— Ни слова! — произнес один из них. — Одно движение, один крик — и ты мертвец!
Матеус от неожиданности не мог даже пошевелиться, мысли вихрем проносились у него в голове.
— Вы хотите золота? Говорите, сколько? — прошептал он с трудом.
Арман-Луи поднял капюшон и открыл свое лицо.
— Говори, что ты сделал с Рено, негодяй!
Холодный пот выступил на лице Матеуса, но в уме он хорошо осознавал, что пока ещё является хозяином замка и, что если сумеет потянуть время, то быть может, выиграет.
— Вы спрашиваете о господине де Шофонтене? Вы его ищете? — спросил Матеус и попытался встать с кровати, но кончик шпаги уткнулся ему в грудь.
— Будь осторожен! — произнес при этом Магнус. — У нас мало времени и мы нетерпеливы, не забывай — ты в нашей власти!
Матеус с вызовом сложил руки на груди, ненависть пересилила страх в его душе.
— Ну, что же, убивайте! Если я умру — де Шофонтен умрет тоже!
Друзья переглянулись; каждая минута казалась им вечностью, тут они услышали шум в галерее. На лице Матеуса появилась улыбка.
— О, друзья мои! Вы думали, что можно войти в клетку со львом и не выйти оттуда живым?
— Все пропало! — вскричал Магнус.
— Итак, ты не хочешь нам сказать, где наш друг? — ещё раз повторил Арман-Луи.
— Нет! Умирают один раз!
Каркефу не выдержал и схватил шпагу, стоящую рядом с кроватью Матеуса. В другую руку он взял пилу, вытащив её из-за пояса:
— Умереть — это ещё н все! Возмездие есть повсюду! Я с удовольствием пустил бы тебе пулю в лоб! Но я поступлю по-другому! Я просто распилю тебя!
Матеус застыл в ожидании возмездия.
— Магнус! Заткни рот этому человеку! — приказал Каркефу.
Де ла Герш подошел к кровати, где лежал Матеус.
— Послушай, — обратился он к нему. — Если ты проводишь нас к де Шофонтену, то получишь свободен. Я клянусь, что сдержу свое слово!
— А если ты будешь продолжать упрямиться, то я клянусь, что зубы этой пилы не оставят ни одной капли крови в твоих венах! — прибавил Каркефу. — У тебя одна минута на раздумья, выбирай!
В это время Рудигер, с пистолетом в руке, стоял на страже у входа в комнату.
Матеус обвел взглядом всех актеров этой сцены; все оставались неподвижными. Каркефу приставил обнаженную шпагу к груди Матеуса. Тот дрожал всем телом. Каркефу сделал движение и острые зубы пилы вонзились в плоть. Казалось, что глаза Матеуса сейчас вылезут из орбит.
— О! Я сдаюсь! — прохрипел он. — Я проведу вас к де Шофонтену.
Зубы его продолжали стучать. Каркефу опустил пилу.
Матеуса проводили в кабинет, затем спустились по лестнице, за которой виднелась закрытая дверь.
— Он там! — произнес негодяй.
— А! Наконец-то! Давай ключ, и побыстрей!
Дверь открылась и все сразу увидели привязанного к стене Рено. Голова его свешивалась на грудь, он не подавал никаких признаков жизни.
— О, господа! Что он с ним сделал! — воскликнул Каркефу, вне себя от ярости.
Одним движением солдат снял своего хозяина, положил его на землю и стал растирать его затекшие руки.
Рено вздохнул. Каркефу попытался влить ему в рот несколько капель вина. Это ему удалось и Рено открыл глаза. Увидев Армана-Луи, он попытался подняться. Указывая на Матеуса, ещё не пытаясь понять, что происходит, Рено произнес:
— Посмотрите! Вот человек, самый страшный из тех, кого я когда-либо знал. Это становится невыносимым!
Но Каркефу уже схватил Матеуса.
— Петля ещё здесь! — произнес он. — Теперь твоя очередь.
И, прежде, чем кто-либо смог опомниться, он привязал хозяина замка на то место, где только что был де Шофонтен
— Благодари Бога! — обратился он к негодяю. — Арман-Луи дал тебе слово, а то я бы убил тебя здесь же с превеликим удовольствием!
— А теперь послушай, — продолжил Рено. — Я знаю традиции этого дома. Завтра тебе принесут на обед горстку чечевицы и немного воды. Доктор, твой друг, уверит тебя, что ты неплохо спал, и вы сможете прекрасно позавтракать вместе. Не забудь того, что я надеюсь встретится с тобой, и ты будешь подвешен не за руки, а за шею, и твоя гримаса потрясет мир!
