Таким образом, известная почва для цеховой организации в том упрощенном виде, как она была создана Петром, была подготовлена, известные формы единения среди промышленного населения и у нас существовали. А в связи с этим и предположение, что закон 1722 г., посвященный устройству цехов и предписывающий образовать цехи в Петербурге и Москве, а затем и в других городах, остался мертвой буквой — что должно было бы иметь место в случае неподготовленности к тому русской жизни, — не подтверждается документальными данными. Мы встречаем уже в 20-х годах XVIII ст. цехи в различных провинциальных городах: в Белоозере (цехи 11 наименований в составе 70 мастеров), в Дмитрове (портняжный, свечной и иные цехи), в Саратовском посаде, в Твери, где находим целых 930 человек цеховых разных промыслов. В Пскове магистрат в том же 1722 г., когда издан был указ о цехах, донес, что пополнение цехов идет очень туго и что псковичи предпочитают заниматься ремеслами без записи в цех; главный магистрат предписал не записавшимся в цехи не дозволять мастерства. Точно так же, когда в Орле обнаружилось 27 человек канатных мастеров, не записавшихся в цехи, то по просьбе канатного цеха орловский магистрат постановил или отобрать у тех мастеров подписку о поступлении в цех, или запретить им мастерство.
Как мы видим, не только цехи вводятся в самых разнообразных городах, но и осуществляется принцип принудительного вступления в цехи. Но принцип этот, по-видимому, проводился все же не повсюду и не вполне последовательно, ибо елизаветинская комиссия по составлению проекта нового уложения жаловалась на то, что цеховая организация не защищает цеховых ремесленников от конкуренции мастеров, не входящих в цех. И точно так же ряд депутатов екатерининской комиссии 1767 г. сильно настаивал на обязательности записи в цех вечно для всех, занимающихся данным промыслом. Такие не записанные в цех мастера делают подрыв цеховым, так как не уплачивая цеховых сборов, могут довольствоваться более низкой ценой за свои товары, отсутствие же надзора за их деятельностью лишает потребителей гарантии в доброкачественности их изделий.
Сенат в 1760 г. заявлял, что цехи находятся в полном расстройстве. На самом деле, как видно из приводимых А. А. Кизеветтером данных по второй ревизии (1742 г.), цехи существовали в целом ряде посадов — в 10 посадах (из 51) Московской губернии, в 12 посадах (из 21) Новгородской, в 11 (из 18) Белогородской, в 8 (из 24) Воронежской, в 4 (из 7) Нижегородской, в 17 (из 27) Казанской, в 4 (из 5) Смоленской, во всех 7 посадах Астраханской губернии и т.д. При этом во многих городах цехи включали значительное число мастеров: в Казани 1221, в Симбирске 1183, в Саратове 960, в Курске 515, в Тобольске 509, в Астрахани 453, в Сызрани 379. В Петербурге их насчитывалось 709, в Москве же всего 117, меньше, чем в Коломне, Путивле, Царицыне, Торопце, Пензе, Ставрополе.
В некоторых городах они составляли значительный процент всего населения посада: в Рыльске, Путивле, Алатыре, Астрахани, Кизляре, Свияжске, Саранске, Пензе, как и Петербурге, свыше пятой части посада, в Царицыне, Симбирске, Сызрани, Самаре, Челябинске, Чебоксарах более 30%, в Казани 40%, в Саратове и Ставрополе половина посадского населения, в посадах Оренбургской губернии Исетске и Шадринске все население, впрочем весьма маленькое (21 и 34 человек), состояло целиком из цеховых мастеров. Напротив, в таких городах, как Москва, Рязань, Тула, Торжок, Белозерск, Орел, Воронеж, Елец, Вологда цеховые мастера давали не более 1—11/2% населения посада{682}.
