190 Лабутина Т. Л. Англичане в допетровской России присылали своих придворных лекарей ко двору русских государей. В числе последних были Стэндиш, Роберт Якоб, Марк Ридли, Томас Виллис и другие. Тот факт, что придворные медики являлись королевскими информаторами, не вызывало сомнения даже у самих царей. О трагической судьбе врача-разведчика Е. Бомелия в правление Ивана Грозного мы уже упоминали. Когда королева Елизавета прислала в 1599 г. Борису Годунову доктора Томаса Виллиса с некими «политическими поручениями», это вызвало недоверие царя к лекарю. «Очевидно, — отмечал Н. П.Загоскин, — царь не очень-то доверял врачу-дипломату и считал такое совместительство не совсем для себя удобным»77. В результате Борис предпочел впредь отказаться от услуг англичан. И тем не менее, русские монархи были вынуждены мириться с «двойной» деятельностью иностранных специалистов, поскольку были в них чрезвычайно заинтересованы. Во второй половине XVII века с прекращением военных кампаний, потребность царского правительства в иностранных специалистах стала заметно снижаться. Когда Патрик Гордон по просьбе своих соотечественников справился у московских властей в июне 1667 г. о приеме на царскую службу двух полковников с офицерами, то получил отказ. Ему отвечали, что «уже уволено так много храбрых кавалеров, кои столь долго здесь прослужили и знают местные обычаи»78. Естественно, что отказ в наборе иностранных военных специалистов на царскую службу носил временный характер. Необходимость в различных специалистах из Британии и других европейских государств со временем не только не исчезала, но становилась более насущной. В связи с интенсивным экономическим развитием российского государства, возрастала и потребность в иноземных специалистах. С подобной проблемой пришлось в свое время вплотную столкнуться и сыну царя Алексея Михайловича — Петру I. 77 Загоскин Н. П. Указ. соч. С. 27, 28. 78 Гордон П. Указ. соч. С. 208.
ГЛАВА VII РОССИЯ И РУССКИЕ ГЛАЗАМИ БРИТАНЦЕВ: СТЕРЕОТИПЫ, МИФЫ И РЕАЛИИ Надо признать, что тема межкультурных коммуникаций стран Запада и России в последние годы сделалась одной из востребованных в отечественной науке. Между тем, проблема взаимовосприятия культур, занимающая одно из важных мест в данной теме, остается все еще недостаточно изученной историками. В свое время указанной проблеме особое внимание уделяли представители междисциплинарного направления, находящегося на стыке истории, филологии, политологии, культурологии, социальной психологии, получившего название «имагология» (во французском языке) или «имэджинология» (в английском языке). В зарубежной историографии к имэджинологии ученые активно обращались с середины 1970-х годов. В нашей стране одним из первых к данному направлению обратился известный советский ученый Н. А. Ерофеев1. Между тем, в современной отечественной историографии проблемы имэджинологии продолжают оставаться слабо изученными. По утверждению авторов сборника «Россия и мир глазами друг друга. Из истории взаимовосприятия», лишь в последние годы вышли работы, посвященные «механизмам формирования и функционирования внешнеполитических представлений и стереотипов на материале российской истории», однако ни монографий, ни обобщающих трудов по данной тематике так и не появилось2. Быть может, именно недостаточной изученностью данной проблемы и продиктовано сохранение устойчивых стереотипов в освещении этнических представлений иностранцев о жителях России на протяжении ряда столетий? 1 Ерофеев Н. А. Туманный Альбион. Англия и англичане глазами русских. 1825–1855. М., 1982. 2 Россия и мир глазами друг друга. Из истории взаимовосприятия. М., 2000. С. 3–4.
