182 Лабутина Т. Л. Англичане в допетровской России время полковник получал 40 руб. в месяц, подполковник — 18 руб., майор — 16 руб., ротмистр — 13 руб., поручик — 8 руб., прапорщик — 5 руб. В мирное время, когда войска распускались, офицеры получали половинный оклад. Историк подчеркивал, что жалованье иноземных офицеров было намного больше, нежели у русских50 Жалованье толмачей и переводчиков было различным. Наиболее ценные специалисты получали даже большее вознаграждение, чем офицеры. Современный ученый А. В. Беляков приводил данные о материальном обеспечении этих специалистов. Годовой оклад переводчиков в XVII в. составлял от 10 до 132 руб., у толмачей — от 8 до 30 руб. Поденный «корм» первых насчитывал от 4 руб. 60 коп. до 182 руб. 50 коп. ежегодно, у последних — от 2 руб. до 15 коп. в день. Переводчики нередко имели поместные дачи; поденный «корм» вдовам и «пенсии» отставным по старости; «на кафтан», по случаю принятия на службу и как награда за особые заслуги; «на избное строение» и «пожарное разорение»; транспортные расходы, а также средства на свадьбу и похороны. Как отмечал ученый, на эти выплаты имели право все переводчики, но специалисты по европейским языкам получали несколько больше51. Нередко иноземные специалисты награждались царскими подарками. Кпримеру, Артур Астон, защищавший в 1615 г. от поляков Холмогоры, получил от царя Михаила в дар цепь золотую с изображением государя, соболей и 25 золотых монет. Щедрые дары имел от Алексея Михайловича генерал-майор Драммонд52. В.О. Ключевский, ссылаясь на свидетельства иностранцев, отмечал, что при поступлении на службу офицеры получали от царя в подарок платье, лошадь и еще многое другое53. При отпуске на родину, офицеры награждались царем похвальными грамотами. Прибывшие в Россию специалисты получали за приезд деньги, материи (бархат, камку или сукно), меха (соболей или куниц). В 1601 г. приехавшим на службу «немцам» выплатили: «старшим чинам» — по 50 руб., угорскому платью из золотой парчи, штуке 50 Ключевский В. О. Сказания иностранцев о Московском государстве. М., 1991. С. 89. 51 Беляков А. В. Указ. соч. С. 6–7. 52 Бантыш-Каменский H. H. Обзор внешних сношений России. Указ. соч. С. 101; Гордон П. Указ. соч. С.122. 53 Ключевский В. О. Сказания иностранцев о Московском государстве. Указ. соч. С. 89.
Глава VI. Британские специалисты на государевой службе 1 83 черного бархата и 40 соболей; «средним чинам» — по 30 руб., штуке красной камки, платью, серебряной парчи и 40 соболей; «младшим чинам» — по 20 руб., штуке низшего сорта бархата, штуке кармазинного сукна и 40 соболей; «служители и люди дворянские» получали по 15 руб., штуке багряного сукна, штуке желтой камки и 40 соболей «второго достоинства». Наиболее важным персонам вручались еще и предметы из серебра. К примеру, полковник Астон получил: 2 бархата, 2 камки, 2 сукна, 40 соболей в 30 руб., 40 куниц в 12 руб., лисицу черную в 10 руб., а также кубок золоченый, ковш, серебряную братину, чарку и 100 руб. деньгами. Такое же вознаграждение досталось и полковнику Лэсли54. Нередко офицеры за хорошую службу награждались земельными наделами — дачами. Патрик Гордон с несколькими офицерами подали петицию с просьбой выделить им участки для строительства дома в Слободе. Просьба была удовлетворена, и в мае 1666 г. Гордон отмечал новоселье в собственном доме. Надо признать, что далеко не все иностранцы пользовались правом владения земельной собственностью для строительства домов. Многие предпочитали селиться в наемных дворах. Чаще всего собственные дворы имели купцы. Московская компания владела дворами в Усть-Коле, Архангельске, Москве еще в XVI в. В 1614 г. свой двор на Вологде держал Ричард Анкин. В 1636 г. англичанин Р. Чапман продал своему соотечественнику С. Дигби свой двор в Москве, получив за землю 1600 руб. На Вологде и Холмогорах свои дворы в 1638 и 1646 гг. держали Д. Азборн и купцы Московской компании. После того, как в 1649 г. Алексей Михайлович приказал выслать англичан из внутренних районов России, последние произвели оценку принадлежавших им дворов, попросив их продать. На Вологде дворы держали И. Азборн, Т. Войч, Д. Уайт, Р. Дункан, Р. Кокс, Т. Сте- стер. В Ярославле владел двором А.Терн. Собственность каждого владельца оценивалась от 100 до 1600 руб.55 Не только дворы и земля, но и частные фабрики и заводы, принадлежавшие иностранцам, в XVII веке были уже не редкостью. Что же касается законодательства, то, как отмечал А. С. Му- люкин, на территории Российского государства применялись исключительно российские суд и право. Иностранные специалисты 51 Мулюкин А. С. Приезд иностранцев… С. 166, 168. 55 Демкин А. В. Западноевропейское купечество в России в XVII в. М., 1994. Вып. 1.С. 109–111.
