И далее продолжает летопись: «И послал Мстислав за Ярославом, говоря: «Садись в моём Киеве: ты старший брат, а мне пусть будет эта сторона Днепра». И не решился Ярослав идти в Киев, пока не помирились. И сидел Мстислав в Чернигове, а Ярослав в Новгороде, и были в Киеве мужи Ярослава». Только в 1026 году братья «разделили по Днепру Русскую землю». «И начали жить мирно и в братолюбии, и затихли усобица и мятеж, и была тишина великая в стране».
С Якуном «слепым» связано и продолжение этой истории. Племянник Якуна — Шимон (Симон) Африканович позднее вернулся на Русь. Он служил уже сыновьям Ярослава Мудрого и вместе с ними сражался в неудачной битве с половцами на Альте в 1068 году. Затем Шимон был крещён Феодосием Печерским и сделал в Киево-Печерский монастырь богатый вклад — золотые венец и пояс. Пояс затем послужил мерой длины при строительстве Успенской церкви Киево-Печерского монастыря, а также храмов в Ростове и Суздале, где сын Шимона — Георгий Симонович был тысяцким. Георгий воспитывал Юрия Долгорукого, а его потомки служили владимирским, а затем и московским князьям. От Шимона произошёл знаменитый род московских тысяцких Вельяминовых, а также дворянские фамилии Воронцовых (пресекшихся ещё в средневековье), Аксаковых, Протасовых (впоследствии графы), Исленьевых, Соловцовых и Башмаковых. Кроме того, к этому предку возводили свою генеалогию роды Чихачёвых, Горсткиных, Линёвых, Ершовых, Сомовых и Окунёвых.
После 1026 года Ярослав и Мстислав действовали сообща. Так, в 1031 году они ходили войной на Польшу и отвоевали пограничные червеньские города, бывшие долгое время яблоком раздора в отношениях Руси и Польши. Вообще же Ярослав проводил активную внешнюю политику. Совершал успешные походы на западные племена: литву и ятвягов, а в 1043 году русские воины направились в поход на Византию. Возглавлял войско старший сын князя — Владимир Ярославич. Но эта война окончилась для Руси неудачно, и русские князья более уже с Византийской империей не враждовали. Эпоха русских набегов на богатого южного соседа, начатая ещё походами IX века, закончилась.
В 1036 году Мстислав умер. Тогда же Ярослав расправился с последним из остававшихся в живых своим братом — Судиславом, тихо сидевшем в Пскове. Оклевтанный, он очутился в темнице, откуда вышел уже после смерти Ярослава. Так Ярослав укрепил свою власть и на короткое время воссоздал единое Древнерусское государство.
С именем Ярослава Мудрого связано и создание первого русского свода законов. Этот законодательный памятник именуется по первым его словам «Русской Правдой». Она создавалась постепенно, но первая её часть была разработана по инициативе Ярослава ещё в 1016 году, потому и называется «Правдой Ярослава». Потом, в 1072 году, сыновья Ярослава дополнили её и изменили некоторые положения. Так возникла вторая часть «Русской Правды» — «Правда Ярославичей». Позже и другие русские князья вводили в «Русскую Правду» новые правила, поэтому окончательно этот свод законов сформировался только в начале XII века при Владимире Мономахе. В целом он оставался действовавшим на территории Руси на протяжении нескольких столетий.
Киев в эпоху Ярослава Мудрого стал одним из крупнейших городов Европы. В нём было около 400 церквей, активно велось каменное строительство, развивались ремёсла и торговля. Укрепление Древнерусской державы позволило Ярославу даже сделать русским митрополитом соотечественника Илариона, который был избран на этот пост собором русских епископов, а не назначен Константинопольским патриархом, как было ранее. На Руси Ярослава именовали также царём, то есть он носил императорский титул, подчёркивая свое равное положение с византийскими императорами. Именно так назван Ярослав в надписи о его смерти, обнаруженной в Софийском соборе.
