Что я творю? Этот вопрос внезапно заменило мой казавшийся простым вопрос, где проводить зимние каникулы. А нельзя мне просто вернуться к беспокойству на счет этого?
Я легла на диван, чтобы все обдумать… и не проснулась, пока не настало время ловить автобус на работу. Упс, а я-то надеялась сходить на учебу. Мне нужно было быть более осторожной, или я упущу свою драгоценную стипендию. К счастью, я все еще успешно справлялась с уроками, даже если моя посещаемость оставляла желать лучшего.
Дженни отвела меня в сторону, когда я чуть позже пришла в «Пита».
— Так что у вас с Келланом…?
Я улыбнулась и смахнула внезапные слезы. Он не вернулся домой вовремя, чтобы подвезти меня на работу, и я уже скучала по нему.
— Он любит меня, Дженни… сильно.
До глубины души. До глубины, которую «он никогда ни к кому не испытывал». Эта мысль приводила меня в восторг.
Она обняла меня.
— Я рада, что он сказал тебе… ты должна знать правду. И принимать обоснованное решение.
Я отодвинулась и с ужасом посмотрела на нее.
— Что мне делать? Я люблю Денни. Я не могу ранить его. Но и Келлана тоже. Я не знаю, что делать.
Она вздохнула и похлопала меня по ладошке.
— Не могу сказать, Кира. Ты должна сама с этим разобраться. — Она оглянулась на какого-то клиента, садящегося в ее секции, и сделала шаг в его сторону, прежде чем остановиться и посмотреть на меня. — Но ты все равно должна сделать выбор. — Она успокаивающе улыбнулась и погладила меня по спине, уходя.
Келлан не приехал в ту ночь. Он не вернулся домой. Вот тогда-то меня и охватило волнение. Когда то же повторилось на следующую ночь, пришла паника. Когда то же повторилось на третью ночь, я впала в отчаяние.
Четыре болезненно долгих дня прошли без его следа…
Каждое утро я спускалась вниз, ожидая найти за столом Кела, безупречно выглядящего и попивающего кофе, приветствующего меня с сексуальной полуулыбкой и «Добрым утром». Но каждое утро его там не было, и слезы наполняли мои глаза из-за его отсутствия. Перед университетом я захватила футболку с его группой (которую так и не носила) и прижала к себе, вдыхая его запах и гадая, где он был, что делал. Каждую рабочую ночь я терпеливо ждала, чтобы группа завалилась внутрь, и каждую ночь Мэтт и Гриффин заходили со спорами на какую-то тему, но всегда без Келлана. Ночью я вставала, как только Денни засыпал, и лежала на пустующей кровати Кела, вцепившись в подушку парня.
Во мне разгоралась паника. Он уехал? Это было его решением проблемы? Просто сбежать из города без меня? Я даже не могла спросить у ребят, куда он пропал. Рядом с ними я не могла сформулировать и слова, а они никогда не упоминали его… ни разу. Я чувствовала себя пустой без него.
Каждый день я все больше и больше впадала в меланхолическую депрессию. Я была прохладной с Денни. Он пытался поднять мне настроение, но ничего не срабатывало. Он пытался разговорить меня, но не срабатывало. Он пытался поцеловать меня, но я отворачивалась после короткого, вынужденного чмока. В итоге мое настроение передалось ему, и он перестал пытаться угодить мне. Денни никогда напрямую не спрашивал, почему я такая… ни разу. Будто он боялся спрашивать, что было хорошо, потому что я боялась его вопроса.
Было тоскливое пятничное утро, когда я угрюмо поцеловала Денни на прощание. Поцелуй был автоматическим и не скрывал за собой чувств. Он грустно посмотрел на меня и сглотнул. Я напряглась, ожидая вопросов, которые убьют меня.
— Кира… я… я люблю тебя. — Он нежно пробежался пальцем по моей щеке, и я заметила блеск в его глазах. Я знала, что он чувствует наше отдаление, как и я.
— Я тоже люблю тебя, Денни, — прошептала я, моля свои глаза не наворачиваться слезами. Он наклонился и ласково поцеловал меня, водя пальцами по моим волосам.
Я поднесла руки к его подбородку, пытаясь игнорировать разочарование, что на его была легкая щетина, а не гладкая кожа, как у Келлана. Я провела ладонью по его волосам, пытаясь не думать, что его были короче, и я не могла вцепиться в них, как в волосы Кела. Я сделала наш поцелуй более напряженным, желая, чтобы мое дыхание ускорилось, желая, чтобы его губы, такие непохожие на Келлана, возбудили меня, желая возвращения нашей былой страсти. Но нет.
