В целях обеспечения личного состава ПМТО и кораблей как в порту Луанда, так и в море арендованные суда ежемесячно доставляли до 30 т скоропортящегося продовольствия, закупленного на Канарских островах в портах Санта-Крус и Лас-Пальмас.
Помимо этого, ПМТО ежегодно обеспечивал ремонт 5—6 кораблей. Для этого у причала ПМТО постоянно находилась плавмастерская. Помимо решения основных задач командование ПМТО оказывало помощь ВМС Анголы в поддержании технической готовности ангольских кораблей советской постройки.
В ночь с 29 на 30 июля 1984 г. на рейде Луанды взрывами магнитных мин были повреждены суда «Лундоже» и «Ареенс», принадлежащие Анголе и ГДР. Эти мины были прикреплены к обшивке кораблей боевыми пловцами ЮАР. На ангольском каботажном судне «Лундоже» в результате взрыва мины были повреждены топливные баки.
Сухогруз «Ареенс» торгового флота ГДР, доставивший в Анголу 10 тыс. т боеприпасов, в результате взрыва двух магнитных мин получил две пробоины: 11 кв. м в машинном отделении и другую в 10 кв. м. К счастью, снаряды не сдетонировали. Корабль стал тонуть, но при помощи советского спасательного судна «Неотразимый» он сумел кормой выброситься на мель. При обследовании судна на его корпусе обнаружили третью, невзорвавшуюся магнитную мину. Была опасность, что эта мина имела часовой механизм. Начальник штаба бригады надводных кораблей капитан 2-го ранга Александр Кибкало погрузился с аквалангом, обвязал мину капроновым шнуром, а затем на скоростном катере сорвал ее с судна и отбуксировал в море. Через три дня из Москвы пришла шифровка: «Вам рекомендуется: заминированные участки борта вырезать в радиусе трех метров и без вибраций отбуксировать на безопасное расстояние…»
Позже выяснилось, что операцию провели базирующиеся в Лангебане (Капская провинция) бойцы 4-го подразделения коммандос «Реккиз». Пловцы «Реккиз» приыши в район Луанды на подводной лодке и, используя легководолазное снаряжение, проникли в гавань и заминировали корабли. По данным СМИ, подводные диверсанты имели снаряжение ливорнской фирмы «Космос» (Италия), доставленное через Израиль.
6 июня 1986 г. в ангольском порту Намиб (Мосамедиш) южноафриканские боевые пловцы впервые атаковали советские суда.
8 июля в Анголу из Москвы на самолете Ил-76 вылетела группа советских боевых пловцов. Дальнейшие подробности деятельности наших боевых пловцов неизвестны. По версии Александра Розина: «В акватории одного порта несли боевое дежурство шесть человек. Внезапно на расстоянии предельной видимости они заметили аквалангистов. Боевые пловцы всегда атакуют противника, едва завидев его. А здесь, быстро заняв удобное для боя позиции, те и другие на несколько секунд замерли, вглядываясь друг в друга. Старший нашей группы мгновенно оценил ситуацию: восемь человек, идут днем, без груза, значит, не на высадку, — и принял неожиданное для всех решение. Он вынул нож, "подвесил" его перед собой в воде, затем ладонью сдвинул его в сторону: дескать, мужики, бьемся без оружия! Это лихачество могло дорого обойтись нашим пловцам. Повезло, что один из "коллег" повторил манипуляции со своим ножом. Схватка была жестокой, и через несколько минут чужаки спешно покинули поле боя. Через неделю выяснилось, что наши парни показали кузькину мать нехилым ребятам — южноафриканским боевым пловцам. Те проводили учения и якобы ненароком попали в чужие территориальные воды. Это был единственный в своем роде случай. Обычно подобные встречи заканчиваются по-другому»[142].
Лично мне в оную историю верится с трудом.
Замечу, что пресечь действия боевых пловцов ЮАР можно было весьма просто. На суда Анголы и Кубы, пусть даже на гражданские, установить несколько артиллерийских частей БМ-21 «Град». Место базирования боевых пловцов ЮАР было хорошо известно. Замаскированные суда с «Градом» могли подойти на 15—20 км и из нейтральных вод нанести удар по базе террористов.
Ну а «торговые суда» Анголы должны были прикрывать соединения советских надводных кораблей и подводных лодок. То есть, если бы корабли ЮАР и попробовали полезть в драку, то схлопотали бы сполна.