184 Лабутина Т. Л. Англичане в допетровской России пользовались только частными правами. Из-за этого иностранцы нередко попадали в неприятные коллизии. Так, московское правительство порой чинило препятствия для возвращения специалистов на родину. К примеру, Джону Скрупу, прослужившему на государевой службе с 1615 по 1622 гг., отказали в выезде на родину потому, что он… женился. Иностранцам запрещалось также держать у себя на службе крепостных людей56. Заинтересованное в зарубежных специалистах московское правительство всячески поощряло натурализацию иностранцев. «Многие из служилых и иноземцев прочно вросли в московскую почву, — отмечал С. Ф. Платонов, — они целыми семьями, даже группами породнившихся семей, обжились в Москве, перешли в православие, были удостоены официальных милостей»57. Англичане не были исключением из их числа. На взгляд О. В. Дмитриевой, к началу XVII в. выросло «целое поколение англичан, сызмальства воспитывавшихся в Московии, хорошо знавших русский язык, прекрасно ориентировавшихся в местной политической и экономической ситуации, осведомленных о традициях и обычаях русского народа»58. И все же, несмотря на подобную «осведомленность», британцы нередко нарушали российское законодательство. Чаще всего это делали купцы. Челобитные, поданные царю в 1627, 1642, 1648 гг., содержали жалобы на то, что английские купцы скупали у посадских людей «тяглую землю» и на ней строили свои дворы, нарушали таможенные законы, отнимали хлебный, рыбный и соляной промыслы у русских. Кроме того, они торговали не только оптом, но и в розницу, а также «закабаляя и задолжа многих бедных и должных русских людей». Наконец, английские негоцианты продолжали торговать таким запрещенным товаром, как табак59. Западноевропейцы широко использовали российскую рабочую силу в торговле, транспорте, быту. После издания указа 1628 г., запрещавшего пользоваться трудом православных, некоторые «нем- 56 Мулюкин А. С. Очерки по истории юридического положения иностранных купцов в Московском государстве. Одесса, 1912. С. 203, 267; он же. Приезд иностранцев… С. 157–158; Бантыш-Каменский Н. Н. Указ. соч. С. 113. 57 Платонов С. Ф. Указ. соч. С. 125. 58 Дмитриева О. В. «Окно в Европу»… Указ. соч. С. 13. 59 Платонов С. Ф. Указ. соч. С. 99–100; Соловьев С. М. История России с древнейших времен. Т. 10. М., 1990. С. 467.
Глава VI. Британские специалисты на государевой службе 185 цы» стали нанимать слуг из людей других конфессий. В 1647 г. думный дьяк Назарий Чистой передал англичанам требование царя, чтобы они «русских людей на своих дворах не держали, а держали бы иноземцев». Случалось, что служащие на иноземных дворах русские люди жаловались на своих хозяев, что те препятствуют им в отправлении религиозных обрядов. Отдельные судебные дела содержали информацию о неуплате иностранцами жалованья работникам60. Не лучшим образом порой вели себя британские офицеры, состоявшие на службе у царя. Патрик Гордон в своем дневнике рассказывал о стычках с хозяевами арендуемых им квартир. Вообще, «у офицеров и солдат случались раздоры с богатыми горожанами, кои не желали пускать их в свои дома», признавал он. В октябре 1661 г. ему сняли квартиру у одного русского купца. Однако хозяин оказался не очень радушным. «Пока мои слуги убирали внутреннюю комнату, (хозяин) сломал во внешней печь, служившую для отопления, так что я был вынужден сменить жилье», повествовал шотландский офицер. Однако дело тем не ограничилось, и чтобы научить своего прежнего хозяина «лучшим манерам», Гордон отправил к нему на постой профоса с 20 арестантами и солдат, которые при его «потворстве мучительно донимали» русского купца целую неделю61. Впрочем, на новой квартире Гордона ожидало аналогичное происшествие. В декабре 1661 г., «согласно приказу», он перебрался на квартиру за реку Яузу, в Таганную и Гончарную слободу, где занял квартиру в доме богатого купца. Между тем, хозяин «использовал все средства к моему удалению, — повествовал Гордон, — и предъявил с этой целью две грамоты из Дворцового приказа. Но не желая покидать столь удобное место, я не подчинился оным, ссылаясь на то, что не стану переезжать без распоряжения из Иноземного приказа, и оставил грамоты при себе». Когда же такое распоряжение было доставлено Гордону стряпчим из Дворцового приказа в сопровождении 20 людей и хозяин квартиры приказал вытащить сундуки квартиранта, а сам «схватил одно из полковых знамен, висевших на стене, чтобы вынести оное английскими офицерами и прислугой, он выгнал хозяина и его «грубых пособников из комнаты и спустил с лестницы». Сопровождавшие стряпчего люди попробовали вновь Ь0ДемкинА.В. Указ. соч. С. 117–119. 61 Гордон П. Указ. соч. С. 107–108.