– Да на этих лохов, на «Волге»! Слушай. Мы использовали Оксанку, грубо говоря, как подсадную утку. А для чего? А для того, чтобы выйти на непосредственных исполнителей заказного убийства твоего отца. Так?
– Так.
– Ну, а ещё кто-то, скорее всего, тот, кто твоего отца и заказал, решил использовать Оксану точно так же. Представляешь? Он просчитал наши ходы намного вперёд и понял, что одним махом может решить для себя сразу две проблемы. И от исполнителей отделаться, и всю нашу компашку заодно высветить. А убедившись, что исполнители мертвы, а мы живы, взялся за нас. И вот, пожалуйста, не прошло и суток, а Валерка по подозрению в совершении преступления сидит в изоляторе временного содержания, ты по плану тоже должна давно париться где-нибудь, скорее всего, в Лефортово. Ну а я, узнав все эти столь печальные новости, наскоро завтракаю и, даже не побрившись, скатываюсь вниз по лестнице к своей «ласточке», поворачиваю ключ в замке зажигания и… Короче, совершенно не вовремя предстаю перед апостолом Павлом.
– Не слишком ли это сложно? Всю нашу компанию можно было завалить прямо в том самом овраге. Да и исполнителей следом.
– Совершенно верно, – Лисун с восхищением посмотрел на меня, – я созвонился с ребятами из области, и то, что они мне сообщили, меня несколько удивило. Оказывается, за пять метров до края карьера было установлено так называемое изделие «Ёж». Ну такая металлическая лента с шипами, колёса дырявить. А ещё экспертиза установила, что на той «Волге», считай, вообще не было тормозов. Тормозные шланги были аккуратно надпилены в нескольких местах. Так что ребятки те были обречены. Это факт. Но произошло непредвиденное. «Волга», налетев на «Ёж», каким-то непостижимым образом утащила его за собой в карьер. Зацепился он за что-то крепко. Понимаешь? Вот поэтому мы не влетели следом за «Волгой» в карьер. Дело случая.
– Интересно девки пляшут. Получается, в том самом овраге всем нам хотели устроить братскую могилу?
– Получается. Причём тот, кто это задумал, был уверен в успехе на все сто процентов. Так сильно уверен, что даже не подстраховался. А узнав, как крупно просчитался, решил не откладывать наше вознесение на небеса в долгий ящик. В результате сегодня утром под капотом моей машины было обнаружено взрывное устройство, эквивалентное энному количеству граммов тротила. Знающие люди подсказали мне, что с помощью такого количества взрывчатки можно без труда вознести не только меня, но и мой автомобиль как минимум на высоту седьмого этажа.
– Ну и что теперь делать? Честно говоря, мне становится страшновато. По-моему, дело – дрянь.
– Не скрою, я тоже в некоторой растерянности. Хуже всего то, что мы, похоже, не сдвинулись с мёртвой точки ни на дюйм. Обложили нас круто, я бы сказал, профессионально и, судя по всему, в покое теперь не оставят.
– Но какой-то выход всё равно должен быть!? – воскликнула я почти в отчаянии.
– Выход всегда есть, это ты верно сказала. А знаешь что? – Лисун открыл багажник и извлёк оттуда пузатую бутылку моего любимого коньяка «Ай-Петри». – Будешь? Двенадцать лет выдержки, между прочим.
– Знаю, что двенадцать, – махнула я рукой. – Ладно, давай вмажем. Только у меня в машине. Там шоколадные конфеты и стопки есть. А то у тебя, небось, как всегда, только стаканы.
– Именно, – захохотал Лисун, – гранёные и немытые. Куда нам, лапотным, до вас.
15
Странная всё-таки штука жизнь. Но ещё более странно устроены сами люди. Представьте себе одну из московских так называемых зон отдыха. Разбитый донельзя асфальтовый пятачок, горы бумажного мусора и пустых бутылок, да пара покосившихся изрезанных ножами скамеек с неприличными надписями. Именно такая картина предстала передо мной, едва я вылезла на свежий воздух. Пейзаж удачно дополняли наши приткнувшиеся мордами к лесу автомобили. Грязная-прегрязная «Тойота» с треснувшей правой фарой, причиной постоянных придирок гаишников, а рядом убитая жизнью и лет десять не знавшая техосмотра бежевая «Волга» с подтёками ржавчины по бокам и просевшими задними рессорами, из-за которых создавалось впечатление, что машина смертельно устала и остановилась перевести дух.
