- Можно мне прочесть твои сказки? - неожиданно меняет тему Влад. Он смотрит прямо за линзы ее очков. Это смущает и пугает ее одновременно.
- Ты думаешь, что сможешь что-то узнать обо мне?
- Я знаю достаточно. Не льсти себе. Ты не настолько интересна мне. Я издатель, это творческий позыв.
- Издатель. - насмешливо бросила Дина, уверенно двигаясь к двери. Пусть ее поведение оскорбит его. Все равно.
- Ты не ответила. - спросил он вдогонку. Динара не обернулась.
- Да хоть выучи наизусть.
Очутившись в спальне Влада, девушка с ужасом оглядела царящий там кавардак. Она в жизни не видела столь неаккуратного мужчину. Создавалось впечатление, что он просто вывернул на пол все содержимое чемоданов, и для пущего эффекта разбросал вещи в разные стороны. Воздух в спальне был тяжелым и прокуренным, в пепельнице на прикроватном столике дымился окурок, рядом стоял стакан с недопитой жидкостью. Кровать смята, одеяло на полу, простыни задраны так, что видно матрас. Инги нигде не видать. Значит, его, как и всех смертных, мучают кошмары. Зачем еще приводить свою постель в ледовое побоище Дина не понимала. Благо порядок в комнатах был вне ее компетенции. Тяжело вздохнув, она прошла в ванную комнату. В джакузи все еще стояла мыльная вода и плавающая на поверхности мочалка, на белоснежном кафеле темные волосы и грязные следы. В раковине небрежно брошена бритва, все колпачки от тюбиков с пастой или средством для бритья раскиданы по полу, засохшая голубоватая паста прилипла к краю раковины. Брезгливо поджав губы, девушка взялась за уборку. Она нашла чистые полотенца в стиральной машине. Видимо Влад очень нуждался в снятии напряжения. И она очень подходила на эту роль. Но зачем же действовать столь грубо и откровенно? Прибравшись в ванной, она вернулась в спальню. Хорошо, что Влад еще не вернулся, и достала из шкафчика чистые полотенца и запасной махровый халат, чтобы повесить их в санузле. Конечно, он прекрасно знал, где хранятся банные принадлежности, но разве их высочество удосужиться щелкнуть пальцем, чтобы что-то сделать самому.
Закончив в спальне Влада, девушка направилась к хозяйке дома. Там дела обстояли лучше. Сама Инга возлежала на горе из подушек и стонала от головной боли. Рядом с кроватью стояла Лика, протягивая женщине стакан с растворенным аспирином. Дина вежливо поздоровалась и исчезла в ванной. Но там ее старания не пригодились. Инга еще не вставала с кровати.
Когда Дина собралась покинуть спальню Тихомировой, та задержала ее. Измайлова с трудом подавила раздраженный вздох. И что им всем с утра не иметься?
- Я только что отдала Анжелике распоряжение насчет дополнительной прислуги. - сухо сообщила Инга. - Раньше она справлялась одна, а так, как сейчас число постояльцев заметно увеличилось, я решила расширить штат обслуги. Ты можешь больше не выполнять обязанности уборщицы. Занимайся ребенком. И постарайся не попадаться мне на глаза. Меня тошнит от твоей кислой мины.
- Извини? - опешила Дина. Мутноватым взглядом Инга уставилась на Измайлову. Белки ее глаза покрылись красной сеткой полопавшихся сосудов. Светлые волосы неопрятно торчали во все стороны. С остатками макияжа на помятом лице она выглядела старше своих лет.
- Что слышала. - грубо бросила женщина. - Я просила тебя сменить стиль, если, вообще понятие стиль можно отнести к тому, как ты выглядишь сейчас. И что я вижу?
Дина промолчала в ответ. И что она могла сказать? В данный момент Инга Орлова тоже мало напоминала икону стиля. Кивнув девушка пошла к выходу.
- Лика, принеси телефон. Мне необходимо позвонить в офис. Там, наверно, царит хаос. Я никогда так долго не отсутствовала. Мы с Владиком уедем после обеда. Нужно наверстать упущенное. Мой заместитель не на что не годен. Не удивлюсь, если все стоящие авторы разбежались.
- И Костя? Он ждал тебя целую неделю.
- Пообедаем все вместе. Устрой все, как положено. И пусть он проваливает, я его не ждала. До сих пор не могу поверить, что этот негодяй не явился на свадьбу. Я очень зла на него, Лика. Очень. Так ему и передай.
