- Не буду я буянить, я есть хочу, - ответил Захаров, надеясь сначала освободить руки и ноги, а уж потом строить планы на будущее.
- Поклянись!
- Клянусь, сказал же! - ответил Захаров.
- Несите еду, - крикнул толстяк за дверь. - Зуран, освободи его.
Заросший черным волосом, огромный Зуран подошел к Захарову, и своей кривой саблей небрежно полоснул по веревкам на руках и ногах пленника. Растирая следы от веревок на запястьях, Захаров приподнялся и сел. Толстяк с любопытством следил за ним, а охранники приподняли сабли.
- Ну, где еда-то? - грубо спросил Захаров, - вы меня уморить решили?
Толстяк захохотал, и охранники тоже заржали грубыми голосами. Оттолкнув одного из охранников, в сарай вошла молодая женщина с подносом в руках. Она молча поставила его на землю, и тут же вышла. Охранники проводили ее взглядами, и снова уставились на Захарова.
- Хорошо, - удовлетворенно кивнул толстяк. Завтра я приду за тобой, и мы будем говорить.
Он повернулся, и, отодвинув неповоротливого охранника, вышел. "Быки", как назвал их Захаров, двинулись следом, мешая друг другу. Наконец, щелкнул замок, и за дверью стихло. Только факел продолжал посылать слабые полоски света плясать на полу и стенах сарая.
К удивлению Захарова, в кувшине, принесенном женщиной, было вино, правда, изрядно разбавленное водой. В чашке лежал сочный ломоть холодного вареного мяса. Черствая лепешка дополняла ужин. Торопливо, жадно глотая куски, мужчина стал насыщать корчащийся в голодных спазмах желудок. Еда исчезла неожиданно быстро. Запивая еду вином, Захаров почувствовал, как силы постепенно возвращаются к нему. Теперь надо спать. Завтра он уже будет способен, по крайней мере, на составление плана освобождения. Хорошо, что Сержик и девочки в порядке. Хоть Захаров и не спрашивал, но почувствовал, что с ними ничего плохого не случилось. А это уже было неплохо.
Он отставил опустевший поднос подальше, и, собрав солому в кучу, повалился на нее, мгновенно уснув. Во сне он вздрагивал, метался, и что-то бормотал. Пленение не пошло ему на пользу. Но силы возвращались к нему.
Проснувшись утром, Захаров обшарил карманы, и обнаружил, что туземцы, не имеющие понятия об этой детали туалета, оставили ему некоторые полезные вещицы. Главной, конечно был камень-переводчик. Еще ночью Захаров удивился, как хорошо он понимает язык местных жителей. Теперь же все стало на свои места. Еще на свет появился многофункциональный швейцарский складной нож, а в боковом кармане Захаров обнаружил мешочек с местными монетами, позаимствованный у разбойников. Он воспрянул духом, и поглубже упрятал находки. Все это могло пригодиться, а камень уже работал, оправдывая свое назначение.
Пришедшим охранникам Захаров от души улыбнулся, и с готовностью подставил руки в ответ на недвусмысленно показанную веревку. Его вывели из сарая, придерживая за плечи, и только теперь Захаров увидел, куда занесла его судьба.
Он находился в предгорье, на самой границе каменистого плато и зеленого, бескрайнего луга. Небольшая деревушка, состоящая из десятка глинобитных домов, вытянулась вдоль каменной россыпи. Сарай, где ночевал Захаров, находился немного на отшибе, и рядом с ним рос громадный пирамидальный тополь. Вдали, на лугу, одиноко торчала фигура чабана в остроконечной шапке, пасущего большое стадо овец.
Захарова повели вдоль деревни в самое большое здание, построенное в центре. Войдя, он увидел комнату с тремя маленькими окошками, затянутыми слюдой, с глинобитным полом, на котором был расстелен большой ковер. На ковре, опираясь на подушки, вольготно расположился толстяк, приходивший ночью. Охранники довольно грубо толкнули связанного Захарова в угол, а сами остались стоять у входа, бдительно поглядывая на пленника.
- Ну, как отдохнул, - улыбаясь, спросил толстяк.
- Да, спасибо, - ответил Захаров.
- Ты забыл сказать " господин", - ласково сказал толстяк.
- Разве? - деланно удивился Захаров. - Разве у меня есть господин?
