Прежде всего написал пространные письма всем главам администраций субъектов Федерации на юге страны. Просил денег, просил игроков. Даже к Валерию Газзаеву (главному тренеру ЦСКА на тот момент) обращался, чтоб «отдал» в Ростов пару игроков. Хотелось также привести в порядок стадион, на котором большинство трибун от ветхости просто рухнули. А ведь он вмещал в свое время больше 30 тысяч зрителей. Теперь же (в 2001 году) на нем не было ни освещения приличного, ни электронной информации, ни помещений для команд и т. п. А что говорить про тренировочную базу клуба?! Слезы…
В общем, взялся за эпистолярный жанр — сочинял письма и обращения. И что вы думаете? Никто не ответил, никто не помог. Только Чуб! Я страшно удивился. И вот почему.
Дело в том, что у Чуба (ну, не у него лично, конечно) есть своя головная боль — футбольный клуб «Ростсельмаш». Он давно выступает в высшей лиге, но играет из сезона в сезон неровно, бывает на грани вылета из нее. Частая смена тренеров, перетасовка игроков, финансовые вливания и прочие спасательные меры проку давали мало. Существенных результатов «Ростсельмаш» так и не мог добиться.
Немаловажная деталь: стадион «Ростсельмаша» вмещал только 16 тысяч зрителей и зачастую был переполнен. Короче, давно стал тесноват. Это особенно проявилось в один из сезонов, когда ростовчане получили возможность играть с иностранными клубами. Даже «Ювентус» однажды приезжал. К слову, заявок на билеты было около 300 тысяч!
Я знал, что в головах ростовских спортивных (и не только) функционеров давно созрела мысль окончательно «похоронить» наш клуб «СКА Ростов» или слить его с «Ростсельмашем» и заполучить себе военный стадион — пусть и развалившийся, но все же в два раза вместительнее. Если он станет собственностью «Ростсельмаша», то на его реконструкцию и деньги, мол, быстро найдутся. Тем более что положение, сложившееся в ростовском футболе и вокруг него, благоприятствовало осуществлению такого плана. Ну ведь действительно поклонников у «РСМ» больше. И команды к ним приезжают именитые… Логика своя тут была. Здраво рассуждая, лучше иметь в городе один клуб, но сильный, чем два относительно слабых. И, соответственно, один большой, хорошо оснащенный стадион, чем два не удовлетворяющих ни зрителей, ни команды, ни спортивных функционеров.
Думал, что Чуба давно на это дело подбили, но он в силу деликатности, зная, что я болею проблемами СКА, вопрос этот не поднимал. Конечно, и ему письмо направил — думал скорее для проформы. Каково же было мое удивление, когда он и откликнулся на мои просьбы.
— Конечно, Геннадий Николаевич, СКА нужно помочь, — сказал мне Чуб.
И помог. Дал армейскому клубу, что мог. Не исключаю, что даже за счет «Ростсельмаша».
А как он радовался, когда в «стыковом» матче с саранской «Светотехникой» мы победили и вышли в первую лигу! По-моему, больше меня.
Короче говоря, с помощью Владимира Федоровича, его так называемого «административного ресурса» северо-кавказские армейцы поднялись выше в турнирной таблице российского футбола. Жаль, что не удержались, опять скатились во вторую лигу. Но это уже другая история. Я здесь хотел рассказать о Чубе, о логике его поступков, которая лишена меркантильного, собственнического аспекта. Хотя злопыхатели могут сказать: но ведь Чуб — член военного совета округа, ничего удивительного нет в том, что он радел за команду «своего округа», то есть «личный интерес» у Владимира Федоровича, дескать, был. Отвечу так: в конце концов, донской футбол («гражданский» он или «военный») от всего этого только выиграл. И прежде всего — зрители, которые получили второй в городе приличный стадион.
…С Чубом мы подружились. Несколько раз встречались семьями, удавалось изредка выезжать на открытие охотничьего сезона или на рыбалку. И вот однажды на рыбалке, сидя за удочками, я у него поинтересовался:
— А почему вы, Владимир Федорович, не спрашиваете, как я собираюсь баллотироваться на пост губернатора Ростовской области?
