Ферраро вытащила нож, быстро обтёрла его об одежду убитого и спрятала обратно в ножны. Девушка легко взбежала по наклонному деревянному трапу на палубу катера, на ходу доставая светошумовую гранату.
Дверь в единственное внутренне помещение слетела с петель, буквально вбитая внутрь мощнейшим ударом ноги. А следом полетел небольшой кругляш гранаты.
Габриэлла метнулась в сторону от входа. Спустя секунду по ушам ударил грохот взрыва, а из дверного проёма вырвался дым. Ферраро влетела внутрь, мгновенно вычленив в затянутой сизым вонючим дымом каюте три силуэта. Пистолет поочерёдно выплюнул шесть пуль — по одной в грудь и голову каждого из террористов. Девушка начала поочерёдно вглядываться в лица объектов, дабы убедиться в том, что задача выполнена… И неожиданно замерла около третьего человека.
Это был не тот, кого нужно было устранить.
Третьего объекта на встрече не было. А значит…
Снаружи раздались крики — похоже, что прибыл недостающий участник действа, сразу же выразивший своё непонимание увиденной картиной.
Девушка рывком метнулась к выходу и чуть ли не нос к носу столкнулась с парнем с пистолетом в руках. "Зиг-зауэр" итальянки сухо щёлкнул три раза, грудь террориста взорвалась кровавыми ошмётками, и его тело загрохотало по короткой лесенке, ведущей внутрь каюты.
Прыжок через неожиданное препятствие, выбраться на палубу. Время послушно замедляет свой ход, точнее — внутреннее время итальянки резко ускоряет свой бег.
Доля секунды на оценку обстановки.
Один враг прямо впереди на палубе, двое поднимаются по трапу, ещё четверо на пирсе около двух машин.
Под ложечкой неприятно засосало — нехороший расклад, совсем нехороший…
Пистолет, увенчанный длинной трубой глушителя, смотрит прямо в лицо террориста, вскидывающего какую-то туземную фантазию на тему "узи". Две пули калибра девять миллиметров бьют противнику в лоб, и затылок мужчины разлетается осколками кости и брызгами крови.
Затвор-кожух "зиг-зауэра" замер в крайнем заднем положении, и Габриэлла выпустила пистолет из рук — перезарядить его времени не было, но потом нужно будет подобрать. Труп террориста оседал на палубу, а девушка уже залегла, используя борт в качестве укрытия и беря в руки короткий штурмовой автомат. Короткая очередь скосила стоящих на трапе противников, и их тела рухнули в воду. Спустя несколько секунд пришедшие в себя преступники обрушили на катер ураганный шквал огня и свинца.
— Обожаю… когда на меня давят… — пробормотала Ферраро, доставая из кармана разгрузки светошумовую гранату.
Бросок в сторону укрывших за машинами террористов, грохот взрыва.
Итальянка резко высунулась из-за борта, в темпе опустошив магазин автомата по противнику. В отличие от пистолетов-пулемётов террористов винтовочные патроны "Зиг-751" калибра 7.62 миллиметра легко прошили борта машин и укрывшихся за ними преступников.
Спрятаться обратно за бортом катера и поменять магазин, пока террористы приходили в себя после короткого, но чрезвычайно эффективного огневого налёта итальянки…
Внезапно рядом с девушкой приземлилось металлическое яйцо гранаты, откатившееся в дальний угол палубы.
Граната была без предохранительной чеки.
У Габриэллы в запасе было от силы две-три секунды, пока горит замедлитель запала. Дотянуться и выбросить смертоносный заряд она уже не успевала, поэтому…
Девушка пружинисто выпрыгнула за борт из неудобного и совершенно невозможного положения и почти успела уйти…
Одно слово — почти.
Хлопок взрыва, и перед тем, как Ферраро нырнула в воду, её спину что-то вспороло огненным росчерком.
Порт Токио-3 оказался крайне паршивым.
После очередной по счёту битвы с Ангелов в городской черте никто не озаботился вычистить окраины порта от обломков зданий. Поэтому, выбираясь из воды, Габриэлла самым банальным образом поскользнулась на покрытых зеленоватым налётом бетонных плитах. Девушка сильно ударилась обо что-то головой и зацепилась за какую-то острую железяку разорванной на спине курткой. Да так "удачно", что заработала где-то в районе лопатки ещё несколько ран.