В 1939 году учёные вскрыли гробницу Ярослава Мудрого в Киевском соборе св. Софии. Останки князя были подвергнуты тщательному антропологическому анализу, и тогда же была опубликована целая серия статей, посвященная этому событию (авторы — Д. Г. Рохлин, В. В. Гинзбург, Е. А. Рыдзевская, М. М. Герасимов и М. К. Каргер). Великий антрополог М. М. Герасимов, используя разработанный им уникальный метод, создал по черепу скульптурный портрет Ярослава Мудрого, который является и до сего дня самым ранним достоверным изображением не только древнерусского князя, но и правителя нашей страны вообще (таким же методом Михаил Михайлович воссоздал образы Андрея Боголюбского, Ивана Грозного и Фёдора Иоанновича, а уже совсем недавно его метод был применен для воссоздания облика Софьи Палеолог). Медицинское исследование костей Ярослава Мудрого привело учёных к выводу, что этот князь прожил не 76 лет, как о том сообщают летописи в известиях о его кончине под 1054 годом, а, по крайней мере, на 8 лет меньше. Найденный скелет принадлежал мужчине 60 — 70 лет, его примерный возраст был определен как 66 лет. Таким образом, можно думать, что Ярослав родился примерно в 986 году, а не в 978-м, как думали раньше. Историки высказывали догадку, что летописцы могли сознательно увеличить возраст князя, чтобы обосновать законность его претензий на Киевское княжество, ведь Ярослав, по сути, узурпировал власть на Руси: не являясь старшим наследником отца, он военным путем сверг с престола старшего брата.
Тогда же прояснился и вопрос о знаменитой хромоте Ярослава. Дело в том, что в Тверской летописи содержится известие о чудесном выздоровлении больного отрока в момент ссоры родителей. Якобы Ярослав с детства не мог ходить. И вот однажды, когда Владимир разгневался на Рогнеду и хотел разорвать с ней супружеские отношения, потрясенный юный княжич внезапно встал на ноги и с тех пор смог ходить. Скандинавская «Сага об Эймунде» рассказывает о ранении Ярослава в ногу во время осады Киева печенегами, когда шла борьба между сыновьями Владимира за власть на Руси. «Повесть временных лет», описывая события этой усобицы, тоже упоминает хромоту Ярослава. Когда войска враждующих братьев стояли по обеим сторонам Днепра три месяца друг против друга, воевода Святополка разъезжал по берегу и подзадоривал сторонников Ярослава, новгородцев, крича им: «Что пришли с хромцом этим?» Исследователи пришли к заключению, что Ярослав еще в грудном возрасте перенес гнойное поражение, приведшее к подвывиху правого тазобедренного сустава в раннем детстве, это, в свою очередь, задержало нормальное физическое развитие княжича примерно на два года. Затем Ярослав оправился и начал ходить, но уже в зрелом возрасте получил травму правого коленного сустава, и это сделало его хромцом на всю жизнь.
Медицинский анализ показал также, что рост Ярослава был 172 — 175 сантиметров, антропологи сделали также вывод о легкой возбудимости и быстрой раздражимости Ярослава. Это хорошо согласуется с тем образом Ярослава, который предстает перед нами в скандинавских источниках. В «Саге об Эймунде» князь показан очень осторожным, хитрым и коварным человеком (историк Е. А. Рыдзевская, видимо стремясь сгладить негативные черты, назвала эти качества «дипломатичностью» и «нерешительностью»), а в своде саг «Гнилая Кожа» — раздражительным, самолюбивым, резким в минуты гнева. С годами, возможно, эти качества усиливались, поскольку усиливался и физический недуг — хромота (с соответствующими изменениями костей ног, позвоночника и т. д.). Справедливо отмечал Д. Г. Рохлин, что неупоминание в летописях «пиров» Ярослава с дружиной напрямую могло зависеть от этого физического недостатка. Видимо, Ярослав не был «дружинным» князем, таким, как Владимир, и, может быть, в этом причина его обращения к церкви, к культуре, что обеспечило Ярославу благодарное почитание летописцев и в конечном итоге прозвание Мудрый.
Ярослав был женат, вероятно, дважды. От первого брака у него был сын Илья, который недолго был князем Новгорода (как старший сын великого князя киевского) и умер в детском возрасте в 1019/20 году. Второй раз Ярослав женился в 1019 году, о чем сохранилась запись в «Исландских анналах». Его женой стала Ингигерд, дочь шведского короля Олава Шетконунга (Грудного конунга). Брак укрепил международные позиции династии Рюриковичей. Ярослав в данном случае действовал вполне традиционно, будучи сам почти чистокровным скандинавом, он бывал в Швеции и неоднократно нанимал там варяжскую дружину. Сестра Ингигерд — Астрид в том же 1019 году вышла замуж за норвежского конунга Олава Святого из династии Инглингов, который начал христианизацию Норвегии и почитается в качестве христианского патрона скандинавских стран. В Новгороде среди живших там скандинавов был распространен культ св. Олава, а в самом городе существовала даже церковь Св. Олава. Ингигерд приняла в крещении имя Ирина. От нее у Ярослава было шесть сыновей и четыре дочери.