Если несмотря на распространение цехов, правительство все же не было довольно результатами цеховой организации, то причина заключалась, по-видимому, в том, что цехи по заявлению различных органов плохо выполняли свое служебное назначение, т.е. ту задачу, которая в первую очередь имелась в виду при их учреждении. Им ставилось в вину, что они не развивают именно тех производств, которые нужны казне, и поставляют казне изделия неудовлетворительного качества. Исполнение казенных работ составляло обязанность цехов и от поступающих в цехи лиц требовалась подписка в том, что «они будут во всякой готовности, ежели когда потребуются для отправления казенных работ». Между тем, когда в 1761 г. был предпринят ремонт полов в Зимнем дворце и велено было собрать всех мастеров петербургского столярного цеха, оказалось, что они разобраны по различным казенным работам. Тогда сенат распорядился переписать всех русских и немецких мастеров, людей вольных и отпущенных с паспортами, живущих у обывателей и своими дворами, и представить этот список в Сенат для учреждения из них порядочных цехов. Сенат жаловался и на то, что «много портных для роскоши, а для шитья на армию мундиров почти не находится. Поставляемые на армию повозки, окованные лучшим железом, редко доходят до места{683}.
С другой стороны, это привлечение к казенным работам отпугивало мастеровых от вступления в цехи, почему при выработке проекта уложения в Елизаветинской комиссии предлагалось отменить эту повинность цеховых, «чтоб мастеровые люди к записанию себя в цехи больше охоту имели».
В результате мы замечаем «слабое численное развитие класса цеховых и весьма большую неустойчивость цеховой организации». Такой вывод получается при сравнении данных второй ревизии (1742 г.) с результатами третьей ревизии (1762 г.). Так, по третьей ревизии, оказались цехи во многих посадах, где их раньше, за 20 лет до того, не было, но зато в других посадах они за это время успели исчезнуть. Например, в Московской губернии не упомянуто более цеховых в Коломне, Суздале, Туле, Веневе, Рязани, Пронске, но вновь появились они в Костроме, Угличе, Кинешме, Калуге и еще четырех посадах. В Новгородской губернии цеховые показаны в 15 посадах, а именно сверх поименованных по второй ревизии еще в трех. По Смоленской губернии они имеются в прежних пяти посадах и, кроме того, в Вязьме. По Воронежской губернии в трех посадах они исчезли, а в трех других вновь появились. И то же самое наблюдается по остальным губерниям.
Такие же колебания находим в цифрах. Поскольку цехи оказываются и по второй, и по третьей ревизии в том же посаде, в одних случаях замечается возрастание их количества, в других, напротив, сокращение. В Москве число их возросло с 117 до 396, в Петербурге упало с 709 до 265, сильное увеличение отмечено в Ярославле (с 61 до 388), Ельце (с 31 до 324), Арзамасе (с 86 до 421), Трубчевске, Олонце, Торжке, Вятке, резкое понижение в Казани (вместо 2211 — 476), Саратове, Астрахани, Царицыне, Нижнем Новгороде (вместо 226 — 69), Симбирске (вместо 1183 — 669), Самаре, Пензе.
Цехи то заводятся вновь, то исчезают, численность их членов колеблется вверх и вниз. Цеховой режим не успел прочно установиться.
ГЛАВА ШЕСТАЯ.
Цexu Западной и Южной России в XVI-XVIII cm. и ремесленное Положение Екатерины II
В противоположность Великороссии в Южной и в особенности в Западной России, в нынешних губерниях Виленской, Витебской, Подольской, Могилевской, Волынской, отчасти и Киевской, мы находим с XVI ст. заимствованную почти полностью с Запада цеховую организацию ремесла. Западноевропейские цеховые институты вместе с Магдебургским правом были перенесены в города этих областей из Пруссии и Польши. Цеховая система здесь широко распространилась; по примеру Германии, Франции и других стран, в цехи объединились не только ремесленники, но и врачи и фельдшера, с одной стороны, нищие — с другой стороны{684}.
В свою очередь и в Великороссии совершается реформа цехов при Екатерине II. Жалованная грамота городам 1785 г. имеет целью восстановление «пришедших в несостояние цехов», создает новую организацию ремесел в цехах или ремесленных управах, значительно обстоятельнее регламентируя их деятельность, чем это было при Петре Великом.