Однако даже после всех покупок VIP-статусов на счёте у Джонни оставалось достаточно средств, чтобы, скажем, поднимать анкету Алёны в шапку сайта десятки раз. Но Джонни не захотел дать ей такую возможность. Он написал: Как там тебя учили на твоём долбаном тренинге, что ты посещала? «Никогда не для кого ничего не делай, если ты ничего не получаешь взамен!» Так? Хочешь, чтобы я сделал приятное для тебя? Правильно, хотеть не вредно! Только мне это не нужно, так как не доставит лично мне ровным счётом никакого удовлетворения: ни материального, ни морального, ни сексуального! Поэтому пусть твой избранник, которого ты найдёшь на этом (или на другом) сайте делает тебе приятно своими деньгами и своим членом! А я воздержусь. Иди на х**!
Словно опасаясь, что одумается и захочет смягчить выражения, Джонни торопливо нажал клавишу Enter, дабы отправить Алёне это последнее, ругательное сообщение, очевидно, предназначенное закончить контакты между ними раз и навсегда. Но сообщение не отправилось. Наконец, Джонни сообразил, что это х** на конце его тирады упёрся в матерный фильтр сайта. Огорчённый, Джонни даже не стал пытаться выразить свои эмоции без ненормативной лексики, а просто удалил анкету.
Поскольку ругательное послание Джонни так тогда и не дошло до Алёны, они ещё раз встретились в конце лета. Естественно, Алёна к тому времени уже прекрасно понимала: Джонни не то что жених не ахти, но и вообще не жених. Однако другие молодые люди с сайта знакомств вместо руки и сердца, а также замка (или прочей элитной недвижимости) в придачу предлагали либо вылизать ей промежность, либо чтобы она на них пописала. Алёна же, по её словам, с самого приезда в столицу хотела сходить в Московский зоопарк. И ей нужна была компания. А забрасывавшие её на сайте знакомств сообщениями лизуны и писуны годились только, чтобы их самих сдать даже не в зоопарк, а скорее в Дарвиновский музей как ошибку природы.
Во время посещения зоопарка был один момент, который очень тронул Джонни и заставил его задуматься о том, что, несмотря на все тренинги и прочее, даже в Алёне есть душевное человеческое начало. Она купила ему мороженое. Мол, каждый раз мы ходим куда-то, ты платишь за меня, покупаешь что-то, вот и я решила... Наверное, её родители – хорошие люди,- подумал Джонни.
Больше Джонни с Алёной практически не общался. Самая последняя их встреча состоялась поздней весной 2010 года. К тому времени Алёна уже нашла себе постоянного парня, однако тот ещё пока (по понятным, впрочем, причинам) медлил с предложением съехаться. Джонни по его компьютерным делам нужно было съездить в район метро «Бабушкинская», где снимала квартиру Алёна. Он написал Алёне смс, она согласилась, и они встретились. Оба понимали, что видятся в последний раз. Алёна повела Джонни в свой любимый парк и даже зачем-то фотографировала его на телефон, видимо, на память. А перед окончательным расставанием Алёна сказала, что ей нужно зайти в магазин купить продукты. Ты не против?- поинтересовалась она. Джонни кивнул, и вскоре он уже катил тележку, в которую Алёна складывала продукты. Неожиданно у Джонни возникла очень странная мысль. Возможно, он вот так иногда ходил бы в магазин за продуктами со своей женой или девушкой, если бы у него таковая была. Если бы... И при этой мысли у него сильно защемило сердце.
Великая сила искусства
Если в общении Джонни с Алёной время от времени возникали приятные и трогательные моменты, то общение со многими другими женщинами с сайта знакомств оказывалось настолько отвратным, что при всём желании позитивные моменты в нём можно было найти лишь с познавательной точки зрения, с позиций науки.
Так, когда Джонни начал переписываться с Катей, у него сразу возникли неоправданные иллюзии. С одной стороны, Катя жаловалась ему на меланхолию. А у Джонни тогда был стереотип, что депрессивные люди не могут быть жестокими. Его наивная логика в этом вопросе была такова: страдая сами, они не пожелают зла другим.
