— Это все болота. — Меланхолично заметил усатый старик. — Они любят такое устраивать: человек, который бродит по болоту, еще жив, а его близкие не могут послать ему зов — так, словно он уже давно умер… Ну, все хорошо, что хорошо кончается. Я рад, что у вас все в порядке, а теперь я, с вашего позволения, откланяюсь. Я старый человек, и мне вредно подолгу сидеть на сырой земле… Пошли, Коппи. Проводишь меня по старой дружбе?
Сердитый гном энергично закивал.
— Может быть, мы вас подвезем? — Нерешительно предложил Нумминорих. Вы же не собираетесь идти пешком до самого Авалати?
— Не собираюсь. — Кивнул старик. — Но трястись в вашей телеге мне тоже не хочется. Не беспокойся за меня, мальчик: Коппи проведет меня Тайным Путем Гномов, а это — именно та прогулка, которая может пойти мне на пользу! Прощайте, ребята… И извините, что я назвал вас барышней, леди. Я не хотел вас обидеть.
— А я не обиделась. — Смущенно сказала Меламори. — Просто у меня есть глупая привычка защищаться даже тогда, когда на меня никто не нападает…
— Ничего, милая, в вашем возрасте еще все поправимо. — Добродушно утешил ее старик. Потом он исчез так внезапно, словно его вовсе никогда не было. Маленький человечек в меховом плаще тоже исчез. Я растерянно покрутил головой.
— Кто это был, Нумминорих?
— Это был сэр Тумата Бонти, шериф Авалати. — Задумчиво сказал Нумминорих. — В последнее время на моем пути то и дело попадаются удивительные существа, но этот старик — нечто особенное… Извини, Макс, но может быть ты сначала познакомишь меня со своей спутницей?
— Да уж, светскими манерами я никогда не отличался! — Виновато улыбнулся я. — Кстати, эта леди просто создана для того, чтобы пополнить коллекцию «удивительных существ», то и дело возникающих на твоем пути… Леди Меламори Блимм, Мастер Преследования Затаившихся и Бегущих. Заслуженные ветераны Тайного Сыска возвращаются в строй — что может быть лучше… Меламори, этот замечательный парень — сэр Нумминорих Кута, наш штатный нюхач и самый настоящий гений. Можешь себе представить, он уже научился гонять на амобилере почти так же лихо, как мы с тобой! До сих пор я был уверен, что в этом прекрасном Мире всего двое таких сумасшедших, а теперь нас трое.
— Да, это хорошая новость. — Уважительно кивнула она. Потом опустила глаза, критически оглядела клетчатый плед, с некоторой претензией на элегантность ниспадающий с ее плеч и смущенно рассмеялась.
— Ничего, что я в таком виде, сэр Нумминорих? Понимаете, вообще-то мой нынешний облик не может дать полного представления о моей обычной манере одеваться, просто на сей раз вышло так, что я легла спать на Арварохе, а потом проснулась на какой-то жуткой кочке в самом центре Гугландского болота, и сэр Макс был так любезен, что отдал мне свое старое одеяло: ему показалось, что элегантная простота этого силуэта как нельзя лучше соответствует ситуации…
— Вы замечательно выглядите, леди Меламори. — Галантно соврал Нумминорих. — Впрочем, в амобилере лежат наши дорожные сумки. Там полно чистых, сухих лоохи, так что вы можете переодеться, если ваш костюм вам уже приелся.
— Нет уж! — Решительно сказал я. — Такие грязные существа, как мы с этой леди, не имеют права даже прикасаться к хорошим вещам. Сначала мы доберемся до ближайшего населенного пункта и отмокнем в какой-нибудь ванне.
— Вообще-то мне ужасно хочется потерпеть до Ехо и заявиться в таком виде в дом своих родителей! — Мечтательно сказала Меламори. — Несколько секунд созерцать лицо моего папочки — что может быть лучше… Но столько я, пожалуй, не продержусь. Разве что, действительно — до ближайшего населенного пункта!
Потом она свернулась калачиком на заднем сидении амобилера, запустив пальцы в мохнатый загривок пристроившегося рядом Друппи, и уснула прежде, чем мы отправились в путь.
— Садись за рычаг, ладно? — Попросил я Нумминориха. — Возница из меня сейчас тот еще: я не спал трое суток, или еще больше… А кстати, сколько меня не было?
