28
О хулитель, завистник!.. От нас ты разлуки не требуй:
Я ее никогда не покину, свидетель в том небо!
Я не слышу того, что о Зейнаб твердишь, — уходи же!..
Замолчи! Ну, а впрочем, болтай, все равно я не слышу.
Надвигаются сумерки — мы назначаем свиданье,
Оставляя ретивых советчиков всех без вниманья.
О, как жить мне, когда часть души потерял я навек?
В состоянье ль такую утрату терпеть человек?
Сна лишен и покоя под сенью родимого крова
Я рассказом о Зейнаб, что свел бы с ума и святого…
Это было в то давнее время и счастья и муки…
Все минуло. Настало горчайшее время разлуки.
29
Кто может сердцу — без ума влюбленному — помочь,
Что по красавице одной тоскует день и ночь?..
С достоинством, не торопясь, она свой держит путь.
Как тонкий молодой побег, покачиваясь чуть.
Когда ее я увидал, мой взгляд был поражен,
Я был, казалось, ослеплен, был зрения лишен…
В паломничества час ночной ее я повстречал
Меж черным камнем и стеной, где Ибрахим стоял…
Как раньше ни просил я встреч — не слышала мольбы,
Пока не встретились в ту ночь мы волею судьбы.
Она была среди подруг, с них не сводил я глаз:
Красивы все как на подбор, стройны как напоказ.
И белолицы и нежны, изыскан их наряд,
И, скрытого огня полны, — как их глаза горят!..
Изящней антилоп — земли касаются едва! —
И слушают — не пропустить! — они ее слова:
Она сказала: «Здесь Омар! В душе моей испуг:
Боюсь я, как бы он таваф нам не испортил вдруг.
Сестра, окликни-ка его, чтоб он заметил нас,
И тайный знак ему подай — пусть подойдет сейчас!..»
«Я так и сделала, но он не двинулся в ответ…»
…И вот тогда она сама пошла за мною вслед…
При пробужденье — влажность уст… О, с чем сравню ее?
Сок райских ягод и плодов — сладчайшее питье…
30
Мой друг потворствовал всем сердцем святой любви моей,
А день свиданья поворотным стал для грядущих дней…
Она пыталась птицей скрыться, желанью вопреки,
Но помогла ее подруга мне закрепить силки…
Когда мы оказались рядом, я понял в тот же час:
Как две сандалии, мы схожи, все — общее у нас…
Я ей сказал: «Спустился вечер… В пути — твоя родня…
Ты не устала ли от скачки, не хочешь слезть с коня?».
И, поддержав меня, подруги сказали: «На земле —
Намного мягче и удобней, чем отдыхать в седле…»
Ее подруги — словно звезды сверкали близ луны,
Не торопясь они ступали, сияния полны.
Я поклонился и с опаской все оглядел вокруг;
О, как бы враг или завистник нас не увидел вдруг!..
И, край откинув покрывала, она сказала мне:
«Поговорим, уж раз со мной ты, — забудем о родне…»
Ответил я: «Пусть тратят время, шпионят — не беда!
Не уследят! Я нашей тайны не выдам никогда!..»
Была беседа наша краткой, в присутствии подруг,
С таким уменьем врачевавших влюбленного недуг.
Ее желанье с полуслова вмиг поняли они,
И попросили: «Погулять нас пусти в ночной тени…»
Она сказала: «Ненадолго…». Ответив: «Мы пошли…» —
Исчезли вмиг, так антилопы скрываются вдали, —
Дав знать тому, кто разумеет, что лишь из-за него
Они сюда порой вечерней, страх поборов, пришли…
31
Длилась ночь и прошла, — посетил меня снова недуг.
Снова сердце мое поразила красавица вдруг.
Нум лицом благородна, великих достоинств полна,
Ее речь — словно песня, нежна, мелодична, стройна.
Словно с неба ниспослана, — радость и свет для души,
И разумны слова, что она произносит в тиши.
Обо всем, что увидел я сам, расскажу — не солгу.
А чего я не знаю еще — описать не смогу.
Ты скупа ли, щедра — воспевать тебя вечно готов,
От меня не услышишь, о Нум, осуждающих слов.
32
Любовь к подруге вновь мне сердце взволновала,
Любовь — что и ее ко мне любовью стала…
О люди, как мне жить без взгляда, без привета
Той, без которой нет ни радости, ни света?..
Как жить в разлуке с ней? Грустнее нет удела…
Она, послав гонца, мне передать велела:
«Гони клеветника, коль он придет с наветом.
Я так люблю тебя — не забывай об этом!..
Я так люблю тебя — одну меня лишь слушай
И помни — за тебя отдать готова душу…
Не слушай слов врага, всех измышлений злобных,
Что он спешит изречь среди себе подобных.
Завистника гони: его удел — бесчестье!..
Исходит желчью он, когда нас видят вместе…».
О, ты всегда со мной!.. Судьба тому виною,
Что должен обходить твой дом я стороною…
Любимая, к тебе хоть взором прикасаться
Мне слаще, чем в раю нежданно оказаться…
33
Тебя одну я вспоминаю, когда не спится мне.
Когда под утро засыпаю, приходишь ты во сне.
Минута, словно бесконечность — когда ты далека.
Когда ты рядом, даже вечность — быстра и коротка.
34
Этой ночью пришла она, горяча, нежна и мила,
И летели часы без сна, и была эта ночь светла.
Нежеланный пришел рассвет, но любимая не ушла.
«Я тебя не покину, нет!» — со слезами произнесла.
35
Ты меня заворожила, оплела, заколдовала,
Словно войском окружила, как страну завоевала.
Ворожбу благословляю, прославляю колдовство —
Славлю чудо поцелуя, чары взгляда твоего.
Ты сказала мне: «До встречи!» Но когда, когда, когда?
«Послезавтра!» — и смеешься, и лукавишь, как всегда…