192 Лабутина Т. Л. Англичане в допетровской России Одно из центральных мест в имэджинологии занимают стереотипы. Заметим, что само понятие «стереотип» привлекает большое внимание исследователей, чаще всего филологов и философов. Между тем, среди ученых отсутствует единая позиция относительно понятийного аппарата, прежде всего, самого термина «стереотип», а также правомерности его использования. В литературе можно встретить различные термины: национальные стереотипы, этнические предрассудки, этнические представления, национальные образы и другие, хотя все они означают одно и то же явление. Впервые термин «стереотип» (греч. stereos — твердый, typos — отпечаток) был введен в научный оборот американским социологом У. Липпма- ном. В своей книге «Общественное мнение» (1922 г.) ученый предпринял попытку определить место и роль стереотипов в системе общественного мнения. Под стереотипом Липпман понимал особую форму восприятия окружающего мира, оказывающую определенное влияние на данные наших чувств до того, как эти данные дойдут до нашего сознания3. По мнению Липпмана, человек, пытаясь постичь окружающий его мир во всей его противоречивости, создает «картину в своей голове» относительно тех явлений, которые он непосредственно не наблюдал. Человек имеет ясное представление о большинстве вещей еще до того, как он с ними непосредственно столкнулся в жизни. Подобные представления-стереотипы формируются под влиянием культурного окружения данного индивидуума: «В большинстве случаев мы не сначала видим, а потом даем определение, мы сначала определяем для себя то или иное явление, а потом уже наблюдаем его. Во всей… неразберихе внешнего мира мы выхватываем то, что навязывает нам наша культура, и мы имеем очевидную тенденцию воспринимать эту информацию в форме стереотипов». На взгляд ученого, «стереотип может быть правдой, или частично правдой, или ложью». Современный британский историк Э. Кросс рассказывал о том, как в конце XVIII века была изобретена монолитная печатная форма — пластина, давшая возможность печатать с нее большое количество копий, которая и получила название «стереотипа». «Вскоре, — продолжал ученый, — это слово превратилось в эпитет, смысл которого вышел далеко за рамки печатного дела». Однако, только в XX в. данный термин получил «широкое распространение, 3 Lippman W. Public Opinion. N.Y.,1950. P. 23.
Глава VII. Россия и русские глазами британцев… 193 в основном, в уничижительном смысле». И, как явствует из «Оксфордского словаря английского языка», этим словом стали обозначать «предвзятое и чересчур упрощенное общее представление о характеристиках, типичных для человека, ситуации и т. д., а также человека, который представляется в значительной степени соответствующим некоему типу»4. Как явствует из рассуждений ученого, уже в самом определении понятия «стереотип» заложен некий негативный смысл в отношении к обсуждаемому предмету, в данном случае — представителям другой страны или национальности. Какие же черты русской жизни XVI–XVII вв. представлялись наиболее типичными для иностранцев, и которые сделались по сути дела для них стереотипами на протяжении последующих веков? Англичане, как отмечал Кросс, обращали особое внимание на тиранию, начинавшуюся на царском престоле и распространявшуюся «сверху донизу на все аспекты общественных и семейных отношений», церковь, «достойную презрения за свои предрассудки, идолопоклонство», и духовенство, «представлявшее собой весьма жалкое зрелище», широко распространенное невежество, холодный климат, странную одежду, а также такие черты характера русских людей, как распутство, пьянство, лживость, лень и раболепство. К положительным качествам русских относились: способность к игре в шахматы, устойчивость с сильным холодам и лишениям, столь необходимым солдатам5. Примечательно, что указанные свойства чаще других упоминались не только английскими путешественниками, дипломатами и литераторами, побывавшими в допетровской России, но и представителями других иностранных держав (С. Герберштейн, А. Олеа- рий). В какой мере подобные представления иностранцев, прежде всего англичан, соответствовали реалиям допетровской эпохи? Тема России на Западе сделалась популярной в XV–XVII вв. Как отмечал исследователь Ю. Лимонов, этой темой занимались классики мировой литературы — Шекспир, Мильтон, Рабле, Сервантес, Сирано де Бержерак; государственные и политические деятели — кардинал Ришелье, английская королева Елизавета Тюдор, испанский король Филипп II, лидер английских революционеров 4 Кросс Э. Британский взгляд на Россию: происхождение, живучесть и изменение национальных стереотипов мышления в период с XVI в. до Крымской войны / / От Елизаветы I до Елизаветы II: проблемы британской истории в новое и новейшее время. Ярославль, 2008. С. 21. 5 Там же. С. 23.