Расистский режим в ЮАР был крайне непопулярен даже в США и странах НАТО. Так что защищать их никто бы не стал.
Даже если бы часть боевых пловцов ЮАР уцелела, продолжать нападать на торговые суда в иностранных портах они заведомо бы не рискнули.
Вспомним, как Израиль почти на каждый теракт, произведенный с чужой территории, отвечал ударом авиации, ВМС и спецназа, даже по весьма удаленным странам.
Но то, что для Израиля повседневная практика, для партократичного руководства Кремля в 1980-х гг. и для современных наши правителей — и помыслить страшно.
Но вернемся к 877-й ПМГО в Луанде. С началом «перестройки» походы наших кораблей и подводных лодок в Атлантику почти прекратились. Под этим соусом руководство страны и флота решило упразднить 877-й ПМТО. Большую часть имущества базы бросили или продали за гроши местным властям. Кто и сколько построил на этом вилл в Испании и Греции, конечно, неизвестно.
Личный состав и часть специальной техники были эвакуированы на гидрографическом судне «Свирь», а члены семей военнослужащих — самолетами военно-транспортной авиации. 20 июня 1992 г. 877-й ПМТО был расформирован.
![Российские военные базы за рубежом, XVIII–XXI вв. i_025.png](https://litlife.club/books/186982/read/images/i_025.png)
Глава 20.
БАЗЫ В СОМАЛИ
Военно-морские базы на побережье Сомали имели крайне важное стратегическое значение — они контролировали выход из Красного моря в Индийский океан. Особенно их роль увеличилась после ввода в 1869 г. Суэцкого канала.
Нетрудно понять, почему Англия, Франция и Италия к концу XIX века поделили территорию Сомали на три части. Северная небольшая часть с главным городом Джибути досталась французам, средняя часть с городом Харгейса — Англии, а большая часть на юго-востоке с городом Могадишо — Италии.
Любопытно, что при захвате побережья Сомали французы столкнулись с… русскими!
Дело в том, что в начале 1889 г. на берега залива Таджура высадились русские колонисты общей численностью 150 человек во главе с Николаем Ивановичем Ашиновым.
Ашинов родился в 1859 г. в казацкой семье в Терской области. Женитьба на богатой помещице Софье Ханенко дала ему определенные средства. Ашинов начал пропагандировать создание русской колонии на берегу Красного моря. Поначалу его поддержали знаменитый журналист и издатель М.Н. Катков, обер-прокурор Синода К.П. Победоносцев, морской министр И.А. Шестаков и даже сам император Александр III.
Естественно, эти персоны никаких соглашений и распоряжений Ашинову не подписывали, но представить себе, что в России кто-то мог два года собирать людей для отправки на берега Красного моря без санкции императора, столь же невозможно, как отправку добровольцев в Испанию без санкции Иосифа Виссарионовича.
И вот 10 ноября 1888 г. русский торговый пароход со 150 переселенцами отправляется из Одессы и держит путь на Босфор, а далее — к Суэцкому каналу. На борту его Ашинов вместе с женой Софьей. Для окормления поселенцев с ним отправляется архимандрит Панасий.Ашинов сам выбрал место на берегу Таджурского залива рядом с давно брошенным фортом Сагалло, неизвестно когда и кем построенным — то ли турками, то ли египтянами. Вокруг была абсолютно безлюдная местность. Замечу, что этот участок побережья официально был ничейной территорией, хотя на него одновременно претендовали Франция и Италия.
Поселенцы начали активно обживать район Сагалло. Строили дома, разводили сады, разбивали огороды. Большинство переселенцев были казаками, но было и несколько бежавших из дома гимназистов. Ашинов назвал поселение Новой Москвой и объявил этот район длиной в 100 верст вдоль побережья и на 50 верст в глубину территорией Российской империи.
Замечу, что в экономическом отношении от этой колонии проку не было никакого, но зато там могла быть превосходная угольная станция и даже база Российского флота. Причем база универсальная — туда могли заходить как суда, идущие на Дальний Восток, так и русские крейсера, оперирующие в Индийском океане в случае войны с Англией.
142
Розин А. Операции на море спецслужб ЮАР // Материалы сайта: http:// alerozin.naiod.ru/angola.htm