Дверь нашлась довольно быстро и вскоре девушка уже неторопливо брела, рассматривая редкие желтые листья, чудом оставшиеся на кустах и приготовленные к зимовке кусты роз, усиленно делая вид, что вышла на прогулку. А на самом деле все ближе подбираясь к добивающему чучело герцогу.
-У вас хорошая скорость, - задумчиво сообщила она, проходя мимо площадки к клумбе, где еще осталось несколько кустиков поздних фиолетовых хризантем, - но вот боковой удар слишком затянут. У врага будет удобный момент для атаки.
-Откуда вы это знаете? - усмехнулся он, останавливаясь, и стирая рукавом пот со лба.
-Мои родственники тоже каждое утро тренировались, - сказала Эста чистую правду и печально вздохнула, - а я наблюдала и слушала пояснения. А почему вы тренируетесь в одиночку? Разве граф пошел отдыхать?
-Да, - нахмурился Герт, - он ехал без остановок.
-Я чувствую себя чуточку виноватой, - грустно призналась сестра Тишины, - что не сумела убедительно все ему объяснить. И иначе поступить не могла, вы же понимаете? А вас хочу попросить, постарайтесь побыстрее с ним помириться. Надежный друг - это большая редкость, и её нужно беречь. Особенно в вашем нынешнем положении. Но не ссылайтесь на меня... я для него не лучший авторитет.
-Вот это точно, - усмехнулся Герт, - и боюсь, вам придется терпеть... его характер.
-Я готова, - смиренно заверила девушка, и побрела к кустам, - а вы не стойте на ветру после тренировки. Ветер холодный.
Ну вот, - довольно усмехалась девушка, срывая три цветочка для своей комнаты, хорошо, что успела вовремя. Герцог по-прежнему будет искать пути налаживания прежних отношений с другом, но теперь он станет считать, что действует по ее просьбе.
Значительно труднее заставить Змея изменить свое мнение о ней, однако придется сделать все, на что она способна, если Эста желает помочь Геверту.
Дагорд проснулся минут за пятнадцать до обеда. Это была его личная способность, просыпаться в тот момент, который он задумал, укладываясь спать, и граф очень часто ею пользовался, чтоб встать с постели в самый глухой час и пройти по дому, проверяя охрану.
Мужчина потянулся, чувствуя себя если не совсем отдохнувшим, то достаточно бодрым и голодным, чтоб не опаздывать к столу, обычно накрывавшемуся в три часа пополудни. С минуту, нахмурившись, вспоминал встречу с другом и никак не мог понять, зачем вообще начал разговаривать с проклятой монашкой? Нужно было просто не замечать ее, как он не замечал не интересующих его женщин, и все было бы прекрасно. Но еще больше он не понимал, для чего начал говорить с Гертом таким тоном. Знает ведь, как самолюбив его друг и насколько остро задевают его открыто высказанные упреки и обвинения. Теперь придется искать пути примирения, и снова унижаться... и терпеть эту нахалку. Пока отношения с Гертом не вернутся в прежнее русло, ее лучше обходить за сто шагов, герцог любое слово воспримет как выпад в свою сторону, будь оно хоть трижды справедливым.
Возможности, что он может быть неправ или несправедлив в отношении к женщинам, граф не допускал. Все они хищницы, и все стремятся только к одному, заполучить себе в единоличное пользование самого лучшего из имеющихся в поле зрения мужчин, чтоб день и ночь высказывать ему свои претензии.
Когда Эста пришла перед обедом в гостиную, освежив свое платье широким кружевным воротником и прихватив один из исторических томов, оказалось, что у герцога гости.
Точнее, одна гостья, жгучая брюнетка в шелковом платье персикового цвета. Хотя для Эсты даже на миг не остался тайной подлинный цвет волос довольно смазливой приятельницы его светлости. По белой коже, светло-голубым глазкам и слишком светлым и редким для брюнетки бровям - глупышка сразу поняла, перед ней - блондинка, выкрасившая волосы в неимоверно насыщенный иссиня-черный цвет.
-Это Эсталис, моя новая чтица, - представил вошедшую герцог, - я увлекся историческими романами. А это баронесса Ритола ле Сонди.