Он хитро улыбнулся:
— Жду, когда сам расскажешь…
А дело было вот как. Приблизительно летом 2001 года, в канун выборов губернатора Ростовской области, в местной прессе провинциальные «аналитики-политологи» высказали предположение, что В. Чубу альтернативы на выборах нет. Единственный, кто по своему авторитету в обществе, дескать, мог бы составить ему конкуренцию, — это командующий войсками СКВО генерал Г. Трошев. Идею эту подхватили, и «пошла гулять брехня по селу».
Спустя время не только в области, но и в столицах субъектов Федерации Юга России, и даже в Москве стало укореняться мнение, что я собрался уходить «в политику» и планирую выставить свою кандидатуру на пост главы администрации Ростовской области. Меня об этом напрямую спрашивали, звонили разные «высокопоставленные люди», пресса перешла от намеков и предположений к «серьезному анализу» расклада сил и возможностей «кандидатов в губернаторы».
Я лишь посмеивался и убеждал собеседников, что слухи о моем губернаторстве «сильно преувеличены». Увы, это мало помогало. «На чужой роток не накинешь платок» — как гласит народная мудрость. Тем не менее я задумался над тем, стоит ли делать официальное заявление для прессы, чтобы прекратить сплетни. К тому же был убежден, что до Владимира Федоровича слухи дошли. А мы ведь в добрых отношениях. Что он там себе думает по этому поводу?
Вот на таком «политическом фоне» и случилась наша совместная рыбалка и мой «хитрый» вопрос: почему, дескать, не интересуетесь моим «решением баллотироваться».
В общем, все Чубу рассказал. И про «утки» прессы, и про молву в чиновничьих кругах, и про свою позицию. Он поулыбался и коротко «припечатал» сплетников соответствующей характеристикой.
На этом инцидент, как говорится, был исчерпан. Однако до сих пор думаю, что слухи тогда были запущены в умы жителей Дона не просто так, случайно. Не исключаю, что кому-то было выгодно рассорить меня с Чубом, кому-то наши дружеские отношения не давали спать спокойно. Кому? Вопрос трудный. Можно лишь предполагать. Однако фамилий называть не буду, чтобы не уподобиться тем же сплетникам, от чьих злых языков сам и пострадал. Короче говоря, «замнем для ясности».
Не раз пытались вбить клин в наши отношения. Я рассказал лишь об одном таком случае. А их было, к сожалению, несколько.
Но главное, наши отношения не нарушились и после того, как я был освобожден от должности командующего войсками СКВО. Больше того, Владимир Федорович, опасаясь, что я «расклеюсь» после кадрового решения, очень плотно опекал меня, морально поддерживал. Я благодарен ему и за это, и за все, что он сделал и продолжает делать для округа, для людей в погонах, которым так непросто приходится на Северном Кавказе. Чуб — настоящий государственный человек, настоящий мужик. Побольше бы таких во власти. Может, тогда бы и Россия воспряла, быстрее пошла в гору.
2002 год
Если ранее диверсионно-террористическая деятельность боевиков в основном заключалась в минировании автодорог и обстрелах пунктов временной дислокации федеральных сил в ночное время, то за последний месяц предпринимаются попытки проведения широкомасштабной акции.
В ночь с 4 на 5 июня группа боевиков, численностью до 40 человек, пыталась штурмом захватить здание одного из отделов внутренних дел. В ходе боестолкновения один бандит убит, двое получили ранения. Задержаны 6 человек.
11 июня обстреляна военная комендатура Октябрьского района Грозного. Огонь велся из автоматов и подствольных гранатометов.
В горной части Чечни захвачено большое количество штабных документов Масхадова, из которых стало известно о намерении бандитов предпринять 25 июня захват Грозного. Среди документов были списки 500 человек, которых Масхадов приговорил к смерти.
В Шатойском районе на фугасе, установленном вблизи военной комендатуры, подорвался автомобиль с бойцами стрелковой роты, призванными из Чечни. Погибли десять человек.