Потом Катя как-то рассказала ему, что в субботу работает дома над каким-то важным проектом, и не мог бы он помочь ей найти ответ на какой-то там вопрос. Джонни откровенно сознался, что очень далёк от юриспруденции, а потому не видит, как и чем он может здесь быть ей полезен. Катя сказала, что нужно посмотреть в Консультант-плюсе, мол, у неё только на работе, а дома на ноутбуке нет. Сразу же после этого разговора, в субботу вечером Джонни полез на трекер пират ка, компьютер полночи качал торрент-раздачу, а наутро Джонни установил полную версию, и к полудню воскресенья у Кати были ответы на нужные вопросы.
У Джонни же добавилось наивное представление, что Катя была трудоголиком, а потому вряд ли могла оказаться паразитической сучкой – содержанкой. Кроме того, Катино поведение в данной, а также в некоторых других ситуациях показалось ему беспомощным. Это вызывало у Джонни чуть ли не рефлекторное желание заботиться о такой девушке.
Драматическая развязка истории с Катей наступила однажды воскресным днём в Государственной Третьяковской галерее. Ранее у Джонни на самом деле уже был тревожный звоночек относительно Кати, когда она неожиданно куда-то его позвала, но Джонни сказал, что никак не сможет пойти, так как у него важная встреча по работе. Катя восприняла ответ так резко негативно, что у Джонни сложилось впечатление, что Катя живёт с ощущением, как будто ей все должны. И если она соизволила выразить готовность увидеться, то человек непременно обязан бросить все свои дела, забыть свои обещания другим людям, и сломя голову бежать на встречу с ней.
В этот же раз, когда Катя неожиданно предложила сходить вместе в Третьяковку, у Джонни не было срочных дел, а потому он не стал расстраивать Катю, и с радостью согласился. Однако при встрече с Катей радость его быстро закончилась. Как только он купил билеты, и они пошли смотреть собственно экспозицию, Катя окинула его презрительным взглядом и попросила Джонни не ходить за ней следом и вообще держаться от неё подальше. Джонни был в шоке. Первое время он вообще стоял в замешательстве и просто тупил, пытаясь осмыслить происшедшее. Конечно же, он не тысячедолларовая купюра, чтобы всем нравиться, но чтобы такое...
Дальше события стали разворачиваться ещё «веселее». Джонни было не привыкать ходить по пятам за молодыми женщинами так, чтобы те его не замечали, а потому он сделал вид, что отошёл в сторону и стал подобным образом следовать за Катей. Он знал по опыту: женщины, которые ходят гордой походкой, словно им кол в жопу вставили, редко оглядываются. В данной, как и в прочих подобных ситуациях, это было ему на руку.
Отойдя немного в сторону, дабы своим телефонным разговором не мешать другим посетителям музея, Катя набрала номер. Звонила она, как Джонни вскоре понял из её разговора, своей подруге. Катя принялась увлечённо рассказывать, с каким интересным мужчиной она познакомилась. Это хороший друг директора её фирмы. По её словам, они собирались вместе с ним сходить в Третьяковскую галерею, после чего Катя, естественно, надеялась на продолжение. Катя рассказывала подруге, что она специально пошла заранее посмотреть экспозицию, почитать и подготовиться, дабы потом поразить вожделенного мужчину своим образованием и культурным уровнем.
Слушая тайком этот разговор Кати, Джонни не мог не отметить для себя, что он не знает насчёт того мужчины, но ей уже удалось поразить его, Джонни, своим культурным уровнем. Чтобы позвать человека в музей, а потом, когда он купил тебе входной билет, по сути, сказать ему «ты мне неприятен, иди нах»! Фактически Катя также поразила меня своим интеллектуальным уровнем, если она считает, что это ей пройдёт безнаказанным,- думал Джонни.
У него возникло нестерпимое желание подойти к Кате и ударить её по лицу с такой силой, чтобы она дольше пролежала в луже собственной крови, чем она собирается пролежать в постели с другом директора. Потом Джонни представил себе, как телевидение и другие средства массовой информации будут освещать главное культурное событие недели под названием «бей бабу по ебалу!» Как-никак, всё же не каждый день в центральных музеях Москвы случаются столь зрелищные, полные экспрессии происшествия!