– Скандал уже устраивается, – оскалился эльф. – Именно в данный момент Повелитель темных эльфов предъявляет вашему королю ультиматум в связи с похищением члена королевской семьи.
– А я‑то тут при чем? – искренне удивился герцог.
Он изо всех сил старался не двигаться, чтобы опять не порезаться.
– Ну как же? – делано удивился Флэсс. – Ты украл и почти три недели незаконно удерживаешь ненаследную принцессу Темных земель и приемную дочь Повелителя Дериону.
– Не понимаю, о чем речь. – Фаримель был опытным придворным, а потому у него даже голос не дрогнул.
– Вурд, – угрожающе процедил эльф, теряя терпение. – Я не намерен сейчас разводить с тобой политес. Так что либо ты ведешь меня к Ри немедленно, либо ты умираешь, а я иду искать сестру сам.
– Не надо. – Герцог наконец осознал, что Флэсс не шутит. – Я все сделаю…
Вурд, тяжело дыша, повел темного ко входу в подземную часть особняка. Он незаметно поглядывал по сторонам, постепенно раздражаясь. Почему не встретился ни один из наемников, когда они так нужны?! Впрочем, вскоре на их пути попались трое охранников. Абсолютно и бесповоротно мертвые, на что указывали страшные рваные раны на шеях. Вурд вспомнил, что в компании у Дерионы водился еще и оборотень, и скрипнул зубами от злости.
У входа в подземелье они встретились с заляпанными кровью оборотнями. Теперь герцог окончательно осознал, что помощи ждать неоткуда. Затрясся и попытался сползти по стенке, но Флэсс рывком поставил его на ноги.
– Будешь себя плохо вести, – ехидно оскалился темный, толкнув Вурда в спину, – я тебя отдам этим милым котикам, они еще не наигрались.
Оборотни согласно кивнули и, обнажив клыки, ухмыльнулись. Фаримель побледнел и схватился за сердце. Флэсс, правда, игрой не впечатлился, потому герцогу пришлось быстро приходить в себя и топать в подземелье. В коридоре первого подземного этажа они встретили Веирлисса.
– На каком уровне наша сестра? – Флэсс грубо толкнул замешкавшегося Вурда в спину.
– На третьем, – буркнул тот, лихорадочно соображая, что можно сделать в такой ситуации. В голову ничего не приходило.
– Тогда не задерживаемся, – криво усмехнулся Веирлисс, и они помчались вниз.
На третьем уровне подземелий Фаримель без понуканий остановился перед одной из дверей и достал из кармана ключ.
– Я сам! – Флэсс выхватил ключ из рук герцога и примерился к замочной скважине. – Братец, глянь, чтобы эта мразь ничего не учудила.
Наконец дверь открылась, и глазам мужчин предстала удручающая картина. В центре едва освещенного помещения на кровати лежала девушка. Бледная до синевы, кожа такая тонкая, что казалось – дотронься, и она порвется. Грудь Ри едва заметно вздымалась и опадала.
– Она умирает, – печально прошептал Веирлисс. – Я не знаю, успеем ли мы…
– Должны успеть! – рыкнул вернувший человеческий облик Керрин, которого в данный момент совершенно не заботило отсутствие одежды.
– Вечные! – выдохнул подошедший Карим, склонившись над девушкой. – Что он с ней сделал?!
Мужчины столпились около кровати, с тревогой всматриваясь в заострившиеся черты.
Меж тем герцог решил, что пора бежать, и бочком направился к выходу. Но Веирлисс не упускал его из вида.
– Постой пока так. – Наследник темных щелкнул пальцами, отчего Фаримель замер в неестественной позе, и повернулся обратно к кровати.
– Темный, дай свой черный нож, – наконец, нарушил тишину Керрин.
– Ты же не собираешься?.. – начал было Флэсс, но друг его перебил.
– Дай, я сказал, – процедил оборотень. – Я знаю, что делаю.
– Ты уверен? – присоединился к разговору Лиант и накинул на плечи брата куртку одного из охранников. – Это навсегда. Ты привяжешь себя к ней!
– Предлагаешь дать ей умереть? – отозвался Керрин, принимая из рук Флэсса темный кинжал.
– А если она тебя не выберет? – поинтересовался Карим. – Что будешь делать тогда?
