Установив, что инициация является "воплощением" истинного духа древней традиции, что только она позволяет добиваться "сверхъестественного" состояния, Рене Генон выявил существование псевдоинициации и даже контринициации.
Псевдоинициация - это "запасной путь", который не связан с подлинной традицией. В качестве примеров псевдоинициации Генон приводит психоанализ, неоспиритуализм и спиритизм. Все эти отклонения он подвергает суровой критике:
"Псевдоинициация - на самом деле всего лишь один из результатов состояния беспорядка и сумбура, вызванного "сатанинским" действием, сознательной точкой отсчета которого является контринициация".
По Рене Генону, контринициация является не только противопоставлением подлинной инициации, но и чем-то совершенно реальным. Она по-обезьяньи копирует инициацию, хотя ее настоящая цель заключается не в имитации, а в противопоставлении. Контринициация начинается с отклонения, затем ведет к ниспровержению и к "концу света", что может быть понято как в переносном, так и в прямом смысле.
"Сатана, являясь обезьяной Бога, действует таким образом, что беспорядок принимает видимость лжепорядка и скрывает отрицание любого принципа утверждением лжепринципа".
Рене Генон отмечает также извращенную роль медиумов, которые служат невольным и пассивным орудием, а то и поддержкой разлагающих сил. Они способствуют духовному извращению, что приводит к печальным последствиям.
Прошедший контринициацию буквально вовлечен в адский водоворот, из которого не может выбраться, опускаясь все ниже, до самого "ада". Ища чувственных результатов, человек отказывается от всего духовного, оно становится ему недоступно; в результате личность приходит к отрицанию всего сущего, а затем и к ненависти.
Выводы, сделанные Рене Геноном, дают ключ к пониманию нацистской доктрины:
"Всегда следует опасаться любого обращения к "подсознательному", к "инстинкту", к "интуиции". Нужно опасаться того, что человек растворится в своеобразном "космическом сознании", исключающем любую трансцендентальность.
Несчастные, пошедшие по этому фатальному пути, принимают за полноту жизни то, что на самом деле является царством мертвых и свидетельствует о необратимом распаде".
Рене Генон верил в "расширенную" версию истории человеческой цивилизации. В своих работах он постоянно обращается к преданиям об Атлантиде, Гиперборее и Туле, уточняя и дополняя предыдущих авторов, вступая с некоторыми из них в полемику. При прочтении этих мест в трудах Генона может даже сложиться впечатление, будто бы французский эзотерик сам присутствовал при рождении, расцвете и окончательном падении таинственных цивилизаций древности - настолько придирчив он в мелочах.
Вот, в качестве примера, его откровения по поводу доисторической географии и астрономии:
"…Атлантический город Тула - название которого сохранилось в традициях центральной Америки, куда его принесли племена тольтеков, - был центром духовной сакральной власти атлантической традиции и представлял собой как бы эманацию полярного и собственно гиперборейского Туле. Так как слово "Тула" изначально означало "весы", двойное применение этого названия (к центру гиперборейскому и к центру атлантическому) находится в тесной связи с переносом древнего наименования полярного созвездия Большой Медведицы (общеизвестно, что изначальным именем созвездия Большой Медведицы в Традиции было "Весы") на зодиакальный знак, который и сегодня еще известен под "именем" Весы. Именно к периоду атлантической традиции следует также отнести перемещение "Сапта-рикша" (символической обители Семи Мудрецов, Риши) с Большой Медведицы в созвездие Плеяд, т.е. в созвездие, также образованное семью звездами, но только расположенное на поясе Зодиака. Последние сомнения в оправданности такой датировки и такой географической специфики переноса этих названий на иные объекты звездного неба полностью рассеются, если принять во внимание то, что Плеяды считались дочерьми Атласа и в качестве таковых назывались "Атлантидами".
Генон полагал, что история гибели Атлантиды также была повествованием об исчезновении древней традиционной цивилизации, пришедшей в упадок, но он считает, что от этой цивилизации сохранились не только позитивные ортодоксальные следы в египетской, халдейской и семитской сакральности, но и определенные контринициатические "останки". Как бы то ни было, предыстория "кризиса современного мира", беспокоящего Генона, уходит в далекие тысячелетия, и именно там следует искать первые контринициатические зародыши сложившегося к XX веку положения вещей.
Рене Генон был очень увлечен книгой Оссендовского "Звери, люди и боги", о ней я упоминал выше в связи с бароном Унгерном-Штернбергом, жизнеописанию которого эта книга собственно и посвящена. Рене Генон решил дать свой комментарий к некоторым тезисам этой книги. Объединяя доктрины, отстаиваемые Унгерном в версии Оссендовского, с конспирологическими изысканиями Сент-Ива де Альвейдра, Генон приходит к видению мира, подчиненного взаимодействию полюсов. По этой причине важнейшим для него становится "полярный" символ - свастика:
"Одной из самых поразительных фигур, концентрированно выражающих только что изложенные идеи, является свастика, которая по сути своей есть "знак Полюса"… Тщетно пытались объяснить этот символ с помощью самых фантастических теорий, доходили до того, что видели в нем схему первобытного приспособления для добывания огня. В действительности же, если он и имеет иногда некоторое отношение к огню, то совсем по другим причинам. Чаще же всего свастику употребляли как "солярный" знак, каковым она могла становиться только случайно и косвенно; мы могли бы повторить здесь то, что уже говорили выше по поводу колеса и точки в центре круга. Ближе всего к истине подходили те, кто рассматривал свастику как символ движения, но и такое истолкование еще недостаточно, так как речь идет не о любом движении, но о вращательном движении, совершаемом вокруг центра или неподвижной оси. И вот именно неподвижная точка является самым существенным элементом, с которым непосредственно соотносится рассматриваемый символ. Все остальные значения, которыми обладает то же изображение, производны от этого: Центр всему сообщает движение, а так как движение олицетворяет жизнь, свастика тем самым становится символом жизни или, точнее, животворности Принципа в его отношении к космическому порядку".
Рене Генон - один из наиболее неоднозначных авторов в оккультизме XX века, однако за всей этой неоднозначностью пропагандируется уверенность в том, что демократия и естествознание являются извращением разума, а иерархическое управление и "эзотерический опыт" остаются наиболее верными методами стимуляции прогресса.
***
Книги Рене Генона переведены на многие языки мира. Первые переводы обычно делали последователи французского эзотерика. Так, на итальянский язык Генона переводил барон Юлиус Эвола. Этот человек, бывший учеником и другом Генона, прославился как эзотерик, предпринявший колоссальные усилия в деле применения метафизических принципов к сфере политики.
Юлиус Эвола родился в Риме 15 мая 1898 года в семье итальянских аристократов, чей род восходил к германской средневековой знати - к роду баронов Хевелар. Уже в юности Эвола ощутил внутри себя глубочайшую отстраненность по отношению к окружавшей его реальности, интерес к запредельным и сверхъестественным сферам, но одновременно активное стремление трансформировать внешний мир в согласии с внутренними идеалами.
Эвола изучал труды по религиозной, эзотерической и метафизической проблематике. Особенно интересовали его восточные учения - индийский тантризм, буддизм, даосская традиция Китая, йога. Кроме того, он серьезно занимался сугубо западным эзотеризмом - алхимией, герметизмом и сопряженными с ними дисциплинами.