Удивительна психология русского человека! Кутузов сдал Москву и тут же преспокойно «давал наставления» мужикам. Барклай спас армию, но «…во время проезда его через Калугу толпа выбила стекла в его карете и кричала: "Смотрите, вот едет изменник!"» [1057]Почему?!
Михаил Илларионович выполнял свой тайный план, Михаил Богданович, взяв по болезни отпуск, уехал в свое имение, а Михаил Андреевич продолжал руководить арьергардом, и легче ему ничуть не стало.
«Армия наша совершенно спокойно дошла до селения Красной Пахры, но, нашедши позицию неудобной, следовала далее на Вороново и далее до Тарутина. Арьергард расположился в селе Красной Пахре, наблюдаемый до того весьма слабым, ничего не предпринимавшим неприятелем, и потому довольно оплошно размещены были передовые наши посты. Не были высылаемы разъезды. Недалеко от лагеря, отделенного непроходимым оврагом, находился прекрасный господский дом с обширным садом…» [1058]
«Господский дом был впереди лагеря. Удобность жилья и отдаленность неприятеля побудили Милорадовича расположиться в доме. Два полка башкирские «les amours du Nord» [1059], как называли их французы, находились далеко впереди дома этого по направлению вправо, откуда должно было ожидать появления неприятеля. Милорадович считал себя обеспеченным. Однажды утром, когда он еще не был одет, он видит из окна французских уланов, разъезжающих позади низкой каменной ограды, окружавшей сад. Адъютант Юнкер бросился пеший с частью эскорта занять неприятеля, между тем как другие седлают лошадей. Французы в недоумении медлят атакой. Тем временем Милорадович со всем штабом и эскортом спасаются. Амуры неизвестно куда улетели, не дав даже выстрела.
Неприятель начал большими силами теснить арьергард, который отошел на один марш, между тем как отступила несколько еще и главная армия» [1060].
Все обошлось, хотя Милорадович проявил удивительное легкомыслие.
«Армия, отошед от города 15 верст, остановилась и пребыла в сем положении трое суток. Между тем на аванпостах происходили малые сшибки, и обозы беспрестанно тянулись на Боровской перевоз. Посем отошли к селу Кулакову, переправясь через Москву-реку на Боровском перевозе» [1061].
«Тотчас после прохода через Москву генерал Милорадович покинул арьергард, командование которым перешло к генералу Раевскому; состав арьергарда тоже подвергся изменению, вследствие чего автор вернулся в распоряжение главной квартиры», — пишет Карл Клаузевиц [1062].
Покинул арьергард и прапорщик Щербинин. «На рассвете 4 сентября изготовил Милорадович рапорт князю Кутузову о положении дел в арьергарде. Я вызвался везти его. Мне становилась нестерпима временная командировка моя. Целую неделю я питался только чаем. У Милорадовича стола не было. Его наперерыв откармливали Сипягин и Потемкин…» [1063]
Как раз в эти дни произошел следующий романтический эпизод: «Во время опустошения неприятелем окрестностей Москвы генерал Милорадович узнал, что вблизи находится деревня графини Анны Алексеевны Орловой-Чесменской [1064]. Чувствуя уважение к славному герою века Екатерины II, Милорадович закрывал совершенно войсками своими деревни ее, спас от разорения мирных обывателей и не допустил врага попрать могилу знаменитого победителя. Признательная дочь принесла герою достойную благодарность, подарив драгоценную саблю, подаренную Великой Екатериной отцу ее, графу Алексею Григорьевичу, за истребление турецкого флота при Чесме» [1065].
Однако сабля была подарена позднее, и мы о том расскажем в свое время.
«Отдача Москвы французам поразила умы. Солдаты предались унынию. В самом деле, странно, каким образом, после столь постыдного, три месяца длившегося отступления, столицей Вашей овладел доведенный до крайности неприятель… Генералы в бешенстве, а офицеры громко говорят, что стыдно носить мундир. Солдаты уже не составляют армии. Это орда разбойников, и они грабят на глазах своего начальства… Расстреливать невозможно: нельзя же казнить смертью по несколько тысяч человек на день? Всюду каверзы. Беннигсен добивается главного начальства. Он только и делает, что отыскивает позиции в то время, когда армия в походе. Он хвастает тем, что один говорил против оставления Москвы, и хочет выпустить о том печатную реляцию… Князя Кутузова больше нет — никто его не видит; он все лежит и много спит. Солдат презирает его и ненавидит его…» — так описывал происходящее граф Ростопчин в своем письме императору [1066].
Глава седьмая.
«DU SUBLIME AU RIDICULE…»
Император Наполеон в то время еще не уразумел, а потому и не сказал знаменитое свое «Du sublime au ridicule il n'y a qu'un pas» [1067], однако жизнь чередовала события именно таким образом. После трагической сдачи Москвы последовало одно из самых оригинальных приключений Милорадовича — оно не только стало известным России и Европе, но и вошло в историю 1812 года.
Ожидая начала переговоров, французы не оставляли русскую армию в покое, и она постоянно находилась в боевом соприкосновении с противником. Говоря, что Милорадович покинул арьергард, Клаузевиц не совсем точен: достаточно многочисленный замыкающий отряд был разделен пополам, и Михаил Андреевич оставался его главным командиром. Под его началом собралась когорта замечательных генералов.
«Пехотой арьергарда командовал принц Евгений Виртембергский, деливший с солдатами труды военные, и столь же уважаемый за свою блистательную храбрость, сколько любимый за кротость в обращении. Имея в предмете одну службу и исполнение обязанностей, он, казалось, вовсе не помнил о своем высоком роде» [1068].
