Ему приходило в голову, что возможно глупышка метит на место Ритолы, но смешно было даже представить, что заподозрившая это баронесса старается переманить глупышку из ревности. Убрать подальше от любовника, и это был бы хороших ход, если Герт был дорог ей всерьез. Она никого не любила, кроме себя и интриг, и если собственную особу баронесса обожала бесплатно, то из интриг обязательно извлекала какую-то выгоду. Или более щедрого покровителя или дружбу с влиятельными особами, или что-то еще, непонятное никому до тех пор, пока не становилось явным для всех. Ритола и место в постели Герта получила благодаря ловкой интриге, сама познакомила его бывшую пассию с одним из придворных волокит и сама же первая примчалась утешать рогатого герцога.
Дагорд втихомолку вздохнул, вспомнив покойную Нирессу, при ней Геверт был более спокойным и покладистым, хотя сам он тогда считал, что в браке, заключенном по уговору, не могло быть ничего хорошего.
-Так я заеду, завтра за вами, дорогая, - щебетала тем временем баронесса, прощаясь с Эсталис, - и мы вместе съездим в магазин. Я хочу купить все книги, какие вы посоветуете. Герцог, я с вами не прощаюсь, вы же будете вечером у госпожи Шордон?! А вас, Дагорд, больше не интересует ее коллекция ванзийского фарфора? Тогда до завтра.
-Если ты не хочешь ехать к Шордон, я тоже могу остаться дома, или давай поедем к Кадерту? - вернувшись, обратился Герт к другу так запросто, словно еще недавно не витала над ними тень размолвки.
-Езжай к Шордон, у меня есть дела, - кротко ответил Змей, искоса посматривая на монашку, не произнёсшую после ухода баронессы ни слова.
Она даже десерт отодвинула, сидела, задумчиво катая в бледных пальчиках вишенку, и по ее спокойно-безучастному личику совершенно невозможно было понять, какие мысли одолевают только недавно так оживленно болтавшую глупышку.
Эста решала в этот момент очень важный вопрос, сколько можно сказать Герту и его другу, чтоб они поняли важность происходящего. У нее не было ни малейшего сомнения, в том, кто именно прислал сюда лживую баронессу, но свой выбор девушка сделала еще в монастыре, и отступать от него не собиралась. Ни одна из сестер Тишины не пойдет на подобную подлость даже за двойной гонорар или королевские апартаменты. Значит придется проявить определенную твердость, хотя можно не сомневаться, что Змей мгновенно поднимет все иглы, как обозленный дикобраз.
-Боюсь, - мягко сообщила глупышка, глядя прямо в глаза герцога, - ваша светлость забыли, что сразу после обеда собирались выехать в свой замок.
Змей едва не подавился чаем, услышав это заявление, а Герт распахнул свои голубые глаза так широко, что графу стало предельно ясно, друг тоже первый раз слышит о своем намерении.
-Каким ты стал забывчивым за последние дни, друг мой, - Змей давно получил от его светлости право обращаться на ты, и решил после примирения воспользовался им, чтоб произнести эти слова снисходительно-укоризненным тоном, - собрался уехать и никому об этом не сказал, кроме госпожи Эсталис!
-Вы тоже собирались ехать с его светлостью, Змей, - так же тихо уточнила Эста, и тоже добавила в свой голос укоризны, - я иду собирать сундук, помнится, в вашей конюшне еще остались лошади. Мне хватит на сборы полчаса.
-Да что, дьявол бери, происходит?! - Рассмотрев лицо нахмурившегося, но не возражающего Геверта, Змей обернулся к монашке, и начал приподниматься с места с самым угрожающим видом.
И тут обнаружил, что она смотрит прямо на него тем самым печальным и расстроенным взглядом, который жег графа всю дорогу от Туриса до монастыря, заставляя ворочаться в мягких перинах, и незаслуженно проклинать кочки и рессоры. И одновременно в памяти всплыла и досада на себя самого. За невнимательность, излишнюю самоуверенность и поспешность.
Змей резко стиснул губы и сел на место, продолжая сверлить ее недоверчивым, изучающим взглядом и не находя на лице глупышки ни тени сомнения или раскаяния.
