Брага усмехнулся и снова атаковал.
* * *
Ройс достиг двери в конце коридора и не удивился, обнаружив, что она заперта. Он вытащил из-за пояса свои инструменты. Замок был обыкновенным, и он без проблем его вскрыл. Дверь распахнулась, и в тот же миг Ройс понял, что что-то не так. Он скорее почувствовал, чем услышал щелчок, с которым дверь качнулась в обратную сторону. Интуиция подсказывала ему: что-то не правильно. Он поднял взгляд на спиральную лестницу, исчезавшую за поворотом башни. На вид ничего необычного, но многолетний опыт утверждал обратное.
Ройс с опаской поставил ногу на первую ступеньку, и ничего не произошло. Он поднялся на вторую, потом на третью, медленно продвигаясь наверх. Прислушиваясь к любому звуку, он высматривал верёвки, рычаги и неустойчивые плиты. Всё выглядело безопасным. За спиной, в начале коридора, он слышал приглушенный звон мечей — это Адриан развлекал великого герцога. Нужно было поторапливаться.
Он поднялся ещё на пять ступеней. Здесь были маленькие окна, не выше трех футов и всего лишь в один фут шириной, достаточные только для того, чтобы внутрь мог проникнуть свет и ничего больше. Зимнее солнце заливало лестницу тусклым светом. Гладкие каменные стены держались скорее за счёт собственного веса, чем за счёт раствора. Ступени также были сделаны из блоков твёрдого камня и настолько искусно подогнаны, что в зазоры между ними не прошёл бы и лист пергамента.
Ройс шагнул на девятую ступень, и, как только он перенёс на неё вес, башня затряслась. В ответ он инстинктивно двинулся назад. Тогда-то всё и случилось. Предыдущие восемь ступеней провалились. Они разломились и исчезли из виду в пропасти, которая разверзлась под ним. Ройс успел снова перенести вес вперёд как раз вовремя, чтобы избежать смертельного падения, и сделал ещё один нетвёрдый шаг вверх. В тот же миг ступенька, с которой он только что сошёл, отломалась и рухнула. Башня снова загрохотала.
— Твоей первой ошибкой был взлом замка, — сказал ему Магнус.
Ройс услышал голос гнома, идущий от двери внизу. Обернувшись, он увидел, что гном стоял около проёма со стороны замкового коридора. Он стоял и вертел ключ, привязанный к верёвочке, закручивая её вокруг указательного пальца и раскручивая обратно. Другой рукой он рассеянно поглаживал бороду.
— Если дверь открывают не ключом, активируется ловушка, — усмехнувшись, объяснил Магнус.
Гном начал медленно прохаживаться перед открытой дверью, словно профессор перед классом.
— Ты не можешь перепрыгнуть обратно сюда через дыру, которую сотворил. Она уже слишком большая. И, если тебе интересно, до дна очень далеко. Ты вошёл в башню с шестого этажа замка, а основание башни уходит глубже фундамента. Также я добавил на дно вдоволь острых камней, просто ради интереса.
— Это ты устроил? — спросил Ройс.
— Конечно... ну, не башню. Она уже стояла здесь. Я провёл последние полгода выгрызая её изнутри, как пожирающий камень термит. — Он усмехнулся. — В ней осталось очень мало материала. Все эти прочные на первый взгляд каменные блоки, которые ты видишь, на самом деле не толще пергамента. Я оставил лишь столько, сколько было необходимо. А внутри они похожи на паутину, только не из нити, а из камня. Тонкие каменные элементы составляют образцовую кристаллическую матрицу, достаточно прочную, чтобы держать башню на месте, но крайне хрупкую, если разорвать нужную нить.
— Я так понимаю, каждый раз, когда я буду подниматься на одну ступеньку, предыдущая будет падать?
Ухмылка гнома стала шире.
— Прекрасно, не правда ли? Ты не можешь спуститься, но если станешь подниматься, то окажешься в еще худшем положении. Ступеньки служат горизонтальными опорами для вертикальных плит. Без ступеней, поддерживающих строение, оно рухнет под собственной тяжестью. Ты ещё не успеешь добраться до верха, когда вся башня развалится, как только упадёт достаточное количество опор. Не позволяй моим разговорам про полые стены излишне успокоить тебя. Они всё ещё каменные, и вес этой башни остается колоссальным. Он легко раздавит и тебя, и леди наверху, если падение и острые камни на дне не справятся с задачей. Ты уже ослабил постройку до такой степени, что сейчас она может рухнуть сама. Я слышу это в порывах ветра: быстрые тихие щелчки и треск. Все камни издают звуки, когда растут, оседают, скручиваются или разрушаются, я очень хорошо понимаю этот язык. Он рассказывает мне истории о прошлом и будущем, и прямо сейчас эта башня поёт.
