Еще одним обычным входом, который использовали шаманы из калифорнийских индейцев, было дупло дерева. Дуплистое дерево было обычным входом в Нижний мир и у австралийского племени аранда.
Для других шаманов входом в Нижний мир могут быть пещеры, вырытые животными норы и даже специально сделанные для этой цели ямы в земляных полах домов.
Согласно сообщениям об индейцах племени белла — кула, каждый их дом имел в земляном полу отверстие, которым пользовались как проходом в Нижний мир. Этот мир они называли Асинтань. Сходным образом вход в Нижний мир устроен индейцами зуни, живущими на юго — западе Америки. В их круглых ритуальных жилищах — кивах имеется дыра, расположенная в полу, она находится между очагом и стеной.
Когда шаман начинает путешествие, выбранное им отверстие превращается в туннель, ведущий все ниже и ниже и, наконец, раскрывающийся в Нижний мир. Вид этого мира может быть самым различным. Для одних людей он предстает как тропический лес, для других как тайга или горный ландшафт, а некоторые видят перед собой сказочную страну с двумя солнцами. Находясь в этом месте, шаман встречается со своими духами — помощниками, которые и дают ему силу или знания, необходимые шаману для того, чтобы по возвращении в наш мир победить болезнь, дать совет по важному делу или восстановить равновесие в обществе. Шаман может путешествовать по Нижнему миру, куда захочет, в течение минут или даже часов, в конечном счете возвращаясь назад вверх сквозь туннель и появляясь на поверхности земли в том же месте, где вошел.
Вот как известный исследователь — полярник Расмуссен описывал путешествие, совершаемое шаманами из эскимосского Племени иглулик:
«…Для великих шаманов путь открывается прямо в доме, откуда они вызывают своих духов—помощников, и путь ведет вниз сквозь землю, если они находятся в палатке на берегу, или через море, если они находятся в доме из снега, построенном на морском льду; по этой дороге шамана ведут беспрепятственно. Он скользит, как будто проваливаясь сквозь трубу, настолько пригнанную к его телу, что он может остановить свое движение, нажимая на ее стенки, и не падает вниз стремительным движением. Эта труба сохраняется открытой для него усилиями его духов — помощников, пока он не вернется на Землю обратным путем.
![Шаманизм i_002.jpg](https://litlife.club/books/199631/read/images/i_002.jpg)
Рисунок Нижнего мира у даяков
Когда шаман возвращается из своего путешествия, люди в палатке могут издалека слышать, что он идет: возникает шум от его прохождения по трубе, сохраняемой для него открытой его духами, и шум этот нарастает, пока, наконец, он не выстреливает вверх в свое место за занавеской».
Обычно туннель довольно обширен и обеспечивает достаточно места для движения. Иногда проход может закрыть какое‑нибудь препятствие, но обычно можно найти трещину или отверстие, чтобы пройти дальше. Проявив терпение, такое отверстие удается найти, не будучи вынужденным отказаться от продолжения путешествия и возвратиться домой.
Иногда во время путешествия шаман опускается или поднимается по реке, которая может быть или не быть определенной частью туннеля. Рассмотрим, например, как описывал свое первое путешествие в Нижний мир шаман Тавги из племени самоедов.
«Когда я посмотрел вокруг, то заметил в земле дыру. Она становилась все больше. Мы [шаман и его дух — хранитель] спустились через нее и прибыли к реке, которая двумя потоками текла в разные стороны.
— Ну, отгадай, — сказал мой дух. — Один поток идет из центра к северу, другой — к югу, к солнечной стороне».
Обычно, совершая путешествие в состоянии экстаза, шаман испытывает невыразимую радость по поводу увиденного, благоговение перед прекрасными и необычными мирами, открывающимися перед ним. Само путешествие похоже на сон, но сон наяву, который кажется реальным и в котором шаман может контролировать свои действия и направлять свои приключения. Находясь в экстазе, он часто бывает поражен реальностью того, что ему представляется. Он получает доступ в другой, очень древний мир, который снабжает его информацией о значении его собственной жизни и смерти и его месте во всей совокупности мироздания. На протяжении всего удивительного приключения он сохраняет контроль над направлениями своих путешествий, но не знает заранее, что он откроет. В конце концов он приносит обратно свои открытия для того, чтобы построить свое знание и помочь другим.