-Слуги могут приехать и позже, а историю короля Карива обсудим в карете, - вставая, еле слышно уронила Эста и направилась к выходу.
Звук шаркающих шагов камердинера девушка узнала еще в тот момент, когда он подошел к двери.
-А Харик? - чуть растерянно произнес Герт, который никак не мог прийти в себя, - он не привык... оставаться без меня.
-Но в карете ведь для него хватит места, - немедленно отозвался Змей, пряча ехидную усмешку.
Почему-то все дамы, услышав эту кличку, обычно представляют себе маленькую собачку или кота.
-Безусловно, - кивнула монашка и вышла из столовой.
Глава 7
-Какой костюм приготовить вашей светлости на вечер? - поинтересовался едва не столкнувшийся с девушкой слуга, и озадаченно насупился, услышав в ответ:
-Дорожный. А пару простых костюмов немедленно упакуй в сундук. Мы уезжаем, - вспомнив предостережения Эсты, герцог на миг запнулся, и уверенно добавил, - на несколько дней в провинцию, в имение моего учителя, он приболел. Поторопись, и прикажи запрячь карету. Хар едет со мной, побегает на воле.
-Герт? - осторожно спросил Змей, едва вышел потрясенный услышанным камердинер, - а ты хорошо подумал?
-Конечно, - кивнул герцог, вовсе не настолько уверенный в своих словах, как хотелось бы ему самому, - иди, собирайся. Ты же не откажешься поехать с нами?
-Да уж не откажусь, - против воли графа в его голосе проскользнула угроза, - только из чистого любопытства.
Он хотел сказать, что еще и из желания вывести на чистую воду все замыслы этой интриганки, но вовремя прикусил язык. Не стоит снова злить друга, так безоговорочно подчиняющегося своей чтице. Да он даже Нирессу так никогда не слушал, всегда отстаивал свое право на собственное мнение и решение.
Дагорд встал, пожалуй, чуть более резко, чем положено согласному с решением господина советнику, именно так официально называлась его должность, и поспешил уйти, пока не прорвалось копившееся в душе все последние дни раздражение.
Геверт проводил друга огорченным взглядом и тоже отправился собираться. Хотя ему, в отличие от спутников и не нужно складывать в сундук камзолы и рубашки, было несколько вещиц, которые герцог не доверял никому и всюду возил с собой. Как и Хара, вытащенного два года назад из горной расщелины крохотным беспомощным комочком.
Эста торопливо дописала последнюю строчку, подумала, незаметно вздохнула и добавила несколько слов. За ошибки и намеренное отступление от строгих правил матушка конечно может и поругать, но за попытки утаить информацию просто перестанет помогать. А это было самым страшным наказанием для взявшей контракт сестры Тишины.
Отправив послание, девушка торопливо переоделась в дорожное платье и сложила сундук, потратив на это меньше времени, чем самая ловкая горничная. Оглядела комнату, в которой прожила так недолго и достала из саквояжа один из пузырьков со снадобьями, подписанный - "средство от болотной лихорадки". Совершенно бесполезное с точки зрения любого здравомыслящего человека, решившего заглянуть в вещи глупышки. В этих местах о случаях болотной лихорадки не слышали даже лекари.
Капнув на ладонь крохотную капельку густоватого зелья, девушка сначала плотно заткнула флакончик притёртой пробкой, а затем кончиком пальчика, обмакнутого в душистую капельку, осторожно коснулась щек, лба, подбородка и тыльной стороны кистей рук. Остальное она растерла между ладоней, провела по лицу и волосам, огладила руками платье и плащ от шеи до края подола.
Видела она вчера вечером этого "Харика", когда герцог вечером выгуливал его по двору. И хотя прекрасно рассмотрела, как послушен и ласков с Гертом его питомец, не менее хорошо осведомлена, что обычно такая любовь у представителей его рода на посторонних людей не распространяется.
В дверь постучали и вошел слуга, держа в руках тугой сверток.
-Граф Феррез велел вам передать.
-Спасибо, - вежливо улыбнулась девушка, - подождите минутку, нужно будет отнести вниз мой сундук.