— Ровно трое суток, так что все правильно. Мы с тобой расстались на рассвете, три дня назад… Ох, Макс, эти три дня были не самым лучшим периодом в моей жизни! Я проклинал все на свете, говорил себе, что был обязан отправиться с тобой, несмотря на все твои дурацкие приказы… Ну, ты сам наверное знаешь, как бывает в таких случаях!
— Знаю. — Виновато улыбнулся я. — Моему свинству есть только одно оправдание: это было совершенно мистическое свинство! Я и сам не знаю, как меня угораздило застрять в этом грешном болоте и ни разу не вспомнить, что где-то есть Мир, в котором живут люди, и эти самые люди ужасно беспокоятся по поводу моего отсутствия… Если честно, у меня пока нет никаких разумных объяснений этого прискорбного феномена!
— До задницы мне твои объяснения. — Фыркнул он. — Главное, что ты все-таки нашелся… — Он немного замялся и шепотом спросил: — А эта леди она-то откуда взялась?
— Меламори сказала тебе чистую правду. — Я растерянно пожал плечами. Она действительно легла спать на земле Арвароха, а проснулась на мокрой кочке, рядом со мной… Во всяком случае, эти факты не вызывают сомнения. Все остальное относится к области смутных догадок, которые я сейчас и сформулировать-то толком не смогу. Может быть, когда-нибудь потом, когда я стану старым и мудрым…
— Ладно, я подожду. — Великодушно согласился Нумминорих.
— Лучше расскажи мне, как вы меня нашли. — Попросил я, откидываясь на мягкую спинку сидения и закрывая глаза. — И что это за замечательный дедушка — шериф Авалати? Что мне сейчас требуется, так это хорошая сказка на ночь!
— Сделаем. — Кивнул Нумминорих. — Что касается этого, как ты выражаешься, «дедушки»… Когда пошли вторые сутки твоего отсутствия, я понял, что рехнусь, если срочно что-нибудь не предприму. Я отправил зов сэру Джуффину, и он сказал, что мне очень повезло, что я нахожусь именно в Авалати, а не где-то еще, и что я должен немедленно отправиться к старому шерифу Бонти и попросить его о помощи. Сэр Джуффин утверждал, что он очень могущественный человек… Можешь себе представить мое разочарование, когда я разыскал дом шерифа — он показался мне не просто пустым, а вовсе необитаемым! Я обыскал дом и наконец добрался до чердака, где и обнаружил этого старика, который мирно дремал в гамаке… Я будил его часа полтора, четное слово!
— Сразу видно могущественного человека! — Фыркнул я.
— Да, но тогда мне было не до смеха. — Вздохнул Нумминорих. — Потом этот тип все-таки проснулся и заявил, что у него есть твердый жизненный принцип: не заниматься делами до завтрака, и еще один принцип, такой же твердый всегда готовить завтрак самому. Я был готов завыть, но он послал меня во двор за дровами, и я пошел. А что мне оставалось делать? Потом сэр Бонти чуть ли не час разводил огонь. Я настойчиво предлагал ему свои спички, но он сказал, что в его возрасте нельзя есть что попало. Дескать, его завтрак должен быть приготовлен на «живом огне», а «живой огонь» от спички не зажжешь… Наконец, он справился с огнем и начал варить какую-то жуткую черную кашу — старик утверждал, что она очень полезна для его потрепанной временем телесной оболочки, но мне и смотреть-то было страшно на этот деликатес… По-моему, на приготовление каши ушло часа два, а уж мне они показались настоящей вечностью! Ел он тоже ужасно медленно, зато съел полный горшок своего диетического месива. И только после этого священнодейства сэр шериф соизволил меня выслушать. Я сказал ему, что ты поехал куда-то на болота и пропал. Он важно покивал и заметил, что это совершенно нормально: дескать, на этих грешных болотах то и дело кто-нибудь пропадает. Я был готов начать биться головой о стенку, но тут сэр Бонти внезапно улыбнулся, заявил, что нет проблем, и велел мне отвезти его туда, куда он скажет. Мы полдня колесили по лесу, наконец он выбрал эту полянку, вылез из амобилера, тихонько свистнул несколько раз — знаешь, такая странная мелодия: вроде простенькая, а запомнить невозможно! — сел на кучу сухих листьев, закурил трубку и сказал, что теперь надо просто ждать: рано, или поздно что-нибудь случится. К тому моменту я уже совсем потерял голову, но он меня как-то успокоил — просто посмотрел на меня, и я перестал нервничать, представляешь?