‑ Малус всегда был выскочкой, сестра, ‑ прошипел Молох, перебирая костлявыми пальцами яшмовые четки. Его лицо не скрывали маски, но встретить взгляд его пустых глазниц не пожелал бы никто. На счастье при жизни Молох не отличался красотой и изяществом, и посему всегда скрывал свою отвратную сущность в складках любимой мантии, ‑ но не могли же все наши друзья поддаться на его безумные уловки. Кому еще нужны демоны, разгуливающие под окнами собственного дома?
‑ Все на удивление прозаично, друзья мои. ‑ Вальдран же как всегда был весел, что никак не складывалось ни с его состоянием, ни родом занятий. Пожалуй, его можно было назвать самым "живым" волшебником, входящим в Совет Архимагов. Широкоплечий бородатый северянин, закованный в блестящий доспех, всегда лично встречающий врага у стен своего замка, мог выглядеть кем угодно, рабочим, воителем, даже сказочным королем, кем угодно, но только не магом. Пусть его волосы выцвели ни один век назад, но платиновый обруч, усеянный россыпью драгоценных камней, по‑прежнему гордо венчал его седую голову. ‑ Шафат, Пьер и Фан Чен рубят головы дикарям, это я точно знаю, а остальные олухи, будь они не ладны! Чахнут в своих лабораториях или купаются в серебре, вервольфа им в спину!
‑ Ну не всем же чесать свой топор о звериные шкуры, ‑ засмеялась Нефертари. ‑ А тебе бы явно не помешало, наконец, явиться во дворец, могучий Вальдран. Мне уже надоело требовать от твоих кровососов аудиенций, особенно если тебя невозможно застать дома!
‑ Прошу вас, друзья, давайте обсудим более важные вопросы, ‑ спокойно вставил Сей Фа. Его мантия царского советника давно истрепалась, но восточный мудрец не желал расставаться со старой памятью. Как и весь его народ, волшебник жил собственным прошлым, пытаясь донести жемчужины своей страны до самого конца света. Даже нефритовые заколки, подаренные ему старым господином, сияли, словно для них не существовало самого времени. ‑ Стефано, Вильям, вы ведь найдете способ порадовать нас своими успехами?
Стефано и Вильям. Вильям и Стефано. Итенлиец и санкельт. Абсолютно разные внешне, но неразлучны, словно близнецы. Молодые архимаги ордена Психиков, так далеко зашедших в своей дружбе, что две некогда разных души слились в причудливом симбиозе, что не мешало их новой единой личности править двумя замками одновременно, не забывая при этом глубже постигать неведомые законы вселенной.
‑ Всенепременно, малый брат, ‑ синхронно сказали они. Незнакомец, впервые побывавший на подобном собрании, немало удивился бы при виде странной парочки, но чем еще можно удивить престарелых колдунов, пронзавших взором тайны мироздания? ‑ Скажите, давно ли вы посматривали на Полотно?
‑ А чего я там не видел? ‑ скривился Вальдран. ‑ Уныло, как навозная куча. Только в куче был какой‑то смысл.
‑ Да, ваш род все время тянет к навозу. ‑ Никто не оценил шутку пыльной девы.
‑ Мы хотя бы не строили идолов навозным жукам, раз уж на то пошло...
‑ Пожалуйста, друзья, давайте быть серьезней, ‑ все тем же тоном сказал Сей Фа. ‑ Скорее всего Стефано и Вильям имеют ввиду странный всполох на Полотне Эфира.
‑ Значит, я не ошибся, ‑ вздохнул Зеин.
‑ Воистину, не мне одной почудилась такая нелепица, ‑ сказала Нефертари. ‑ И какие у вас мысли на этот счет, коллеги?
‑ Думаю, стоит убедиться, что нам действительно не привиделось, ‑ прошептал Молох. Сухая рука легла на мерцающий узор древнего камня. ‑ Я готов.
‑ Что ж, это имеет смысл, старый друг, ‑ сказал Зеин, последовав его примеру. ‑ Есть какие‑либо возражения?
Никто не стал противиться, даже Вальдран, нахмурив седые брови, положил руку на стол, приготовившись к Единению. Простой ритуал, которым испокон веков пользовались чародеи, дабы делиться со своими коллегами накопленными за долгие годы знаниями о волшебстве. Короткое единение памяти, так любимое Психиками и так презираемое остальным магическим сообществом.
Мягкое касание, и все волшебники увидели общую картину Полотна. С разных сторон они смотрели на одно и то же, на маленькую искру, застывшую в течениях мертвого мира. Золотая пылинка среди песка. Она приковала к себе их взгляды, рождая в небьющихся сердцах чувства, которые уже давно не могли задеть их зачерствевшие души.
