Капитан Бэннерман расправил плечи и направился в ее сторону.
— Нет! Прошу вас! — воскликнула миссис Диллинтон-Блик.
Мистер Макангус теперь представлял из себя один мучительный комок сочувствия и сопереживания.
— Вы не должны об этом думать, — лепетал он. — Вы не должны себя упрекать. Ведь вы богиня. Вы не должны…
Миссис Кадди презрительно фыркнула.
— Все эта проклятая жара, — простонала миссис Диллинтон-Блик. — Нет никаких сил думать. Я… мне как-то нехорошо.
Аллейн распахнул стеклянные двери и поставил к ним спиной кресло мистера Мэрримена. Тим и Джемайма помогли миссис Диллинтон-Блик дойти до него. Она опустилась в кресло. Из салона ее не было видно.
— Посидите, пожалуйста, здесь, — попросил ее Аллейн. — Когда вам станет лучше, мы продолжим нашу беседу. Доктор Мейкпис за вами понаблюдает.
Он что-то тихо сказал Тиму, и оба мужчины вернулись в салон.
— Нам придется поторопиться. Женщины мне больше не нужны, поэтому вы, миссис Кадди, если хотите, можете идти в свою каюту.
— Благодарю вас, но я предпочитаю остаться с мистером Кадди.
— Послушай, Эт, ты бы лучше шла. — Мистер Кади нервно облизнул губы. — Это не для дам.
— Мне не хочется сидеть там одной.
— Тебе там будет хорошо, дорогая.
— Ну а ты, дорогой?
— А мне будет хорошо здесь, — сказал он, глядя куда-то мимо жены.
В глазах миссис Кадди заблестели слезы. Это производило очень странное впечатление.
— Фред, зачем ты это сделал? — вырвалось у нее.
Глава одиннадцатая
АРЕСТ
— Что он сделал, миссис Кадди? — нарушил вакуум тишины голос Аллейна.
— Эт, Бога ради, думай, что говоришь… Иначе они решат, что я… Эт, прошу тебя, будь осторожной.
Миссис Кадди в упор смотрела на супруга, и, хотя она полностью игнорировала то, что он ей только что сказал, Аллейну показалось, что в данный момент для нее существует он один. Мистер Кадди представлял собой жалкое зрелище.
— Ты ведь знаешь, как я к этому отношусь, и все равно продолжаешь вести себя подобным образом. Ты делаешь из себя посмешище. Ее я осуждаю больше, чем тебя. Запомни это, Фред. Она безнравственная женщина. Она над тобой смеется. И я не боюсь, — миссис Кадди повысила голос и повернулась лицом к спинке кресла, на котором сидела миссис Диллинтон-Блик, — я не боюсь, что она меня услышит. То, что случилось, случилось по ее вине. А ты пошел за ней подсматривать и впутался в эту историю с трупом. Думаю, это будет тебе уроком. — Ее рот скривился, из глаз брызнули слезы. — Фред, зачем ты это сделал?
— Мне очень жаль, дорогая. Я сделал это лишь ради смеха.
— Ради смеха! — У нее сорвался голос. Она подошла к супругу и потрясла у него под носом кулаком. — Старый идиот!
И выскочила в коридор.
Мистер Кадди хотел было последовать за ней, но Аллейн преградил ему дорогу.
— Надеюсь, вы не станете притворяться, что вам неясен смысл слов миссис Кадди. Не бойтесь, я вас не съем.
— Мне кажется, вам придется кое-что доказать. — Капитан Бэннерман кашлянул и бросил взгляд на спинку кресла, в котором сидела миссис Диллинтон-Блик, и на Джемайму, примостившуюся возле нее на крышке люка. — Я считаю, это только для мужчин. Ради Бога, давайте пощадим уши женщин.
Он встал и с силой захлопнул двери в салон.
— Отлично, — сказал Аллейн и кивнул Тиму. — Сейчас самое время.
Капитан придвинул стулья к большому столу. Аллейн занял место на одном его конце, капитан сел напротив. К ним подсели Обин Дейл и мистер Макангус. После некоторого колебания их примеру последовал и доктор Мейкпис. Мистер Кадди стоял в сторонке и наматывал вокруг пальцев пояс халата. Отец Джордан, вернувшись, тоже занял место у стола. Мистер Макангус прикурил дрожащими пальцами свою сигарету.
