...
Это точно! Вспоминаю грустную историю. Когда мы устанавливали в парадной домофон, я обходила все квартиры и в одной из них – коммуналке – познакомилась, а потом подружилась с одной удивительной бабушкой. Ей было 83 года, участница войны и больше 50 лет – инвалид II группы по зрению, практически ничего не видит, катаракта глаз. Понятно, что в таком возрасте и других болезней накопилось – явно еще на одну группу хватит. А значит, по закону, – и на отдельную квартиру. Но заниматься этим некому – дочь и внук сами из одной житейской драмы в другую сваливаются. В общем, я решила взять над бабушкой шефство и «выбить» для нее эту квартиру. Но для этого нужно ее возить по всяким учреждениям, документы разные оформлять, в общем – нужно было просто ее желание. А она неожиданно перестала отвечать на звонки, открывать дверь. Сначала я испугалась, что с ней что-то случилось, но потом соседи сказали, что она решила, что я собираюсь у нее отнять комнату. Она не смогла поверить в чужое бескорыстие… Было не обидно, было горько. Ну почему мы думаем, что только в нас самих есть добрые чувства и порывы, а другие люди их лишены начисто, ну вот детали такой не прикручено?
– Андрей, давайте подытожим – что же мы все-таки потеряли, утратили в связи с распадом великой империи CССР?
– У нас есть странное, мифологическое чувство, что мы потеряли какую-то великую страну. Но мы не теряли страны. Это бред какой-то. Она на месте. Вот она, под ногами. Кто не верит – встаньте на землю, пощупайте, поцелуйте. На месте! Родина не потеряна. Потеряна прежняя идеология, но в этом нет ничего страшного, естественный процесс эволюции. Если идеология не подтверждает свою состоятельность в деле улучшения качества жизни людей, рано или поздно, какой бы замечательной эта идеология ни была, она отмирает.
Еще разрушилась социальная структура – система отношений в обществе между различными его слоями, группами и кастами. Да, это случилось. Потеря существенная, но в целом любое общество, переживающее нечто подобное, в конце концов каким-то образом восстанавливает эту систему своих внутренних взаимоотношений, поскольку без нее просто невозможно. Поэтому тут время, время и еще раз время… Мы обожглись на авторитетах, они у нас, так сказать, опростоволосились. И теперь мы никак не можем найти новые авторитеты, всех и вся дискредитируем, подвергаем сомнению любые рецепты и невротично ищем свой собственный путь.
Мы вообще большие любители искания собственного пути, взять хотя бы саму эту концепцию «русской идеи» – чистой воды стремление к индивидуализму. Но при этом нам еще обязательно надо, чтобы эта наша «идея» была Богом осенена, благословлена и желательно еще лично Им и провозглашена. Это уже проявления нашего желания быть коллективистами – объединиться под знаменем чего-то великого и могучего.
В общем, никакой катастрофы со страной не случилось. Идеология, система социальных связей и господствующие авторитеты – это внутренняя структура любого общества, любой культуры. Своего рода лабиринт, по которому мы бегаем – туда-сюда, создавая движение жизни в данном конкретном обществе. А сейчас у нас этот лабиринт (наше светлое советское прошлое) взяли, подняли и убрали насовсем. Осталось чистое пространство… Что делать? Как жить дальше? Одни пытаются бегать по прежним маршрутам. Но путаются, с пути сбиваются, всех клянут… Привыкли: тут коридор, тут поворот, тут закоулок, тут тупик… и вдруг нет ни закоулка, ни тупика, ни выхода. Вот и бегают по открытой площадке как безумные. Другие, ошалев от таких перемен, сели тихо на пятую точку и смотрят по сторонам с изумлением. Таких большинство, кстати сказать. Поэтому и на выборы никто идти не хочет (когда в обществе не сформировано представлений о том, куда нам следует двигаться и зачем, то выборы, конечно, становятся в чистом виде профанацией). Третьи пытаются какой-то новый лабиринт выстроить, но общего плана опять же нет. И потому на первых порах Вавилонская башня получается – одни одно строят (демократию, например), другие – другое (социально ориентированное государство), третьи – третье (номенклатурную бюрократию). Всё вместе не лабиринт, а какая-то каша-мала получается…
В целом картинка, конечно, не слишком оптимистичная. Это я понимаю. Но никто ведь никакой радужной живописи и не обещал. В конце концов, у нас тут давеча революции были… Но при этом страна-то – вот она, никуда не девалась. Земля-то – вот, пожалуйста! Тоже на месте. И мы сами – вот, присутствуем. Все тут. Может, ряды и поредели (кто в СНГ оказался, кто дальше эмигрировал, многие просто умерли), но если учащиеся выбывают, это еще не повод отменять уроки.