Гордон Уоссон пишет по поводу шаманского экстаза следующее:
«В своем трансе шаман уходит в далекий путь — в место ушедших предков, в Нижний мир или туда, где живут боги…
…Сам по себе экстаз ни приятен, ни неприятен. Блаженство или паника, в которые он ввергает, для экстаза не существенны. Когда вы находитесь в состоянии экстаза, сама ваша душа как бы вырывается из тела и уходит. Кто направляет ее полет — вы, ваше подсознание или какая‑то высшая сила? Возможно, это тьма кромешная, но вы видите и слышите яснее, чем когда‑либо раньше. Вы оказываетесь лицом к лицу с Абсолютной Истиной — вот то неодолимое впечатление (или иллюзия), которое вас охватывает. Вы можете посетить Ад, Елисейские поля, пустыню Гоби или просторы Арктики. Вы чувствуете благоговение, познаете блаженство и страх, даже ужас. Каждый испытывает экстаз по — своему, и никогда он не бывает одним и тем же. Экстаз — это сама суть шаманизма».
Западному человеку трудно поверить в существование какого‑то другого конкретного мира, «параллельного измерения», хотя эта тема в фантастической литературе обыгрывается довольно часто. Но не стоит изо всех сил держаться за собственный скептицизм. Механизмы восприятия человеком окружающего мира довольно сложны и практически не изучены современной наукой Все соглашаются, что наши органы восприятия несовершенны и в некоторой степени искажают и ограничивают реальность. Различается лишь степень искажения, которую каждый подразумевает под этим утверждением. Ортодоксальная наука считает, что хотя такое искажение и ограничение присутствует (к примеру, человеческий глаз не способен воспринимать ультрафиолетовый свет), оно не мешает формированию в целом верной и объективной картины мира. Однако, согласно буддийской доктрине, весь мир, доступный органам чувств, в число которых включается и ум, есть не более чем иллюзия — майя. В книгах Карлоса Кастанеды, посвященных индейской магии, развивается весьма сложная концепция формирования образа мира, который воспринимается человеком, в результате фильтрации «истинной картины бытия» органами чувств и сознанием на основе господствующего в обществе способа восприятия. Этому способу каждый учится в процессе воспитания и ко времени достижения совершеннолетия привыкает считать его единственно возможным. Как же, в таком случае, воспринимал бы человек аспекты мира, выходящие за рамки его обычного мировоззрения? Вероятно, с помощью аналогий, так как именно проводя аналогии с уже известным взрослые люди получают новые знания.
Другими словами, впервые в жизни ощутив существование чего‑то необычного, невыразимого с точки зрения его взглядов на мир, человек пытается придать ему известную форму. Таким образом древние египтяне насаживали птичьи головы на торс человека, создавая внешний облик своих богов, и таким же образом шаман на основе некоторых общих свойств присваивает своему духу — хранителю форму какого‑либо животного. Поэтому не стоит отвергать шаманские описания мира духов и их объяснения, касающиеся происходящих в обычном мире событий, как нереальные только из‑за их противоречивости и примитивности. Каждый пользуется своей системой понятий, и несовершенное объяснение еще не является доказательством несуществования объясняемого.
Шаман как ясновидящий
Для шамана типично работать в темноте, или, по крайней мере, с закрытыми глазами, для того, чтобы ясно видеть. По этой причине шаманы обычно занимаются своей практикой ночью. Некоторого рода шаманское ясновидение может быть выполнено с открытыми глазами, но такого рода восприятие обычно обладает меньшей глубиной. В темноте, в отличие от света дня, давление на сознание снижается, в результате чего шаман имеет возможность сосредоточиться на важных для его работы аспектах необычной реальности. Но для шаманского ясновидения мало одной темноты. Как уже говорилось выше, главным условием здесь является вхождение в состояние транса, или экстаза, с помощью барабанного боя, трещоток, пения и танца.