— Так-то будет лучше. Прошу вас, мистер Аллейн. — Капитан кивнул головой в его сторону.
— Постойте, давайте сначала выпьем, — сказал Обин Дейл, уже давно бросавший вожделенные взгляды в сторону бара. — Можно я позвоню стюарду?
— Какому стюарду? — спросил капитан.
— Господи, я совсем забыл.
— Мы выпьем, только чуть позже, — заверил его капитан. — Мистер Кадди, вам тоже не мешало бы сесть.
— Не командуйте, капитан. Слушайте, а почему вы не пошлете за этим Мэррименом?
Мистер Кадди отодвинул стул от стола и уселся чуть поодаль от остальных. Его взгляд беспокойно бегал по сторонам.
— Это все больше и больше начинает походить на заседание правления, — заметил Обин Дейл. — Только я не пойму, почему мистеру Мэрримену разрешено на нем не присутствовать. Если только, разумеется… — Все тотчас навострили уши. — Если только…
— Будь это обычное расследование, я бы разговаривал с каждым из вас в отдельности, в то время как за другими велось бы наблюдение, — пояснил Аллейн. — В данном случае это исключено. Я беру показания в присутствии остальных. Покончив с этим, мы пошлем за мистером Мэррименом.
— Почему, черт возьми, он должен быть в привилегированном положении? — возмущался Дейл. — Вдруг это он сделал?
— Мистер Мэрримен сидел в том самом кресле, в котором теперь сидит миссис Диллинтон-Блик. Он еще сидел так, когда вы все разошлись. Ему была видна вся палуба, каждый ее уголок. И оба подступа к веранде. Так что он у нас главный свидетель. Как вы все знаете, нрава он не кроткого. Будь он сейчас здесь, он бы не позволил никому из нас раскрыть рта. Поэтому я предпочитаю дать возможность каждому из вас отчитаться за свои поступки. Потом мы позовем и его.
— Все это так, но вдруг это сделал он? — вопрошал мистер Кадди. — Вдруг он и есть тот самый цветочный убийца? Что тогда?
— В таком случае, не ведая о том, что вы тут рассказывали, он может дать показания, которые кто-то из вас сумеет опровергнуть.
— Итак, по-вашему, получается: с одной стороны все мы, а с другой стороны один он?
— Я не понимаю, зачем вам всем так необходимо его присутствие? — Мистер Макангус беспокойно ерзал на стуле. — Я, к примеру, чувствую себя в его присутствии таким глупцом, и вообще мне как-то не по себе.
— Так давайте же поскорей покончим со всем этим! — воскликнул Дейл.
— Вы правы. — Аллейн стоял, положив руки на спинку стула. — Именно к этому и идет дело.
Все разом замолчали и устремили на Аллейна тревожные взгляды.
— Трое из вас уже отчитались передо мной в том, что они делали в тот критический отрезок времени, то есть в течение восьми минут, начиная с того времени, как миссис Диллинтон-Блик покинула салон, и кончая тем моментом, когда сюда ввалился мистер Кадди с сообщением о трупе. Мне кажется, стюард Деннис был задушен именно в этот отрезок времени. Вероятно, это случилось потому, что кто-то принял его за миссис Диллинтон-Блик. Но все ваши показания одно другое отнюдь не подтверждают. Перед нами картина ночных маневров по палубе трех индивидуумов, пребывающих в полном неведении о действиях друг друга. Что касается меня, то я ушел отсюда первым. Я столкнулся с миссис Диллинтон-Блик возле веранды, куда она шла, простите меня за грубое выражение, но у меня нет времени подбирать вежливые, чтобы служить приманкой. Она убедилась в том, что Деннис там, и собралась было спрятаться, но тут неожиданно появляюсь я. Для того чтобы избавиться от меня, она просит меня помочь ей спуститься на нижнюю палубу по трапу с левого борта. Что я и делаю, потом провожаю ее до каюты и возвращаюсь сюда. Тем временем мистер Кадди переодевается, спускается вниз и идет к бассейну, заходя к нему со стороны правого борта. Мисс Эббот, которая ушла из салона уже после него, обходит вокруг всю палубу и стоит несколько минут возле правого борта. Она припоминает, что видела, как кто-то плескался в бассейне.
Мистер Макангус утверждает, что он вышел из салона через двойные двери, постоял какое-то время у входа в коридор с каютами с левого борта, потом отправился к себе и лег спать. Как выясняется, его никто не видел.