– Не твое дело, – пробурчал младший барс и сделал аккуратный надрез на ладони. Потом осторожно взял безвольную руку девушки и легонько ее поцарапал. Выступила всего пара капель крови, но ему этого было достаточно. Мужчина сжал кровоточащей ладонью хрупкую ладошку Ри и, наклонившись к губам девушки, выдохнул несколько слов. Тело Дерионы выгнулось дугой, а потом упало обратно на простыню. Керрин легко поцеловал девушку в губы и с мольбой в голосе выдохнул:
– Только живи!
Глава 17Уродливая изнанка красивой маски
Сон мягко баюкал девушку в своих объятиях. На смену кошмарам, где мерзкий Вурд тянет к ней свои вонючие руки и не встречает никакого сопротивления, пришли легкие и светлые сновидения о забытом детстве. Там у Ри были родители, а сама она была бесконечно счастлива. Время от времени в сны врывались смутно знакомые голоса, побуждая в девушке вялое желание открыть глаза. Но те почему‑то открываться не хотели, и Дериона опять окуналась в волшебные грезы.
Вот и сейчас девушка, словно через вату, слышала эти самые голоса и даже понимала, что именно они говорят.
– Ты собираешься ей сказать? – настойчиво спрашивал один голос.
– Собираюсь, – отвечал второй.
– Юлишь, я же чувствую, – сокрушался первый и менял тактику: – Хорошо, спрошу по‑другому. Когда ты собираешься это сделать?
– Как только придет время, – лаконично отвечал ему второй.
– Ну, знаешь… – обиделся первый голос. – Тогда я сам ей расскажу. Она имеет право знать!
– Только попробуй! – угрожающе зашипел второй и вдруг рыкнул: – А вы чего смотрите? Немедленно пообещайте мне, что будете молчать!
– Ты делаешь глупость, брат, – тихо заговорил третий голос. – Но… Это действительно только твое дело.
И Ри опять погрузилась в объятия сна.
Однажды те, кого девушка называла родителями, но чьи лица никак не могла запомнить, обняли ее и, прошептав: «Тебя там ждут, возвращайся», попросту растаяли. В тот же момент Дериона открыла глаза, и первое, что она увидела, это кресло рядом с кроватью, в котором спал помятый Флэсс. Немного, насколько хватило сил, приподнявшись на локтях, Ри разглядела, что под креслом, положив голову на лапы, спит снежный барс. Девушке хотелось петь и смеяться, но сил хватило лишь на бледную тень улыбки. Они ее нашли! И тут же стало стыдно – а она сомневалась в них, поверила Вурду…
– Ребята, – сипло позвала Ри, попутно удивившись, как трудно ей говорить.
Первым проснулся барс. Он вылетел из‑под кресла, поставил лапы на кровать и, лизнув девушку в щеку, пулей умчался из комнаты.
– Ну и напугала ты нас, сестренка, – сонно улыбнулся Флэсс и от души потянулся. – Знаешь, сколько ты тут уже лежишь? – Дериона открыла было рот, но темный замахал руками. – Молчи, тебе нельзя разговаривать! Месяц, Ри. Целый месяц! У нас даже снежные барсы, как те волки, научились на луну выть.
В коридоре послышался шум, и вскоре в комнату девушки одновременно вломились Лиант с Веирлиссом, за ними показался Карим. А еще через минуту на всех парах влетел запыхавшийся Керрин, торопливо застегивающий рубашку.
– Ри, наконец‑то! – Младший оборотень осторожно присел на кровать, стараясь не прикасаться к еще очень слабой девушке. – Сейчас ты измучена… Но когда поправишься, я тебе устрою! Как ты могла подумать, что мы тебя не спасем!
– Керрин, ты бы извинился, – буркнул Лиант, останавливаясь у изголовья кровати. – Мы ведь сначала действительно поверили, что ты, Ри, умерла… И если бы не Иранэль…
– То мы узнали бы правду на три дня позже, – улыбнулся Веирлисс и погрозил девушке пальцем. – Но, боюсь, тебя спасти уже не успели бы… – погрустнел наследник темных.
– Спасибо, – прошептала она и почувствовала, как глаза заволокла пелена слез, которые девушка поспешно сморгнула. – Такие друзья, как вы, – лучший подарок, который сделали мне Вечные за всю жизнь.
– Мы, наверное, пойдем, – засуетился Флэсс, с тревогой посматривая на бледное личико сестры. – Тебе надо отдохнуть.
– Нет! – взмолилась Ри. Ей совсем не хотелось оставаться одной. – Не уходите, пожалуйста… Лучше расскажите, что происходило, пока я…