«После Бородинского сражения Корф [1069]с предводимыми им войсками поступил в арьергард Милорадовича и командовал всею его конницей до прибытия Кутузова в Тарутино… Корф имел несколько блистательных дел с французами» [1070].
«Костенецкий [1071]был усердным помощником Милорадовича в арьергардных делах от Можайска до вступления русской армии в Тарутинский лагерь» [1072].
«Редкий день проходил в отряде Милорадовича без боя и самого деятельного участия Потемкина в огне. Самым усердным помощником Милорадовича являлся всюду Потемкин, и когда войска арьергарда по ночам покоились, он бодрствовал, занимаясь с Милорадовичем, не знавшим сна и покоя, распоряжениями к наступавшему дню… Везде войско видело Потемкина впереди, везде ревностным исполнителем повелений Милорадовича, бывшего повелителем храбрейших» [1073].
Так писал историк и участник событий. Но это — только первые лица, а ведь были еще и командиры дивизий, командиры бригад, шефы полков…
Приказание от 4 сентября 1812 года: «Имею честь донести, что его светлость, определив завтра с армией следовать фланговым маршем, не может согласиться, чтобы весь арьергард перешел на сей берег реки, ибо неприятель без затруднения откроет движение наше и тем предприимчивее действовать будет, дабы, отвлекая в подкрепление арьергарда, умедлить скорость движения. Его светлость предлагает, буде необходимо не нужно будет оставаться всем войскам на той стороне, 8-й корпус переправить за реку, а войскам, собственно арьергарды составляющим, остаться на том берегу и сколько можно долее… Армия прежде 6 часов не сойдет с лагеря так, чтобы не приметно было ее движение, а потому и присутствие неприятеля должно быть елико возможно до некоторого времени удалено…
1057
В тылу армии // Калужская губерния в 1812 году. Обзор события и сборник документов / Сост. В.И. Ассонов. Калуга, 1912. с. 27.
1058
Ермолов А.П.Записки А.П. Ермолова. 1798—1826. с. 208.
1059
«Северные амуры» — так называли французы башкирских кавалеристов, вооруженных луками со стрелами.
1060
Щербинин А.А.Записки Щербинина // 1812 год в дневниках, записках и воспоминаниях современников. с. 32—33.
1061
Из письма с. Мизина // Изгнание Наполеона из Москвы. с. 30.
1062
Клаузевиц К.1812 год. М., 1937. с. 118.
1063
Щербинин А.А.Записки Щербинина // 1812 год в дневниках, записках и воспоминаниях современников. с. 29.
1064
Орлова-Чесменская Анна Алексеевна, графиня(1785—1848) — камер-фрейлина, дочь А.Г. Орлова. Осталась после смерти отца наследницей многомиллионного состояния. Предполагала вступить в брак с графом Н.М. Каменским, но, разочаровавшись в нем, стала искать утешения в религии. Ее религиозное настроение усилилось под влиянием духовника, монаха Александро-Невской лавры, известного архимандрита Фотия. Своих крепостных она частью перевела в вольные хлебопашцы, часть передала в удельное ведомство, где быт крестьян считала лучше обеспеченным.
1065
Анекдоты и черты из жизни графа Милорадовича… с. 35.
1066
Шишов А.Н.Указ. соч. с. 377-378.
1067
От великого до смешного только шаг (фр.).
1068
Михайловский-Данилевский А.И.Описание войны 1813 года. 4.1. СПб., 1840. с. 177.
1069
Корф Федор Карлович, барон(1774—1823) — генерал-лейтенант, генерал-адъютант. Участник подавления Польского восстания 1794 года. Отличился при штурме предместья Варшавы — Праги. В 1800—1814 годах — шеф Псковского драгунского полка. В 1806 году отличился в сражениях при Голымине и Прейсиш-Эйлау. С апреля 1812 года — командир 2-го кавалерийского корпуса. В начале Отечественной войны 1812 года командовал арьергардом 1-й Западной армии. Во время Бородинского сражения руководил действиями двух кавалерийских корпусов. Во время Заграничных походов 1813—1814 годов сражался при Пределе, Рохлице, Вальдгейме, Герлице, Гольдберге, Кацбахе и Лейпциге. В сражении при Левенберге (1813) захватил 3,5 тысячи пленных, 16 орудий и 2 знамени. С 1815 года командовал 2-й драгунской дивизией, а с 1816-го — 2-м резервным кавалерийским корпусом.
1070
Михайловский-Данилевский А.И.Император Александр I… // Военная галерея Зимнего дворца. т. 2.
1071
Костенецкий Василий Григорьевич(1769—1831) — генерал-лейтенант. Отличился при штурме Очакова (1788), в Аустерлицком сражении (1805). В 1807 году сражался при Гейльсберге и Фридланде. С июня 1812 года командовал артиллерией 6-го пехотного корпуса. Отличился в Смоленском сражении. После гибели генерала А.И. Кутайсова принял командование над артиллерией русской армии. Командовал артиллерией в сражениях при Тарутине, Малоярославце, Красном. В Заграничных походах 1813—1814 годов командовал артиллерией отряда генерала Ф.Ф. Винцингероде, 4-го, 7-го и Гвардейского корпусов, левого фланга 1-й армии. Отличился во многих сражениях. С 1814 года — командующий артиллерией 3-го корпуса, с которым в 1815 году вновь совершил поход во Францию. С 1817 по 1819 год — начальник артиллерии 4-го корпуса.
1072
Там же. т. 1.
1073
Там же.