Здесь четыре войны — две мировые, Гражданская и Советско-финляндская — оставили свой неизгладимый след. Участники сражений на этой земле говорили, что, может быть, самым тяжелым фактором были морозы и невозможность вырыть окоп в скалистом грунте.
После подписания с Финляндией соглашения о перемирии встал вопрос об освобождении Заполярья от фашистов. Командование Карельского фронта спланировало Петсамо-Киркенесскую операцию, названную по имени населенных пунктов, на которые были нацелены главные удары советских войск, — Петсамо и Киркенес.
Планом предусматривалось нанести силами 14-й армии главный удар из района озера Чапр по правому флангу 19-го немецкого корпуса «Норвегия» в направлении на Луостари — Петсамо. Учитывалось, что гитлеровцы держали здесь оборону три года и создали прочные позиции с железобетонными сооружениями на отдельных участках. Особенно сильной оборона была на подступах к Петсамо, Луостари, Никелю. Немецко-фашистское командование использовало здесь труднодоступные реки — Бол, Лица, Титовка, Печенга, многочисленные озера, приспособило к бою крутые скаты холмов.
Наиболее прочные укрепления в центре обороны противника занимала 2-я горнострелковая дивизия. Ее войска были своеобразным заслоном перед Луостари и Петсамо. В случае разгрома этой дивизии, на которую как бы опирались все остальные силы немецкой обороны, открывалась дорога к названным населенным пунктам.
Мерецков, правильно оценив роль 2-й горнострелковой дивизии противника, решил острие наступления направить именно против нее. Ставилась задача: прорвать оборону на узком участке фронта к югу от озера Чапр, развить успех на всю глубину оперативного построения противника и овладеть Петсамо. На остальном фронте в период прорыва предполагалось обороняться силами одной стрелковой дивизии и одной мотострелковой бригады. Вместе с тем командующий предусмотрел обход открытого южного фланга вражеской обороны, выделив для этого 126-й и 127-й легкие стрелковые корпуса. Один из них, 127-й, должен был выйти в район Салмиярви (с большим отрывом от главных сил), чтобы изолировать немецкий гарнизон в районе Никеля от путей отхода в Норвегию. Затем Мерецков намеревался главными силами повернуть на северо-восток и разгромить оборону фашистских войск по реке Титовке. На участке прорыва создавалась артиллерийская плотность в 160—170 орудий и минометов на километр фронта, одновременно обеспечивалось значительное превосходство сил в воздухе.
Мерецков доложил свои соображения Ставке. Она рассмотрела предложенный Военным советом фронта план операции и в основном согласилась с ним. Однако сделала ряд поправок, которые касались прежде всего взаимодействия 14-й армии с Северным флотом. Последний мог выделить в период прорыва обороны противника значительные в той обстановке десантные силы и средства в районе полуострова Средний, а в ходе операции — и для действий в различных пунктах морского побережья.
Адмиралу Головко было приказано организовать наступление бригад морской пехоты с указанного полуострова в южном направлении. Удары морпехов нацеливались прямо в тыл обороны гитлеровцев по реке Титовке и при активном проведении должны были дезорганизовать ее во взаимодействии с фронтальными ударами выделенных для этого небольших сил 14-й армии.
Ставка указала фронту «не распылять сил для действий на северо-восток вдоль реки Титовка» и потребовала главные усилия направить на быстрейшее овладение Петсамо. Что же касается 127-го легкого стрелкового корпуса, то было приказано не выдвигать его далеко вперед на Салмиярви с рискованным отрывом от главных сил, а двигать уступом за левым флангом наступательной группы войск.
В 8 часов утра 7 октября войска 14-й армии Карельского фронта при поддержке соединений и частей Северного флота и 7-й воздушной армии начали операцию.
Первый этап боев за освобождение Заполярья (7—15 октября) проходил в соответствии с намеченным планом. За это время войска 14-й армии преодолели два водных рубежа (на Западной Лице и Титовке) и при поддержке флота вышли к Петсамо. Они продвинулись вперед на 60—65 километров.