‑ Фэх, мерзость! ‑ прорычал северянин, отпрянув от волшебного узора. ‑ И что это значит?
‑ Правильный вопрос, Вальдран, ‑ сказал Зеин, ‑ но, боюсь, ответа у нас нет. Пока нет. Какие у вас мысли на этот счет?
‑ Духи, ‑ сказал Молох.
‑ Еретики, ‑ предположила Нефертари.
‑ Обычный всполох, ‑ огрызнулся Вальдран.
‑ Искра жизни? ‑ спросил Сей Фа.
‑ Прорыв Света, ‑ серьезно заявили "близнецы".
‑ Как всегда, самая разумная версия, ‑ согласился Зеин, хотя и по‑прежнему весьма расплывчатая.
‑ Сильный всполох, ‑ добавил северянин, ‑ видел я однажды, как прорвался такой "лучик". Одно мгновение, и десяток зверей ‑ в пыль. Хотя давно уже такого не замечал в наших землях.
‑ Бросьте, друзья, ‑ отмахнулась дева, ‑ неужели вы верите в сказки о Прорывах? Уже давно известно, что сквозь эти треклятые тучи не может пройти никакой свет, ни солнечный, ни тем более лунный!
‑ Мы все видели одно и то же, сестра. Не будешь же ты отрицать очевидное? ‑ усмехнулся Молох, состроив жуткую гримасу, которую едва ли можно было назвать улыбкой.
‑ Нет, но... Как вы себе это представляете?
‑ Необычно, но весьма однозначно, малая сестра. ‑ Стефано и Вильям закрыли глаза, и через мгновение над столом вспыхнул тот самый кусок памяти. Только золотое пятно росло и росло, медленно, но уверенно, пока не расползлось настолько, что превратилось в маленькое солнце. Несколько необычной формы. ‑ Это ничего вам не напоминает?
Иллюзия ярко светила фальшивым магическим светом, предоставляя архимагам возможность разглядеть причину их спора поближе. Действительно, миниатюрное светило не было похоже на древний диск солнца, скорее оно напоминало яйцо или размытый овал. Коллеги могли лишь надеяться на собственную сообразительность ‑ загадки "близнецов" всегда были гораздо глубже, чем казалось на первый взгляд.
‑ Хм, яйцо? ‑ без лишних раздумий предложил Вальдран.
‑ Не совсем, малый брат, ‑ сказали психики. ‑ Кто следующий?
Все присутствующие неуверенно мялись, словно студенты на экзамене.
‑ Не стесняйтесь, господа, мы все равны перед фактами. Зеин, тебе есть что сказать?
‑ Да, безусловно... ‑ тихо сказал некромант, ‑ но я не хочу делать поспешных выводов. Предпочту сперва выслушать мнение коллег, если вы не против.
‑ Мудро, малый брат, но абсолютно ни к чему. Если вы приглядитесь повнимательнее, в этом маленьком клочке Эфира вас будет ждать приятный сюрприз.
‑ Действительно, похоже... ‑ задумчиво прошипел Молох, положив четки на стол.
‑ Нет, нет! ‑ возмутилась Нефертари. ‑ Вы что, издеваетесь?!
‑ Знаешь, Нефертари, насколько я успел заметить, наши единоличные друзья давно разучились шутить с такими вещами. ‑ Восточный мудрец тонко улыбнулся.‑ Не так ли, Стефано, Вильям?
‑ Удивительно, не так ли? ‑ ухмыльнулись "близнецы".
‑ Бросьте, коллеги, это ненаучно! ‑ вскрикнула дева.
‑ И все‑таки весьма похоже, сестра, ‑ вздохнул Молох.
‑ Неужто лик Божий? ‑ задумался северянин. Все присутствующие обрушили на него шквал взглядов: одобрительных, презрительных и так далее. Кажется, они уже намеревались подробно разложить феномен по полочкам, как вдруг в Вальдране неожиданно проснулось воображение.
‑ Хвала Богу Мудрости и Сновидений! ‑ засмеялись Стефано и Вильям. ‑ Осторожно, малый брат, если сильно сблизиться с Божественным, можно перенять его черты. А рога, стоит признать, тебе не очень пойдут.
‑ Хватит паясничать, чудище двуликое! ‑ рявкнул северянин. ‑ Может кто‑нибудь, наконец, объяснит по‑человечески, что это за дрянь?
‑ То, с чем мы давно не сталкивались, мой дорогой Вальдран, ‑ сказал Зеин, поглаживая рукой навершие посоха. ‑ Может это и не Прорыв, но можно с уверенностью сказать, что ни духи, ни поклонники Светлых Богов не могли создать такое искажение в Эфире. Как бы то ни было, я уверен ‑ в нашей не‑жизни наступают большие перемены.