Мы должны понять, что сейчас этап строительства. И не страны, а общества – его внутренних связей и отношений. Если нам, в соответствии с особенностями нашей психической организации, нужны авторитеты – давайте будем их создавать, будем их сознательно делать. Вот приносит человек пользу конкретную стране и обществу, давайте его выдвинем на первый план и будем его ЗА ЭТО уважать. Не просто потому, что он хороший Иван Иванович, а потому, что он вот это и вот это делает.
И такое же отношение к самим себе. Если мы хотим быть индивидуалистами – прекрасно! Давайте делать себя сами – «селф-мейд». Начать надо с простого – взять на себя ответственность за все то, что с тобой происходит. Плохо тебе – ты сам виноват, хорошо – тоже. В общем, тут надо жизненную стратегию поменять – мол, все, больше не жду у моря погоды, ни на кого не рассчитываю, обременения и риски, связанные со свободой, на себя принимаю, то, что потребуются большие усилия и вложения, понимаю и готов соответствовать. Право на индивидуальность, на собственный путь есть у каждого. Пожалуйста, реализуйте. Только аплодисментов не ждите и на государственную премию не рассчитывайте. Поддержки не будет. Сначала – результаты, а потом уже и разговор.
Пора уже, мне кажется, перестать морочить себе голову этим загадочным «третьим путем». Разговоры о нем уже давно превратились в пространство для спекуляций тех, кто ничего не хочет делать. Ну это уже, право, просто глупо. У нас никогда не получится как у японцев – можете поверить… И как у европейцев – тоже никогда не будет. У нас, хотим мы этого или не хотим, будет свое лицо, своя индивидуальность, своя уникальность, свой путь. Он будет! Только давайте перестанем о нем говорить и его искать. Его еще нет, найти его невозможно, его можно только сделать, и тогда уже будет понятно – какой он, этот северный олень.
Невозможно от нашей этнической, психологической, социально-культурной инаковости отказаться – она есть. Но зачем мы вечно декламируем это дело? Ну странно смотрелся бы европеец, который без конца говорил бы: «Я европеец. Посмотрите на меня – я европеец! Я самый настоящий европеец!» Глупо. Это ведь и так понятно. А вот японец говорит: «Я – японец». Ну, по-моему, тоже понятно, зачем бесконечно ходить и повторять: «Нет, а я все-таки японец… Я японец. Японец я!» Ну а кто же еще, господи… Конечно, японец! А мы всё суетимся – то ли мы европейцы, то ли азиаты, то ли русские?.. Мы есть мы, всё! И это уже никто не подвергает сомнению, не волнуйтесь.Просто мы пока не знаем, кто для нас сейчас авторитет, на кого нам равняться и кем гордиться. Мы не понимаем, что хорошо, что плохо и как одно с другим сочетается. Не верим, что, если мы чего-нибудь добьемся, к нам будут хорошо относиться и не станут закидывать мочеными яблоками. Вот это – проблемы! Давайте ИХ решать. Находить тех, кем можно гордиться, не кидаться в них мочеными яблоками, вникать в суть вопроса. По-моему – хороший вариант! И главное – не требует от нас никаких особых усилий. Только реформирование языка. Есть проблема: надо каким-то образом найти язык для того, чтобы говорить о других людях хорошо, так чтобы не получалось «О-о, ибн Хасан!», ну и чтобы в издевку не превращалось, в злорадную иронию, как у нас теперь любят.
Сколько вешать в граммах?