-Очень приятно, - первой отозвалась Эсталис, разглядывая гостью с откровенным любопытством, - ах, какое миленькое у вас платье! И фасон самый модный. Вы вообще такая яркая, как бабочка, и этот цвет вам так идет! А вы любите исторические романы? Не правда ли, они очень поучительны! Но иногда хочется почитать чего-то... милого. Вы еще не читали новый роман Тефли? Ну, тот, где на обложке красавица в зеленом... а рядом вампир? Такой красавчик... просто мороз по коже!
-Взаимно, - чуть растерянно пролепетала Ритола, - Я сейчас читаю "роковую встречу". Там такие описания... природы.
-Да, - охотно подхватила Эста, опускаясь в стоящее напротив гостьи кресло, - особенно ночной водопад! Все сверкает и переливается в лунном свете, а маркиза тоскует в беседке, и тут... ах, какая сцена!
-Я плакала, - с воодушевлением подтвердила гостья и, достав батистовый платочек, промокнула несуществующие слезы, стараясь не задеть густо накрашенные ресницы, - вы так рассказываете... просто сердце замирает. Если мне удастся уговорить герцога уступить вас, поедете ко мне во дворец?
-Не удастся, - категорично отрезал спохватившийся Герт, - как я выяснил, мне просто необходимо обновить свои знания истории, а читать сам я не люблю. Просите чего-нибудь другого, дорогая, госпожа Эсталис останется в этом доме.
Вошедший в гостиную Змей только на краткий миг досадливо поморщился, мало тут было монашки, еще и эта интриганка заявилась. И как точно подгадала, за полчаса до обеда. Значит, теперь останется в доме часа на два с половиной, не меньше. А он надеялся вызвать монашку на серьезный разговор, пусть объясняет, что намерена делать за те деньги, которые затрачены на ее контракт. Обычные чтицы стоят в сотни раз дешевле, и не помнят о тринадцатых пунктах.
Однако мгновенно скрыл свое неудовольствие за учтивой, хотя и несколько прохладной улыбкой.
-Госпожа Ритола, рад вас видеть! Вы прекрасно выглядите! Как поживает ваш дядюшка? А какие новости при дворе? Просветите меня, темного, я пять дней глотал пыль провинциальных дорог, и совершенно отстал от жизни.
-Обед подан, - возвестил дворецкий и распахнул дверь в столовую.
-Вы же не откажетесь с нами пообедать, дорогая? - "вспомнил" правила гостеприимства Геверт, еще обиженный на любовницу за позавчерашнее пренебрежение, но она словно не заметив этой оплошности, заверила, что с удовольствием останется на обед.
-Мне хочется узнать мнение госпожи Эсталис о скандальном романе Лервена Хинти, я чувствую, что наши мнения совпадут, - прощебетала Ритола, подавая герцогу руку.
Едва не скрипнувшему зубами Змею пришлось подать руку монашке, нарушая тем самым собственные обеты не приближаться к ней ни в коем случае.
К концу обеда граф начал подозревать, что запомнит его надолго. Он не менее дюжины раз успел проклясть свое намерение пообедать в столовой, чтоб проследить за маневрами глупышки, замыслившей очаровать его друга.
Через час он уже не мог бы с чистой совестью сказать, кто тут более глупышка, чтица или баронесса. Не успевала иссякнуть одна тема, как дамы с воодушевлением принимались обсуждать новую, и при этом не забывали жарко нахваливать друг друга. И если монашка успела очень тонко похвалить "редкий" цвет волос гостьи и ее изумительный вкус, то баронесса с достойным награды упорством продолжала нахваливать собеседницу и свой собственный дворец, не забывая делать очень понятные намеки на то, как было бы прекрасно, если Эста служила у нее.
И если первый намек Змей встретил саркастической ухмылкой, и едва не подтвердил вслух, что он мечтает о том же самом, то через час уже лишь молча наблюдал за этим соблазнением, начиная понимать, что кто-то твердо вознамерился заполучить так трудно доставшуюся ему глупышку. И не мог не заметить, как ловко отбивает эти настойчивые попытки чтица.
Как и не задуматься над двумя важными вопросами. Для чего, или для кого так старается Ритола?! И почему Эсталис так цепляется за место у Геверта, если баронесса в открытую обещает ей и лучшую оплату и платья от самых дорогих модисток, и покои для важных гостей с личной прислугой?