— Ненавижу гномов, — проворчал Ройс.
ГЛАВА 9
СПАСИТЕЛИ
Кувшин для воды и таз упали на пол и разбились. Грохот заставил Аристу, которая сидела на кровати растерянная и сбитая с толку, вздрогнуть. Комнату трясло. Всё лето она замечала в башне что-то странное, но ничего подобного. Она задержала дыхание и замерла. Ничего не произошло. Башня перестала двигаться.
Она неуверенно соскользнула с кровати, осторожно подползла к одному из окон и выглянула наружу. Но не увидела ничего, объясняющего толчки. Мир за окном был покрыт пеленой выпавшего снега, который продолжал идти до сих пор, и Ариста подумала: не могла же комната трястись от того, что с карниза башни съехал снег. Не похоже, но это и не имело значения.
«Сколько времени у меня осталось?»
Она посмотрела вниз. Толпа всё ещё стояла у главных ворот замка. Там было, наверное, больше сотни людей, которые стремились узнать новости о суде над ней. Периметр замка патрулировало втрое больше стражников, чем обычно, все в полном вооружении. Её дядюшка не собирался рисковать. Может быть, он подумал, что городские жители скорее восстанут против него, чем увидят, как сжигают их принцессу? Но она не тешила себя надеждами. Никого не волновало, будет она жить или умрёт. Несмотря на то что она знала всех лордов, графов и баронов по именам и присутствовала вместе с ними на десятках ужинов, она понимала, что они ей не друзья. У неё не было друзей. Брага был прав: она слишком много времени проводила в своей башне. Никто не знал её по-настоящему. Она вела уединённую жизнь, но одинокой почувствовала себя впервые.
Она провела всю ночь, пытаясь решить, какие именно слова должна использовать, когда предстанет перед судом, и в итоге пришла к выводу, что ничего не сможет сказать или сделать. Она могла бы обвинить Брагу в убийстве отца, но у неё не было доказательств. Все свидетельства были на его стороне. В конце концов, именно она освободила двух воров и несла ответственность за исчезновение Алрика.
«О чём я думала?»
Она вручила своего брата двум незнакомым головорезам. Алрик лично изложил им, каким образом их будут пытать, а она бросила его им на милость. Ариста чувствовала тошноту всякий раз, когда представляла, как они топят Алрика в реке и смеются над ней. Сейчас они, скорее всего, уже на полпути в Кали или Делгос и по очереди носят кольцо с королевской печатью Мелингара. Когда разведчики вернулись с халатом Алрика, она была уверена, что он мёртв, и всё-таки тело до сих пор не нашли.
Возможно ли, что Алрик ещё жив?
«Нет, — размышляла она, — больше похоже на то, что Брага спрятал труп». Показать его до суда значило бы дать ей возможность предъявить права на трон. Как только суд завершится, как только её признают виновной и сожгут, он чудесным образом сообщит о находке. Очень может быть, что Брага держит тело Алрика запертым в одном из помещений под ней или в каком-нибудь подвале.
Это все её вина. Если бы она не вмешалась, возможно, Алрик взял бы управление в свои руки и раскрыл бы предательство Браги. Возможно, ему бы удалось спасти их обоих. Получается, что в конечном счёте она оказалась всего-навсего глупой девчонкой. По крайней мере смерть положит конец съедавшим её вопросам и чувству вины. Она закрыла глаза и снова ощутила неустойчивость мира вокруг себя.
* * *
Галалинское войско, в котором теперь насчитывалось полных пять сотен человек, шло маршем по заснеженной равнине. Шестьдесят рыцарей в полных доспехах несли копья, украшенные длинными раздвоенными флагами, которые извивались на морозном ветру, как змеиные языки. Еще будучи в Полях Дрондила, Майрон подслушал, как Алрик спорил с другими дворянами о том, что выступление может оказаться слишком поспешным. Судя по всему, войска некоторых дворян всё ещё отсутствовали, и отправляться сейчас было рискованно. В конечном итоге Пикеринг согласился с требованиями Алрика и убедил остальных выступить, как только прибыли бароны Гимбольт и Рэндон и привели с собой ещё два десятка рыцарей. Для Майрона войско было впечатляющим в любом случае.