- Я твой господин! А ты - мой раб! Я купил тебя, и притом, за немалые деньги. Ты понимаешь это?
- Я понимаю, что ты заплатил кому-то деньги. Но, при чем тут я? Извини, но я не собираюсь становиться рабом.
- Ну что же, я тоже понимаю тебя. Но, дело в том, что я многое про тебя знаю. И даже твое оружие у меня. Знаешь, я сразу стал искать тебя после уничтожения озерного чудища. А уж когда ты разгромил банду Мамзета, я тебя зауважал, и еще больше захотел тобой владеть. А то, что я хочу, всегда исполняется. Запомни это!
- Ничего у тебя не выйдет! И вообще, кто ты такой, и где я нахожусь?
- Я - владелец самого крупного золотого рудника в Сулифате. Меня зовут Маржан. И это имя хорошо известно по всему миру, но мало кто меня видел вживую. Я не хочу славы, я хочу денег. Я привык, что мои приказы исполняются, а мои просьбы имеют силу приказа. Я покупаю все, что хочу, и мои покупки приносят мне еще больше денег. И ты должен окупить свою стоимость и принести мне доход. Я понятно выражаюсь?
- Да уж куда понятней? Маленький император!
- Возможно, когда-нибудь я и стану императором. Это не исключено. Но для этого мне нужно еще больше денег. Денег, чтобы купить оружие. Оружие, способное без проблем победить любую армию. Твое оружие, чужеземец. Кстати, как тебя называть?
- Называй меня Антоном.
Глава восьмая
- Так вот, Антон. Научи меня пользоваться твоим оружием, и подскажи, как мне сделать побольше такого оружия. И ты увидишь, как я могу быть благодарен. Так что ты мне скажешь?
- Не знаю. Мне надо подумать, - ответил Захаров, надеясь потянуть время. - Но ты мне не сказал, где я.
- Ты в предгорьях, около моего золотого рудника. Большего тебе знать пока не надо.
- Ты не сможешь победить армию с одним моим ружьем, а сделать еще хоть одно такое ружье ты не в силах. У тебя нет нужных станков и нужного металла.
- Я найду все, что ты скажешь. Только скажи мне!
- Я подумаю, - упрямо сказал Захаров. - И на этом тоже пока все.
Толстый Маржан внимательно посмотрел на него, помолчал, и коротко приказал:
- Увести! Беречь, как зеницу ока!
Вернувшись в сарай, Захаров обнаружил в нем поднос с завтраком. Лепешки с медом, и, что удивило Захарова больше всего, настоящий черный чай. Аккуратный глиняный чайничек до крышечки был заполнен ароматным напитком. От души позавтракав и выпив весь чай, Захаров разлегся на соломе, и принялся составлять план побега. Но информации было так мало, что он бросил это бесполезное занятие, и уснул.
Проснувшись часа через два, Захаров почувствовал себя совсем бодрым. Впору было устраивать революцию в отдельно взятой стране. Необходимо было только освободиться и забрать свое оружие. Его активная натура требовала действия, а разум советовал погодить, не торопиться. Без информации он был бессилен.
Поднявшись, он прошелся вдоль стен сарая, заглядывая в каждую щель. В принципе, выломать пару досок не составляло труда, но снаружи, с каждой из сторон сарая стояли на посту два охранника, из которых один, кроме сабли, был вооружен луком. Шансов победить их в честном бою имея на вооружении швейцарский нож, равнялись нулю. Захаров вздохнул, и снова повалился на солому.
В полдень дверь отворилась, и девушка принесла обед. Как всегда ее страховали два охранника. Бараний суп с крупно нарезанной лапшой, и кусками то ли репы, то ли редьки вместо привычной Захарову картошки, был совсем неплох. А вот жареные колбаски с гороховым пюре порадовали его. Он подумал, что, скорее всего, его кормят со стола Маржана, вряд ли охрана питалась так качественно.
Поспать после обеда ему не пришлось. Ввалились трое охранников, заломили руки назад, и крепко стянули в запястьях. Затем вывели из сарая, и посадили на коня. К троим охранникам добавились еще семеро, и Захаров со свитой тронулся в путь. Скакали часа три, за которые свита не промолвила ни слова. Погода была прекрасной, а пейзажи просто восхитительными, и, если бы не связанные руки, поездкой можно было бы наслаждаться.