Второй этап (18—22 октября) наступления начался после небольшой (три дня) паузы, во время которой командование фронта подтянуло войска второго эшелона и тылы, организовало вывоз раненых, скоординировало дальнейшие действия с авиацией и флотом. На этом этапе боев активно действовали летчики 7-й воздушной армии и Северного флота. Враг, разбитый у Петсамо, отошел на заранее подготовленные позиции. Несмотря на отступление, сил у гитлеровцев имелось немало, к тому же они получили подкрепление из Северной Финляндии и Норвегии и не испытывали недостатка в вооружении. В районе никелевых рудников и в непосредственной близости от норвежской границы завязались ожесточенные бои, в ходе которых 22 октября был взят поселок Никель. Пятидневное сражение завершилось отходом немецких войск к Киркенесу. За это время советские войска продвинулись еще на 25—35 километров.
Третий этап (22—31 октября) Петсамо-Киркенесской операции — это бои за освобождение норвежской территории (губернии) Финнмарк. Многочисленные немецкие батареи вели массированный огонь по наступавшим советским войскам. Фашисты стремились с минимальными потерями отвести свои части. 25 октября подразделения 14-й стрелковой дивизии вступили в Киркенес.
Лапландской горной армии вермахта, несмотря на немалый состав живой силы и вооружения, не удалось сдержать натиск бойцов Карельского фронта. Побросав артиллерию и транспорт, взорвав все, что можно было взорвать, немецкие войска бежали. Командующий армией генерал-полковник Лотар Рендулич с остатками сохранивших организованность частей ушел на юг Норвегии.
За 23 дня боев был разгромлен германский 19-й горно-егерский корпус генерала Йодля, полностью освобождено Советское Заполярье и восточная часть северной норвежской провинции Финнмарк.
На Военном совете фронта было принято решение завершить операцию. Войска получили приказ прекратить боевые действия. 29 октября Мерецков связался со Ставкой и доложил об этом решении. «Хорошо, — ответил ему подошедший к телефону Сталин, — мы обсудим ваше предложение. Вы же разберитесь во всем основательно, подумайте о возможных деталях еще раз и вечером доложите окончательно».
Комфронта, его заместитель Фролов, командарм Щербаков собрались на командном пункте 14-й армии, еще раз всесторонне изучили ситуацию. Все говорило о том, что дальнейшее продвижение в военном отношении бесперспективно. Кирилл Афанасьевич был готов доложить Верховному, что Военный совет подтверждает свое решение, но тот своим звонком опередил его.
— Мы согласны с решением Карельского фронта, — сказал Сталин. — Дальше в глубь норвежской территории не продвигаться! До получения указаний об использовании войск фронта надежно прикройте основные направления на достигнутых рубежах и создайте сильные резервы, а сами выезжайте в Ставку.
Петсамо-Киркенесская операция закончилась блестяще и привела к установлению мира на Крайнем Севере. Газета «Правда» в те дни писала: «Героическая защита Заполярья войдет в историю нашего народа как одна из самых ярких, самых запоминающихся страниц…»
Москва трижды салютовала в честь воинов Заполярья: 15 октября, после освобождения Петсамо (Печенги); 25 октября, когда войска Карельского фронта пересекли государственную границу Норвегии и затем овладели Киркенесом; 1 ноября, когда полностью была очищена от немецко-фашистских захватчиков Печенгская область. В ознаменование одержанных побед и в память о героической обороне Заполярья в 1941—1944 годах Президиум Верховного Совета СССР учредил медаль «За оборону Советского Заполярья».
По достоинству — высшее звание
Эту радостную новость Кириллу Афанасьевичу «по секрету» сообщил маршал Василевский, позвонивший рано утром в четверг 26 октября. Днем о ней сообщило всесоюзное радио, а 27 октября она, так сказать официально, пришла на Карельский фронт с газетами из Москвы. На их первых страницах был помещен Указ Президиума Верховного Совета СССР и портрет К.А. Мерецкова в погонах еще генерала армии.