- ...Вот так, Бенка, я и стала дважды вдовой.
- Ужас. Целых три месяца?! Как он продержался столько? Тем более старик. Сколько ему, говоришь, было?
- За семьдесят. Агильери лечил. Последние пару недель он почти не вылезал из пыточной. Но, в конце концов, Ронка довела его до такого состояния, что даже и Агильери помочь не смог. А потом то, что оставалось от тела Вована, скормили низшим зомби. А душу наказали.
- Наказали? Как наказали? И разве можно наказать душу?
- Ну да, я же вчера не успела тебе рассказать про это. Некогда было.
- Да уж. Действительно, вчера тебе было не до рассказов. Тебе поужинать-то было некогда. Дорвалась, что называется.
- Извини. Просто я соскучилась. Всё же, почти год тебя не видела. Сорвалась немного.
- Ладно, я не в претензии. Тем более что я и сама соскучилась. Хотя пуговицы ты могла бы и не отрывать. Что, сложно расстегнуть было? Так как его наказали?
- Сейчас расскажу. Бенка, а пошли на лодках кататься, а? Смотри, погода какая!
- Пошли. Сама хотела предложить тебе.
- Так вот, про наказание. Пиратов, которые захватывали наши корабли, мы переловили. Это, вообще-то, не так уж и сложно было. Один только Рыжий Крыс некоторые трудности вызвал. Представляешь, когда он узнал, что в Рассветный архипелаг прибыли каратели Академии, он всё бросил и на крайний юг ломанулся. Так спешил, что даже чуть не четверть команды в порту оставил.
- На юг? Зачем?
- Не знаю. Может, надеялся, что мы туда за ним не полезем. Ошибся, полезли. Вообще-то, мы его спасли даже. Без нас он бы так там вместе со всей командой и сгинул. У них же даже тёплой одежды с собой не было. Как они собирались зимовать там - непонятно. Корабль Крыса раздавило льдинами, после чего он затонул. Когда Ригорн нашёл Рыжего Крыса с остатками команды, они уже от голода вполне созрели до людоедства и на полном серьёзе обсуждали, кого именно будут есть первым. Другой еды не было совсем.
- Кошмар какой. А дальше что было?
- Сейчас. Так вот, Ригорн их всех спас, накормил, обогрел. И вывез в Риунор. А там уже их с нетерпением ждала команда наших некромантов, у которых как раз закончился материал, ранее бывший командами других Рыжих Братьев. Через пару недель закончились и эти и в живых остались только сами пиратские капитаны, те самые Рыжие Братья. Для них решили придумать нечто особенное. Банально запытать до смерти казалось несоразмерно их преступлениям.
- И придумали?
- Придумали, конечно. Кстати, Ронка придумала. Затейница наша. Ни за что не догадаешься, чего она придумала! Я бы так не смогла.
- Леона, не томи, рассказывай. Что она придумала?
- В Сумирском султанате, в крупных городах, работают султанские золотари. Ну, это люди, которые, эээ...
- Леона, пропусти. Я в курсе, чем именно занимаются золотари.
- Хорошо. Так вот. Команда золотарей обычно состоит из трёх человек, лошади и передвижной бочки, в которую они и сливают... эээ... наполняют эту бочку...
- Это тоже пропусти, я догадалась, для чего им нужна бочка.
- Отлично. Два месяцы назад служба золотарей Мерении - это такой порт крупный - получила в дар от Академии сотню отличных новых бочек. Бесплатно. Причём бочки зачарованы против гниения и с защитой от огня. То есть и горят очень плохо и гнить будут медленно. Если специально не пытаться их уничтожить, то пару сотен лет каждая такая бочка прослужит.
- С чего бы это наши такими нежными чувствами к золотарям воспылали? Не похоже на наших совсем. В чём подвох?
- Девяносто пять бочек обычные. Просто магически укреплённые бочки. Но к четырём другим бочкам Ронка сделала привязку душ Рыжих Братьев. Зрение она им сохранить не смогла, но поклялась, что слух, вкус и обоняние у них должны остаться. И теперь пиратские капитаны несколько десятилетий проведут, работая ёмкостью для... понимаешь чего. В полной мере наслаждаясь как вкусом, так и запахом.
- Брр! Мерзость какая! Такую гнусность только некромант мог придумать.