Иллюзия хрупкого комфорта и принадлежности к обществу, ощущаемые ещё секунду назад в салоне автомашины, рассыпались моментально. И в один миг из преуспевающей уверенной в себе молодой девушки я превратилась в гонимого всеми бродягу, для которого, если и есть место в родном городе, то вдали от залитых неоновым светом улиц со спешащими празднично одетыми гражданами.
Моя жизнь вдруг показалась мне конченной, и, как ни старалась, я не могла скинуть с себя это наваждение.
– Эй, Натали, ты что, уснула, что ли? – заставил меня вздрогнуть и вернуться к, увы, невесёлой действительности Юрий Александрович.
– Да нет, – неохотно отозвалась я, зябко передёрнув плечами.
– Что-то ты совсем раскисла. Так нельзя. Вот сейчас хлопнем по одной, и сразу станет веселее.
– Ну давайте, – вяло сказала я и, не дожидаясь тоста, опрокинула внутрь янтарный напиток.
– Ты знаешь, что я подумал?
– Знаю. Когда не знаешь с чего начать, нужно сделать первый шаг.
– Точно. Смотри, – с этими словами Лисун протянул мне маленькую записную книжку, обтянутую чёрной клеёнкой.
Я пролистала её. Ничего особенного. Адреса, телефоны, фамилии.
– Ты посмотри на букву «О», видишь – «Олег». Все фамилии по алфавиту, а тут просто Олег. Сообразила? – Лисун налил ещё по одной.
– Это… Книжка этих на «Волге»? – мне сразу стало жарко от пронзившей меня догадки.
– Точно! Это домашний телефон их начальника. Так что, если они так ловко перекрыли нам кислород здесь, на нашем, так сказать, поле, попробуем сыграть на их территории. Звони домой и скажи, что уезжаешь на дачу к другу дней на пять. Ну, рыбалка там и всё такое. К армейскому другу, скажи. А мы с тобой сейчас рванём в Выборг. Уж там они нас точно не ждут. И возьмём за яйца этого Олега.
– На чём поедем? На поезде?
– Думаю, лучше на твоей старушке. А мою тачку сейчас загоним, есть человек – давно просит. Между прочим, золотые руки. Говорит, такую лайбу из этого металлолома сделает, закачаешься. Всё. На посошок и по коням.
– Ну ты даёшь! – только и сумела сказать я, уже сама почувствовав, как медленно, но верно закипает во мне кровь, всё быстрее и быстрее бежит по жилам, как начинает пьянить меня предвкушение чего-то нового и неизведанного доселе.
Часть третья
Выборгский транзит
1
Через три часа мы уже подъезжали к Солнечногорску. Имея в кармане около семисот долларов США за Юркину «Волгу», пять тысяч рублей моих личных сбережений, полный бак бензина и три полные канистры в придачу. Но самое главное – в «бардачке» лежали и ждали своего часа скреплённые обыкновенным степлером несколько листков, содержащих полные данные на Митрофанушкина Олега Валентиновича, 1963 года рождения, генерального директора частного охранного предприятия «Гвидон», а также сведения ещё о нескольких сотрудниках данного заведения, но это так – на всякий случай.
Выборг встретил нас хмуро. В последний раз я была здесь в восемьдесят седьмом году, тоже поздней осенью. Тогда я только что дембельнулась в запас и ехала домой. По этой причине погода меня тогда совершенно не волновала. Однако сейчас было совсем другое дело. Пасмурное небо и мокрый снег оптимизма не прибавляли. Мы сняли, на мой взгляд, просто шикарный двухместный номер в новой гостинице «Дружба», буквально в нескольких шагах от железнодорожного вокзала, перекусили и вечером пошли прогуляться. Нужное здание охранного предприятия мы нашли довольно быстро. Если бы мы не поторопились, а сначала выяснили, где расположено здание «Гвидона», то можно, я думаю, было бы снять номер с окнами, выходящими прямо на интересующий нас объект. Но наши окна выходили на залив, и это было просто замечательно.