Александра увезли вечером. Я окружила его чарами - ни один святоша не подберётся. И стояла у ворот в тенях, глядя, как готовят для него карету. Как его ведут - под конвоем. Вот тут пришлось отвернуться: мне чудилось или нет, но радужное сияние всё ещё окружало хотфолдского принца. Уже не такое яркое, но глаза от него словно раскалённым прутом выжигало... Я очнулась только, когда карета выехала за ворота. Поплотнее укуталась в плащ и, набросив на голову капюшон, поплелась к крыльцу.
Я никогда больше не смогу посмотреть на хотфолдского принца без страха. И как тогда... ночью... у нас не будет.
Где-то на периферии сознания мелькнула мысль: "Почему? Мне же так раньше нравилось, когда он сиял. Мне же было от этого тепло..." Но я даже не стала над ней задумываться. Ну и чёрт с ним, с Александром. Есть много других, правда?
Тот южный король... как его... ах да, Дамиан очень удивился, явившись около полуночи в свою спальню, и найдя там меня на кровати. А я не прогадала: он оказался очень нежным любовником, как тёплый ветер его страны. И жадным, как море, в котором я чуть не утонула однажды. И это, конечно, было не как с Александром, но, думаю, и я, и Дамиан получили, что хотели.
Следующим вечером я вызвала демона и послала его в Хотфолду. Приказала быть по возможности невидимым и не заметным. И убивать каждого клирика, приблизившегося к Александру. И не клирика, если покажется подозрительным. Чувства самих хотфолдцев или их принца, которые обязательно увидят демона в родной столице, меня абсолютно не волновали
По-моему, именно тогда у меня появилась мысли создать отряд демонов. А чего мелочиться? Да, я пока ещё не умела контролировать столь большое число потусторонних сущностей. Но я же смогу научиться.
Какое-то время спустя мы снова переехали. Я, конечно, с удобством путешествовала в карете, читала книги, делала пометки. Но иногда - иногда - я в окно всё-таки смотрела. Виселицы на выезде из города заметить было нетрудно. И кресты на груди повешенных.
Вечером я спросила Теодора, что это. Тот отмахнулся, сказав: "Клирики, Алисия. Только не говори, что тебе их жалко". Мне не было жалко, я просто не понимала, зачем. "Ох, сестра, ну какое тебе дело?" - читалось на лице брата, когда он отвечал, что монахи волновали народ и смущали их своими проповедями, и так далее и тому подобное.
- Да он помешался на клириках, - сказал ночью Дамиан, играя моими волосами. - Казнит всех и не мешкая. Но, любовь моя, неужели тебе их жаль?
Жаль? Я хотела расправиться с монахами. Я сама их убивала. Но не так, не так...
Или так? Чем лучше отданный приказ духам или демонам, ведь результат всё равно тот же? Люди убьют или потусторонние силы?
И ведь среди этих повешенных мог найтись такой же Александр, с радужным сиянием, с истинной верой... Тогда брат прав. Да?
Но я всё ещё помнила, как это сияние грело. Я всё ещё тосковала - глубоко в душе меня всё ещё жгло. Предательство Александра выжгло на моей душе клеймо похлеще, чем все его молитвы.
- Владычица моя, свет моих очей, не хмурься, - целуя мне лоб, шептал Дамиан. - Не думай об этом.
Забавно, но так я в итоге и поступила. В конце концов, меня тоже хотели убить. И, если таким образом, даже этими жертвами, я смогу жить свободно - так пусть! Лес рубят, щепки летят, да? Пусть Теодор хоть весь Святой Престол повесит.
Я просто, чёрт возьми, хочу жить!
Мы медленно, но верно продвигались к Ромулии, к цитадели Святого престола. Когда-то Арман говорил, что это наша земля. И она будет нашей, по-настоящему. Моей, если уж на то пошло. Я сделаю так, чтобы шабаши можно было проводить не тайком под луной и звёздами, а весело и игриво - в городах. Я хочу и так будет.
Ох, Арман... он забросал меня письмами, но я так увлеклась исследованиями, что забывала на них отвечать. Тогда неуёмный дракон явился ко мне "в гости".
К тому моменту мне было всё равно, что Арман узнает и что почувствует. Он же обещал быть со мной - что бы ни случилось. Мы же друзья.
