите отсюда: здесь не безопасно! – попытался выкрикнуть его слабый голос. Но она не обратила на это внимание – он подошел ближе и продолжил: – Эй! Вы меня слышите?! Здесь опасно находиться!
– Что? – беззвучно произнесли губы нимфы, когда она повернулась к нему.
Он увидел ее лицо. Лицо самой прекрасной женщины на свете. Лицо той, чье имя он знал и хранил в своем сердце и ни на минуту не забывал.
Она попятилась, будто увидела привидение из прошлого.
– Не может быть, – прошептала нимфа. – Я не верю, – она прижала рот рукой, пытаясь успокоить себя от надвигающегося приступа истерики.
Сергей почувствовал боль, душевную боль и легкость одновременно. Словно из его тела хирургическим путем и без наркоза вытащили опухоль, которую он всю жизнь носил в себе.
– Джульетта… – он пытался что-то сказать, но горло сжалось в невидимые тиски – они мешали издавать какой-либо звук.
Он нерешительно шагнул ей навстречу, а на глазах появились слезы, которые скрыл не унимающийся дождь. Внезапно она рухнула на колени и, прикрыв лицо руками, зарыдала еще сильнее. Сергей подбежал к ней, чтобы крепко обнять и успокоить.
– Перестань, прошу, перестань, – шептали его дрожащие губы, целуя ее мокрый лоб.
Она отстранилась.
– Прости меня, – надрывисто звучал голос, а руки вцепились в его куртку. – Простишь? Ты ведь простишь меня? – ее жалостливые глаза ждали немедленного ответа.
– Конечно, – ответил он, преодолевая мешавший в горле ком. – Я не могу тебя не простить.
Джульетта попыталась улыбнуться, но вновь зарыдала.
– Ну, вот опять.
– Нет-нет, все в порядке.
Ее дрожащие пальцы осторожно коснулись его губ. Сергей перехватил руку Джульетты и поцеловал, получая безумное наслаждение от прикосновения.
– Боже, ты совсем замерзла, – подметил он и снял с себя куртку, чтобы накинуть на дрожащие плечи.
Джульетта снова прильнула к его груди, не желая отпускать Сергея ни на секунду.
– Я искала тебя.
– Искала? – переспросил он.
– Да. После пяти лет моего путешествия, я вернулась. И первым делом отправилась к тебе домой, но… – Джульетта вытерла мокрое лицо, – но тебя там не оказалось: ты съехал. А новые жильцы сказали, что ты женился. И я… – она снова заплакала.
– Теперь все хорошо, – он прижал ее к себе, чувствуя всю злость разбушевавшейся непогоды. – Пойдем домой, – предложил Сергей, убирая с ее лба прилипший локон волос.
– Домой… – еле слышно повторила она, сквозь слезы.
– Да. В наш с тобой дом.
– В наш?
– Именно, – он улыбнулся при виде ее детского выражения лица, после чего воскликнул: – Как же я соскучился!
И его губы прильнули к ее губам. Легкие прикосновения превратились в жадную страсть, с помощью которой они пытались насладиться наступившим мгновением, компенсируя ушедшие в никуда одиннадцать лет. Оторвавшись от теплоты и податливости ее мягких губ, он произнес:
– Теперь я тебя никуда не отпущу, слышишь! Никуда и ни за что.
Она робко кивнула.
– Ну, же пойдем. Я еще должен тебя кое с кем познакомить и напоить горячим чаем.
– С молоком? – спросила она, как всегда.
Он засмеялся так свободно и естественно, чувствуя себя самым счастливым на Земле, и ответил:
– Конечно. Как ты любишь.
Он помог Джульетте встать с мокрой скользкой травы и, взяв ее маленькую руку в свою, повел сквозь темный лес, где их ждала та самая любовь, которая сквозь время и расстояние становиться только крепче, искреннее и вернее.
В конце больничного коридора что-то упало, звонко ударяясь о серый мраморный пол. Дина вздрогнула и посмотрела испуганными опухшими от слез глазами в ту сторону, откуда послышался звук. Руки рефлекторно обхватили ссутулившиеся под тяжестью горя плечи, а по лицу вновь покатились слезинки, которые она обессилено вытерла с покрасневших щек. Нервно сжала худенькие пальцы в кулачки, чувствуя острую боль от впившихся в кожу ногтей.
– Дина! – по помещению разнесся знакомый встревоженный голос. – Детка, как ты?
Девочка подняла голову и, увидев родное лицо, тут же вскочила с железного стула и поторопилась обнять красивого статного мужчину, одетого в летний домашний костюм. Он ответил ей тем же.
– Дядя Денис, – залепетали усталые губы. – Все плохо. Все очень плохо. Я нашла его в лесу без сознания. Я не знала, что делать, – она снова заплакала, но усилием воли продолжила: – Я пыталась дотащить его до дома, но не смогла, да еще эти лужи и грязь. Тогда вызвала «скорую». Она добиралась два часа и… Нас привезли сюда.
– Ну, а что же… что с ним произошло? – поспешил узнать Дэн, нежно поглаживая Дину по голове.
– Он… – девочка отстранилась от него и, вытирая ладошкой мокрое лицо, ответила: – Он упал, там в лесу. Наверно, поскользнулся и ударился затылком об острый камень. И зачем он туда пошел? Зачем?! А теперь… теперь он в коме, и когда выйдет из нее – неизвестно. Господи, что же мне теперь делать, дядя Денис?
Отчаянные голубые глаза Дины просили ответа, но Дэн, потрясенный горестным событием, смог ответить только одно:
– Все будет хорошо.