- И не говори. К тому же, после привязки душ, бочки специально перемешали. И теперь даже сама Ронка не знает, какая их них обычная, а какая - вместилище души пирата. Так нарочно сделали, чтобы никто не пытался эти бочки уничтожить. Пленённая душа должна освободиться и уйти на перерождение, если разрушить её вместилище. А сломать сотню бочек намного труднее, чем четыре.
- Погоди, Леона, что-то не сходится у тебя. Пиратов всего четверых так наказали, простых бочек 95, а всего сотня. Где ещё одна?
- А догадаться? Я же почему тебе про бочки рассказывать стала, а? Вспомни!
- ...Султан! В сотой бочке - султан!
- Точно! Вован тоже теперь будет активно помогать своим подданным поддерживать чистоту. Жаль, нельзя его оживить и ещё раз отправить к Ронке. Очень жаль.
- Говоришь, он сам приказал?
- Да. Никаких сомнений. Десятки человек слышали. Вообще-то, казнить пленных королей не принято. Короля не убивают даже в шахматах. Но Лиона Вован приказал обезглавить сразу же, как только того к нему привели. Сволочь!
- Ты очень любила его?
- Я? А как ты думаешь? Конечно, любила! Любила!! Да!!!
Ну вот, опять сорвалась. Наорала на Бенку, хотя та не виновата совсем. Вроде бы успокоилась уже, проревелась. А всё равно, как про Лиона вспоминаю, так сразу слёзы. Ничего не могу поделать с этим.
Когда я впервые увидела эту страшную мёртвую голову в мешке, внутри меня будто взорвалось что-то. Не знаю, как я сдержалась и не поубивала всех, кто тогда находился вместе со мной в башне. На маскировку мне стало наплевать. Мне на всё в тот момент было наплевать. Я вышла из башни прямо сквозь полуметровой толщины каменную стену. Развалила её Звуковым Резонансом и взлетела. Я маг! Пусть все видят, мне всё равно!!
Наблюдавшие издалека за городом конные неронские патрульные умерли сразу, не успев ничего понять. Я их Огненным Штормом накрыла. Я маг Природы, высшие заклинания школы Огня мне не даются. Но... как-то смогла. Не знаю как. Внутри меня всё кипело злобой и жаждой мести, по щекам слёзы, а в голове бьётся одно лишь имя - Лион!
Потом был безумный полёт над ночным зимним лесом. Плохо помню его. С удивлением поняла, что мана у меня восстанавливается, несмотря на то, что я лечу. То есть я регенерирую быстрее, чем трачу на Левитацию! Смерть Лиона что-то сдвинула во мне. С тех пор я могу лететь сколь угодно долго - маны хватит.
Так я летела над лесом часа два. Заблудиться не боялась, потому что над дорогой летела. Кроме как по ней наступавшим армиям двигаться было негде. Летела над дорогой и убивала всех, кто попадался на пути. Всех подряд. Мне ни до чего не было дела. Я думала только об одном - Лион!
Когда я нашла главный лагерь войск Сумира, то чуть не сожгла его Армагеддоном. Я чувствовала, что смогу. Сейчас вот чувствую, что не могу. Не осилю. Но той ночью определённо могла. На волне охватившего меня гнева я могла применить даже Армагеддон! Как же так? Лион!
Лагерь спасло от уничтожения лишь то, что я очень хотела узнать, кто именно приказал убить моего мужа. Я считала, что лёгкая смерть в огненных вихрях никак недостойна этой твари. С трудом сдерживая гнев, я отступила в лес и начала поднимать там древней. Я, конечно, не эльфийский Лес, но низшего древня мне поднять вполне по силам. А той ночью смогла поднять даже Большого Древня.
И с рассветом в сумирский лагерь из леса вошли двенадцать низших и один Большой древень. Что-либо противопоставить даже и низшим древням немагические противники не могли. Разве что, обстрелять горящими стрелами. Эффективность сомнительная, но ничего лучше они бы придумать не сумели. Так ведь к этому готовиться нужно заранее. Чтобы из обычной стрелы сделать зажигательную, нужно что-то горючее к ней примотать. А древни уже тут, вот они! И стрелять нужно прямо сейчас. А нечем. Опять же, я сверху летаю. Пробить мой щит простыми стрелами нереально. А вот мне оттуда всё очень хорошо было видно, и я давил лавой любые попытки сопротивления.