Дина закрыла за собой дверь, сожалея, что не услышала конец разговора. Интересно чтобы сказала Инга, узнай, что ее брат находит няню пасынка весьма интересной и привлекательной особой.
С Константином она столкнулась в коридоре, когда возвращалась в детскую. Костя шел со стороны комнаты для гостей и выглядел, как всегда бодрым и положительно заряженным. Его приветливая улыбка померкла, когда он скользнул по Динаре быстрым оценивающим взглядом.
- Опять? - выразительно закатив глаза, спросил он. - Моя сестрица заставляет тебя носить эту робу?
- Нет, как раз наоборот. - усмехнулась Дина, не смотря на то, что ее задело замечание молодого человека, к которому она испытывала симпатию. Он был единственным в этом доме, за исключением Лики, проявившим к ней искренние чувства.
- Значит, Инга не будет против, если мы немного сменим имидж унылой старой девы на нечто экстравагантное? - с энтузиазмом спросил Костя. Дина напряженно замерла. На самом деле ее все устраивало. Она одевалась так, как считала нужным.
- Уверен, что и Кириллу пора обновить гардероб? - в том же духе продолжил Константин. - Если тебя волнуют деньги, то я поговорю с Владом. Он выделит для сына средства на одежду, а для тебя сделаю подарок. Я так ничего и не подарил тебе на новый год.
- Я тоже. - заметила Дина, все еще прибывая в ступоре. Ее пугало воодушевленная решительность молодого человека.
- Это и станет для меня подарком. Я вижу тебя другой, Дина. Это не ты.
- Нет, как раз это - и есть я. Я никогда не выглядела иначе.
- Никогда не поздно меняться.
- Зачем?
- Для себя самой.
- Я не уверена, что мне нужны перемены. А насчет денег... Мне не нужно. Я меня есть.
- Но я хочу сделать тебе приятное. И уверен, что перемены не просто нужны, они тебе необходимы. Признайся, что тебе надоели насмешки и глумления в твой адрес.
- Я привыкла не реагировать. Внешность - не главное. - изрекла Динара.
- Не надо банальщины. - скривился Костя. - Я не собираясь одеть тебя, как девушку с улицы красных фонарей, разве что придать тебе нотку элегантности и изысканной строгости. Не более. Согласна?
Дина мягко улыбнулась, чувствуя, что сдается. Костя умел говорить и действовать на нее так, что сопротивление казалось в принципе невозможным. В такие моменты она заставляла себя вспоминать о подслушанном ненароком разговоре, чтобы не так уж сильно попадать под лучи обаяния молодого человека. В отличие от Лики, Динара верила, что люди способны измениться к лучшему. В Константине она не замечала видимых изъянов. А если таковые и имели место быть, то он искусно их прятал за личиной добродушия и искренности. Какими бы не были его мотивы, девушка не чувствовала опасности в отношениях с богатеньким членом семьи Тихомировых, так как не собиралась преступать черту дружбы, и была уверена, что он это прекрасно понимает.
- И я умоляю, Диночка, сними эти ужасные очки. Они тебя портят.
Наверно, сказать, что Влад Орлов не был в восторге от идеи Динары обновить гардероб Кирилла и свой собственный(о чем она умолчала), все равно, что не сказать ничего. Его недовольство вызвали вовсе не непредвиденные расходы, а компания, в которой девушка собиралась эти самые расходы произвести. Почему Влада так откровенно раздражают ее приятельские отношения с Константином Тихомировым? Дина находила лишь одно объяснение происходящему. Владу было неприятно, что она развлекается, общается, радуется жизни. Это странно даже для человека его склада. Он хотел, чтобы Дина пожалела о принятом решении, он планировал для нее участь жены декабриста, ссылку, а не приятное времяпровождение, за которое еще и деньги платят. Он словно не мог поверить, что ею двигали не холодный расчет, а истинная любовь к Кириллу, чистые и искренние чувства. Наверно, поэтому Орлов так тщательно приглядывался к ней. Девушку пугало его откроено желание поломать ее стереотипы, изменить привычный уклад жизни, но пока ему почти все удавалось. И в этом состояла главная угроза. Истина же заключалась в том, что больше всего на свете Динара Измайлова боялась перемен. Но они уже произошли, и теперь девушка боялась еще больше. Она недоумевала, почему Влад Орлов заинтересовался ею - простой смертной. Скучающие богачи часто ищут себе новые развлечения. А она не хотела стать его подопытным кроликом или "девочкой для битья".