Матеус остался висеть связанным.
Магнус закрыл дверь и все вернулись в комнату, откуда недавно вышли. По дороге Каркефу успел положить в карман изрядный кулек, лежавший до этого на столе. Перехватив удивленный взгляд Рено, он пояснил:
— Господин маркиз! Не нужно оставлять съестные припасы врачу! Правила игру это требуют.
Говоря это, он не забыл обернуть своего хозяина плащом, позаимствованным у Матеуса.
В этот момент Рено побледнел и пошатнулся. По галерее пронесся какой-то шум.
— Кто там? — спросил Магнус суровым голосом.
— Доктор спрашивает позволение у хозяина нанести визит узникам, — отвечал часовой. — Может статься, что пленник умрет этой ночью, а это было бы нехорошо.
— У узников тяжелая жизнь, — отвечал Каркефу, придерживая Рено, — я знаю его, завтра он будет свеж и весел, как птичка!
Тем временем, друзья приготовились к бою. Шаги удалились и наступила тишина.
Магнус вздохнул с облегчением.
— Я думаю, что настал час победить или умереть! произнес он.
— Выше голову, сеньор маркиз! — подбодрил Каркефу своего хозяина, — если мы не хотим попасть, как рыбы в сети — нужно уносить отсюда ноги, и поскорей!
Рено сделал над собой усилие, пытаясь идти, но оно было безуспешным.
— Я столько вынес! — произнес он через силу. — Но, будьте спокойны, тело должно подчиниться мне.
И медленными, но твердыми шагами, он направился к двери. Решительным жестом Магнус открыл дверь. Часовой внимательно посмотрел на друзей.
— Ни слова! — шепнул старый воин.
Рудигер подошел тоже.
— Жан де Верт беседует с господином Матеусом. Государственная тайна! Ты должен молчать о том, что здесь видел.
Часовой отдал честь и пропустил их.
Отряд достиг середины галереи, спустился по лестнице и вскоре оказался в подземелье. Струя воздуха ударила им в лицо.
Секретная дверь была перед ними. Они прошли в неё один за другим. Каркефу шел во главе. Магнус — последним.
Каменная глыба стала на свое место — и через несколько минут беглецы достигли выхода из длинного коридора, куда они вошли два часа назад.
Когда они выбрались, наконец, из проклятого замка, звезды блестели высоко в небе. Арман-Луи и Рено упали на колени.
— Свободны! Наконец-то! — воскликнули они разом.
Позади них Магнус, Рудигер и Каркефу крепко обнялись.
13. Сражение
Солдаты, охранявшие замок, могли каждую минуту проснуться. Поэтому нельзя было терять ни минуты. Беглецы горели желанием как можно скорее уйти подальше от этого проклятого замка. Лошади, спрятанные в дальнем конце ущелья, ожидали их.
Магнус и Каркефу сели на лошадей вместе с Арманом-Луи и Рено. Все тронулись в путь, надеясь как можно быстрее покинуть окрестности Рабеннеста.
Во время первой остановки, Каркефу поехал в соседнюю деревню и вернулся со свежими лошадьми. С ним были также пистолеты и шпаги.
— Надо думать, что где-то поблизости идет сражение, предположил Каркефу. — Мне дали животных и оружие всего за двадцать пистолей.
Несколько часов сна и несколько кусков холодного мяса вернули Арману-Луи и Рено силы, утерянные ими во время плена. Рено вынул шпагу и попробовал согнуть её лезвие.
— Тонкая, гибкая и удобная!.. — сделал он вывод. — Я думаю, что скоро у меня будет случай проверить её в действии.
Однако, что-то беспокоило Каркефу. Он поделился своими опасениями с Магнусом.
— Там, в замке, такие темные проходы. Похоже, сам дьявол не бывал там никогда. Секретные двери, вертящиеся камни, которые не смог бы открыть случайный человек… Какие обстоятельства позволили узнать вам все это?
— Друг мой Каркефу, когда-то Магнус был молод; это было давно. В это время я был оруженосцем у барона, большого любителя охоты. Иногда он посещал замок. А у хозяина Рабеннеста была служанка, красивая и веселая девушка… Бедная Катинка! Что с нею стало? Так вот, где проходил барон, проходил и оруженосец. Теперь ты понимаешь, откуда я так хорошо знаю замок и его окрестности?