Когда я подарю Ромулию ему, он не будет спрашивать, чего это стоило. Конечно, не будет.
- Алиска! - как обычно свалившись как снег на голову, завопил дракон, заставив меня пролить чернила. - Как я рад тебя видеть!
Я шептала ругательства, пытаясь спасти хоть часть свитка.
- Ха, ты что, решила пополнять мою сокровищницу своими трудами? - хихикал дракон позже, рассматривая кипы черновиков на столе. - Нет, серьёзно, Алис, я, конечно, ценю твою заботу, но это как-то слишком... Ты когда последний раз наружу выходила? В прошлом году? Вот-вот, на мертвеца похожа. Идём-ка.
Рассекающий над армией дракон солдат впечатлил. Арман старался, виражи выделывал. А вот короли отчего-то насторожились.
- Сестра, будь внимательна. Ты точно знаешь, что ему можно верить? - говорил Теодор. - Он удивительно точно появился почти накануне сражения с либелийцами...
Я отмахнулась: знать не знаю никаких либелийцев, и Арман здесь не для того, чтобы вынюхивать наши секреты. Арман мой друг.
- Ну-ну, - фыркнул Теодор. Но больше ничего не сказал.
Как раз накануне этого сражения мы с Арманом летали над побережьем. И драконья тень красиво скользила по водной глади, и тёплые солнечные лучи красиво играли на его чешуе, заставляя загораться драгоценными камнями, соперничая разве что с морской рябью...
- Хорошо, что я один у мамы с папой, - сказал Арман позже, лёжа рядом со мной на тёплом песочке. - Такой брат... Алис, ты знаешь, его в народе зовут Ужасный. А ещё Бич Дьявола и...
- О, ты ещё вспомни, что обо мне в народе болтают, - фыркнула я, и дракон притих. Правда, ненадолго.
- Алис, почему ты с ним?
Я зевнула.
- Он мой брат, и, честно говоря, путешествовать по деревням и весям мне не очень нравится. Я больше библиотеки люблю, архивы. А он король, у него столько возможностей...
- Алис, по-моему, тебе не нужен покровитель, - отозвался Арман. - Серьёзно, зачем?
Я вздохнула.
- Пока я с ним, можно забыть о клириках. Его люди меня защищают. И он...
- ...этих клириков вешает, - закончил Арман. - Алис, у тебя пунктик какой-то на святошах. Нормальные люди среди них попадаются. Вон, Александра твой...
Я рывком села на колени.
- Александр? А ты знаешь, тот раз, когда мы летали за ним в инквизицию, был от начала и до конца фарсом. Не провёл он там годы взаперти, это нас с тобой хотели в ловушку поймать и в этой темнице запереть. То есть, в разных темницах, наверное, но... Арман, что смешного я сказала?
- Ты лучше объясни, кто тебе эту чушь рассказал? - хихикнул дракон. - Алис, ну серьёзно, это просто... просто смешно!
- Смешно?! - ахнула я. - Я верила ему! Александру - я верила! А он... он..!
- Али-и-ис, - протянул Арман. - Это глупо. Мы, драконы, чуем ложь на расстоянии. Так вот, твой братец тебе врёт. А Александр - нет.
- Да неужели? - фыркнула я. - Он меня чуть не убил недавно, твой честный Александр.
Арман приподнялся на локте.
- Так значит, это правда... То, что рассказывают про тебя - ты заставляешь врагов молиться, а потом пытаешь. Да?
Я отвела взгляд.
- Ну и что?
- Алис, - тихо проговорил Арман. - Что с тобой?
Я отмахнулась.
- Ничего.
Дракон усмехнулся.
- Алиска, когда я говорил, чтобы ты стала ведьмой, а я буду твоим огнедышащим драконам, я подчеркнул: без жертв.
- Никто не просит тебя быть моим драконом, - откликнулась я, вставая. - Ладно, Арман. Полетели обратно.
Оставшуюся дорогу мы молчали. И весь тот вечер Арман бы странно тихим. Я его не трогала - знаю, это сложно принять и понять, что иногда для достижения мечты нужны жертвы. Мы же уже не дети, чтобы верить в сказки. А взрослый мир - вот он: не убьют тебя - убьёшь ты. Арман поймёт. Потому что на одной чаше весов клирики, а на другой - я. Моя жизнь и моё благополучие. Он поймёт.