Доктор. Кто этот человек на ходулях?
Патрик. На ходулях? (Он искренне удивлен.) Вы думаете, это не настоящие ноги?.. Ах, мерзавец! Вот мы сейчас проверим… (Пнул ботинок ногой.) Эй! Сэр! Слезайте!.. (Снова пнул.) Надо попробовать кипятком!!!
Доктор. Прекратите, Патрик!
Патрик. Нет, доктор, надо проверить! И у лакеев есть нервы…
Доктор. Проверим иначе… (Подошел к доспехам рыцаря, висевшим на стене, снял меч, шлем.) Поднимитесь наверх, Патрик, и скажите этому великану, что рыцарь Ланцелот приехал… Вы поняли? <…>
Патрик (радостно). Разумеется, доктор!.. О, я чувствую – вы наведете здесь порядок! (Достал откуда-то трубу.) Разрешите трубить сигнал?
Доктор. Это необязательно…
Патрик. Нет! Все должно быть как на настоящих турнирах!
Радостно трубя, Патрик двинулся к выходу. Через секунду откуда-то издалека и сверху послышался его голос: «Великан Глюм! Доблестный рыцарь, сэр Ланцелот принимает твой вызов!» В окнах появились ликующие лица горожан. Доктор испуганно оглядывается. Грянула песня. <…>
4. Бой с великаном
[Бывший великан Глюм является в дом Свифта, чтобы вызвать на бой рыцаря Ланцелота. Доктор представляется Ланцелотом и соглашается принять вызов. В результате ему приходится выслушать печальную историю Глюма.]
Глюм (с отчаянием). <…> Одним словом, постепенно превратился в нормального господина средних размеров. Устроился здесь, в Дублине, нашел службу в одной конторе, неплохо зарабатывал: женился, построил домик… Отличный домик, сэр, маленький, с участком… И вдруг… этот декан Свифт начинает звонить в колокол и собирать безумных… Мы с женой сначала просто посмеялись, а потом закралась у меня мысль: не тряхнуть ли тебе стариной, Глюм?!! <…> Я сам построил эти башмаки, на это у меня хватило соображения… А потом, когда встал на них и снова поднялся к облакам, вы знаете, мистер Ланцелот, что-то шевельнулось здесь (ткнул себя в лоб). Еще не все потеряно! Я стал вспоминать… Понемножку… Понемножку… Там, наверху, чистый воздух… Мысли начинают бежать быстрее… И снова, сэр, захотелось что-то сделать для страны… Как великану мне в жизни не повториться, но, может быть, в смерти, сэр?.. Вот поэтому я послал вызов Ланцелоту… Я очень благодарен, что вы отозвались. Я слышал, вы – смелый и бесстрашный рыцарь, сэр, и не откажетесь сойтись со мной к поединке?! Ваша победа прославит родину!
Доктор изучающе посмотрел на Глюма. Тот в ответ посмотрел спокойно и печально. Доктор не выдержал взгляда.
Доктор. К сожалению, это невозможно.
Глюм. Почему?
Доктор. Я не испытываю к вам никакой вражды, и, вообще, я против дуэлей.
Глюм. Это – не дуэль, а турнир. Здесь торжествует смелость и ловкость… Вы видите, как народ жаждет поединка. Люди соскучились по мужественным бойцам… Нам нужны герои. Ну?! Смелее, сэр Ланцелот.
Доктор. Я доктор. Доктор Симпсон.
Глюм (зло). Я не люблю глупых шуток! Можно сказать, что я сумасшедший, но я встану на ходули, а вы наденете шлем – и Великан с Ланцелотом сойдутся в схватке…
Доктор. Проводите его, Патрик. <…>
Глюм (свирепо). Ну нет! Если ваша рука разучилась владеть мечом, то моя – не дрогнет. (Рванулся к доспехам и, прежде чем Доктор смог ему помешать, выхватил меч.) Я сниму грех с вашей души. Вам останутся только аплодисменты! (Он распахнул дверь и закричал.) Да здравствует бесстрашный Ланцелот!! (И вонзил меч себе в грудь.)
Доктор. Что мы натворили, Патрик?!
Патрик. Успокойтесь, доктор, успокойтесь… Это – несчастный случай…
Доктор оттолкнул дворецкого, бросился к дверям. Ему навстречу ворвалась ликующая толпа горожан. Толпа подхватила его, начала подкидывать вверх, восторженно крича: «Да здравствует смелый Ланцелот!!!» <…>
5. Это все – театр
По коридорам огромного дома Свифта быстро шли Доктор и Судья Бигс – толстый мужчина, в парике и мантии. За ними два огромных констебля – Рыжий и Черный – буквально несли за шиворот дворецкого Патрика. Судья распахнул дверь кабинета. За письменным столом сидел Свифт, рядом – Ванесса.