Через мгновение он отодвинулся, его дыхание было таким же медленным и спокойным, как у меня.
— Мне нужно идти… прости. — Его печальные глаза еще с секунду смотрели на меня, а затем он развернулся и ушел. Я не могла сдержать парочку слезинок, стекающих по моим щекам. Было ли для нас уже слишком поздно?
Келлан отсутствовал так долго, а моя нужда в нем была столь велика, мое горе таким сильным, что казалось, будто мне врезали по животу. Я знала, что это чувство было сильным. Что оно выдавливало жизнь из наших с Денни отношений. Лишь не знала, как это остановить. Он просто уехал… исчез. У меня не было времени подготовиться, сказать финальное «прощай»… ни положить этому конец. Это меня убивало.
Я угрюмо поднялась наверх в ванную, чтобы приготовиться к университету. Моему миру, может, и пришел конец, но жизнь усердно продолжалась. Я оделась. Расчесалась. Накрасилась. Сделала все, что от меня ожидалась, чтобы нормально выглядеть для нормального учебного дня… и ненавидела каждую его секунду. Я хотела свернуться на кровати и плакать часами. Плакать из-за исчезновения Кела. Плакать из-за того, что стало с нами с Денни. Я громко выдохнула и подавила подступающие слезы.
«Да, он уехал… смирись», — ругала я себя. У него было на то право. В конце концов, станет легче. Может Денни никогда не спросит… если Келлан никогда не вернется.
Я медленно открыла дверь с этой болезненной мыслью в своей голове, а затем перестала дышать. Келлан как раз поднимался по лестнице, глаза устремлены в пол. Он поднял взгляд, когда услышал хлопок двери, и медленно улыбнулся своей останавливающей сердце полуулыбкой. Выглядел он захватывающе. Почти неделя без встреч с ним смягчила мою память о том, каким прекрасным он был. Его волосы, вьющиеся и дикие, молили, чтобы мои пальцы пробежались по ним. Та привлекательность, с которой рубашка обтягивала его тело, была открытым приглашением для моих губ, а его полные губы, изогнутые в улыбке, все еще перехватывали мое дыхание. Но восхитительнее всего были его синие глаза, светящиеся любовью и обожанием… ко мне.
— Доброе утро, — тихо сказал он свое стандартное приветствие.
Я подбежала к нему в тот же момент, как он начал идти ко мне, и закинула руки ему на шею. Я закопалась головой в изгиб его шеи и позволила слезам, которые я сдерживала, покатиться.
— Я думала, ты ушел. — Удалось мне выговорить сквозь всхлипы, пока он крепко прижимал меня к себе. — Думала, что никогда не увижу тебя снова.
Кел гладил мою спину, пока я плакала.
— Прости, Кира. Я не хотел расстраивать тебя. Мне нужно было… позаботиться о кое-чем, — успокаивающе прошептал он.
Отодвигаясь, я стукнула его по груди.
— Никогда больше так не делай! — Он улыбнулся и прижал ладонь к моей щеке. — Не бросай меня так… — Я оставила фразу незаконченной и посмотрела на его внезапно печальные глаза.
— Я бы не стал, Кира. Я бы не… исчез, — тихо сказал он, поглаживая мою щеку.
Не думая о последствиях, я выпалила то, что сдерживала так долго.
— Я люблю тебя.
Его глаза мгновенно стали влажными. Он закрыл их и по его щекам потекли слезы. Я смахнула их кончиками пальцев. Наверное, он никогда и ни от кого не слышал этих слов… сказанных искренне. А я была искренна. Каждой частичкой своей души.
— Я так сильно люблю тебя…
Он открыл глаза, еще больше слез покатилось вниз.
— Спасибо. Ты понятия не имеешь, как сильно я хотел… Как долго ждал…
Он не смог закончить мысль, поскольку я наклонилась и ласково поцеловала его. Он немедленно ответил на поцелуй, поднимая вторую руку к моей другой щеке. Все еще нежно целуя, я осторожно потащила его в спальню. Наши губы едва останавливались, пока мы, молча, раздевали друг друга. Когда я стала перед ним голая, он отодвинулся, чтобы посмотреть на меня, его глаза наполнились теплотой и любовью.