Ферраро смутно помнила как уплыла прочь от катера под водой и выбралась на берег уже на окраине порта. И как она добиралась до дома, только чудом не вырубившись по дороге и не попавшись на глаза полицейскому патрулю. Без сомнения, они очень обрадовались бы насквозь промокшей окровавленной девушке в полувоенной форме и с автоматом на боку. Но слава Господу, Токио-3 оказался просто нереально спокойным и мирным городом…
Мозг итальянки функционировал слабо — все силы организма были направлены на срочное заживление ран. Ещё пару лет назад Габриэлла шутя исцелила бы такие царапины, но теперь это было не так уж и просто — приходилось тратить уйму сил и практически сжигать собственный организм. Ещё чуть-чуть, и она бы наверняка потеряла сознание, но Ферраро сейчас и так пребывала в неком пограничном состоянии. Фактически девушка держалась на ногах только лишь благодаря заложенным в подсознание программам, которые позволяли "мантикорам" выживать в случае, если они были уже практически не в себе…
До дома итальянка всё-таки с грехом пополам добралась. Был велик соблазн попросить помощи у группы прикрытия пилотов, но так по инструкции действовать было нельзя. Формально она — не сотрудник службы безопасности и не высший офицер НЕРВ. Так что если Габриэлла не находится в смертельной опасности, то обращаться к безопасникам бесполезно — просто проигнорируют. Не потому что мрази, а потому что работа такая собачья…
Впрочем, сил итальянке хватило только ввалиться в собственную квартиру, снести всё на своём пути, распотрошить собственную аптечку и остро пожалеть, что рядом нет привычного в таких операциях Патрона…
А когда девушка ощутила, что всё вокруг плывёт, и она вот-вот потеряет сознание от кровопотери из категорически не желающей заживать раны, оставленной осколком, сожаление сменилось чувством страха и лёгкой паники.
И уже неизвестно почему, но в затуманенном разуме Габриэллы возникла мысль пойти к своим соседям…
Глава 6
Приятно познакомиться!
Верите ли вы в девочек-спецназовцев так же, как в них верю я?
Очень вряд ли.
Нормальный человек с адекватной логикой такую чушь отмётёт сразу же. Я вот тоже раньше отметал… Пока не случился Прецедент Ферраро.
Нет, если честно, я и раньше знал, что с нашей блондинистой соседкой не всё чисто. Ведь, как правило, девушки её возраста не интересуются стрелковым оружием, не говоря уже о том, что практические навыки стрельбы и рукопашного боя среди них почти не встретить.
Так что признание итальянки выглядело логичным… Хотя и абсурдным.
Я ради интереса попробовал прикинуть количество денег, потребных для такой боевой программы. Но, насчитав десять нулей после первого знака, благоразумно решил остановиться. Не бюджет Проекта Е, конечно, но на пару атомным авианосцев хватить должно было всяко.
А результат? А в результате имеем суперпехотинцев по цене ракетного фрегата — неплохая альтернатива, чего уж там… Тем более, что использовать "мантикор" в качестве штурмовиков или диверсантов — та ещё затея. Из них могли бы получиться хорошие телохранители, шпионы… Но уж никак не бойцы поля боя. Да, крайне соблазнительно иметь в наличии небольшую диверсионно-разведывательную группу, бойцы которой могут потихоньку лечиться без помещения в лазарет, переносят раза в два больше полезной нагрузки и при этом сохраняют возможность вести бой наравне с высокопрофессиональными войсками…
Но целесообразность, целесообразность, чёрт возьми! При таких затратах сил и средств — всё равно, что забивать микроскопом гвозди…
Значит, или Габри нас в чём-то обманула (или же искренне заблуждается, что здесь, в принципе, одно и то же), или же проект "Мантикора" — нечто иное по смыслу, чем кажется. Адаптация программы создания идеальных пилотов Евангелионов? Или же наоборот — прототип такой программы? Или же масштабный эксперимент по вмешательству в человеческую природу, ради создания пресловутого homo super? Между прочим, не такой уж и ненужный проект по своей сути. Вряд ли власть имущие в этом мире откажутся от возможности продлить жизнь, молодость или даже просто вернуть себе здоровье. У тебя могут быть миллиарды условных единиц валюты на банковских счетах, по твоему слову могут начинаться войны и свергаться правительства, но при всём при этом ты можешь быть всего лишь прикованным к инвалидному креслу стариком.