Доктор. Ваше преподобие! Извините, что беспокоим вас, но у нас сообщение чрезвычайной важности.
Ванесса. Почему здесь судья и констебли?.. Это – частный дом.
Судья (сухо). Извините, сестра. Но когда в частный дом проникают мошенники, то вслед за ними рано или поздно приходит закон!
Судья распахнул окно, и все увидели, что несколько полицейских сгоняли гостей декана в огромный фургон, обтянутый суровой мешковиной.
Ванесса. Это жестоко!.. Доктор, как вы можете позволять, чтобы ваших пациентов…
Доктор (перебивая). Это – актеры, сударыня! Обыкновенные бродячие актеры… И они будут наказаны за обман.
Судья. Вот, уважаемый декан, как злодеи воспользовались вашим гуманным завещанием. Вы думали облегчить жизнь несчастных, а пригрели шарлатанов. Ну, Патрик! Рассказывайте хозяину, как вы его обманули…
Патрик (падая на колени). Простите, сэр! Я не думал, что так все получится… Я хотел только добра!.. Всему виной – ваше завещание. Когда вы его сочинили, я подумал: «А что это будет, если к нам в дом и вправду начнут стекаться ненормальные?.. Ведь мы – лакеи, а не санитары… И у нас есть нервы! А тут как раз в Дублине и появился этот бродячий театр. Я пришел к ним и говорю: «Джентльмены! Есть неплохая работа!.. Вы поселяетесь в доме мистера Свифта, мы вас кормим-поим, а вы за это… тихо валяете дурака…» О, простите, сэр! Я имел в виду, чтоб они изображали разных смешных героев, которых вы, сэр, насочиняли…
Судья (патетически). Какая низость!!
Патрик. Я знал, что декан не рассердится. Он сам всегда любил такие шутки… И поначалу все было хорошо. Забавно… Кто прикинется лилипутиком, кто – великаном… Все по-доброму! Но потом эти мерзавцы увлеклись… Стали топить друг друга, полилась кровь…
Судья. Они взбудоражили мне весь город! Волнения перекинулись на улицы… Просто эпидемия безумия!
Патрик. Актеры, сэр… Что от них можно ждать хорошего? Импровизация. Каждый в душе – Гамлет!..
Ванесса. Куда увозят этих людей?
Судья. В тюрьму, мисс Ванесса. Я думаю, это – прекрасное помещение для искусства подобного рода… <…>
6. Некто
Вечер. Дальний угол сада. Стоит актерский фургон, обтянутый суровой мешковиной. Весь задник фургона теперь закрыт железной решеткой, на которой висит огромный замок. Сквозь решетку видны иногда лица актеров. Фургон охраняют два констебля: первый – черноволосый, второй – рыжий, веснушчатый, с пышными усами. Невдалеке от фургона молча стоит Свифт. Актеры тихо напевают песенку. <…>
[Рыжий констебль вступает в диалог с человеком, называющим себя Некто, и неожиданно «вспоминает» о своих прошлых жизнях: во всех прошлых воплощениях, на протяжении тысячелетий он неизменно охранял тюрьму. У Рыжего констебля возникает порыв разорвать этот порочный круг.]
Рыжий констебль. А теперь я должен что-то изменить… (Полез за пояс, достал ключ, начал открывать замок решетки.)
Доктор (выбежав из укрытия). Что вы делаете, сержант?
Рыжий констебль (выхватив пистолет, навел на Доктора). Не подходить!! Я, сержант Джек, считаю этих людей невиновными и дарую им свободу…
Вбегает Черный констебль.
Черный констебль. Джек, что ты делаешь? Рехнулся?!
Рыжий констебль (наводя на него пистолет). Не подходи! Я, сержант Джек, выпускаю этих людей…
Черный констебль. А что я скажу судье?!
Доктор. Констебль! Вас накажут!! Вас сурово накажут!!
Черный констебль. Нам грозит трибунал, Джек… Одумайся! [.]
Рыжий констебль (актерам). Я вас отпускаю! (Вставил ключ в замок, повернул.)
Черный констебль. Стой! (Неожиданно выхватил пистолет, выстрелил в Рыжего констебля.) Извини, Джек! Но это – мой долг! Я – на службе! (Кричит.) Тревога! (Убегает.)