– Добрый день! – поздоровался с банкиром Магомедов.
– Добрый, коли не шутишь, – снисходительно ответил на приветствие гостя Аркадий Вацлавович. – Проходи, садись…
Арчил подошел к столу, однако не сел на стул, а повернулся и недовольно посмотрел на банкира Желобжинского.
– Аркадий Вацлавович, – произнес он, – ты что это голубых себе в охрану набрал?
Желобжинский удивленно глянул на своего незваного, но тем более опасного гостя.
– Что ты мелешь, Арчил, отличные мужики! – недовольно возразил он.
– Ну так чего они меня так лапали? – усмехнулся кавказец. – Хотели другой ствол найти в моих трусах?
– Это обычная процедура, – парировал банкир. – Так досматривают всех, кто входит в мой кабинет.
Магомедов вскинул брови.
– Ты кого-то боишься? – мягко спросил он. – Может, меня?
– Нет! – гордо вскинув подбородок, ответил Аркадий Вацлавович. – Я никого не боюсь! Ни тебя, ни черта, холера ясна! Правила есть правила, и они – одни для всех! Ты это прекрасно знаешь, – грубо заявил Желобжинский и тут же более спокойным тоном добавил: – И вообще, Арчил Ашотович, давай не будем тратить драгоценное время на пустую болтовню.
Глаза кавказца вспыхнули злым огоньком, но Арчил Ашотович сдержался. Он страстно желал отомстить за смерть старшего брата. Убийцы больно задели гордость вольного сына гор, а позора Арчил Ашотович не мог пережить. Однако, чтобы рассчитаться с бандой Князя, у Магомедова было мало сил, а посему ему необходим был союзник. И таким союзником мог стать генеральный директор банка «Северное сияние» со своими людьми.
Арчил Магомедов недолюбливал этого лощеного щеголя, но выбирать приходилось из двух зол, и меньшим был банкир.
– Если вы хотите получить наши каналы сбыта, то нужно объединить наши усилия, – сразу же перешел к делу начальник охраны.
Банкир улыбнулся.
– А разве мы против? – ответил он.
– Не против, это еще не «за», – мягко, но решительно возразил Арчил Ашотович. – Необходимо дать отпор нашим, а теперь, я думаю, скорее вашим конкурентам, – продолжил Арчил Магомедов.
Для хозяина кабинета разговор был неинтересным и попросту тягостным. Однако, как умный и опытный политик, Аркадий Вацлавович Желобжинский изобразил на своем лице добродушную улыбку.
– Нужно подумать, – уклончиво сказал он, хотя для себя давно уже решил не вмешиваться ни в какие разборки, пока проблема не коснется лично его или интересов банка «Северное сияние». – Такие дела так просто не решаются. Соберем правление банка, взвесим, покумекаем…
Арчил Магомедов недовольно посмотрел на собеседника, однако не стал его торопить, прекрасно понимая, что может спугнуть потенциального союзника.
– Подумай, Аркадий Вацлавович, – спокойно согласился коренастый кавказец, – только не тяни с этим, а то ведь конкуренты дремать не будут.
– Разумеется, – пообещал Аркадий Желобжинский, – постараемся как можно оперативнее решить все поставленные вопросы.
Гость и хозяин сухо распрощались, явно недовольные друг другом…
Аркадий Вацлавович полагал, что связываться с кавказцами в данный момент не в его интересах, и был уверен, что сможет договориться с питерскими и московскими криминальными структурами полюбовно. Однако он не хотел брать на себя всю ответственность, а посему решил подстраховаться и позвонить своему патрону в Москву. Набрав заветный телефонный номер, Желобжинский замер в ожидании.
– Слушаю… – раздался через некоторое время сухой мужской голос.
– Добрый день, Викторович! – поздоровался банкир. – Это Желобжинский.
– Думаю, Аркаша, что он не очень добрый, если ты отрываешь меня от дел, – заметил кремлевский чиновник.
– Да нет, все нормально, – сказал Желобжинский, – просто хочу посоветоваться.
Москвич устало вздохнул.
– Ладно, в чем проблемы? – поинтересовался он и тут же предупредил: – Только в двух словах, у меня нет времени.
Аркадий Вацлавович изложил ситуацию.
– Дело серьезное… Но нам выгодно, чтобы они облажались, – сухо сказал босс. – Пусть предстанут перед Президентом во всей своей красе. Да и премьера не очень-то порадуют произошедшие события.
– Дело понятное, – сказал банкир, – выборы на носу.
– Вот именно на носу, – согласился собеседник, – и от того, кто будет у руля кремлевского корабля, зависит наша с тобой судьба. Усек?
– Понял, Викторович! – ответил банкир.
– Однако принимай решение на месте, – подытожил короткий разговор хозяин. – Меньше светись, а весь негатив скинь на людей нашего конкурента.
Господин Желобжинский тряхнул головой, словно хотел боднуть невидимого собеседника.
– Хорошо! – произнес он.
– Это все?
– Да!
– Да, чуть не забыл, – сказал Викторович, – ты пополнил мой счет?
– Разумеется! – горячо заверил банкир своего шефа. – И питерский, и московский.
– Зря ты это сделал, Аркаша, – жестко произнес Викторович. – Я бы спокойнее себя чувствовал, если бы знал, что деньги в надежном банке.
Аркадий Желобжинский позволил себе улыбнуться.
– Викторович, мой банк надежен! – похвастался он.
– Это потому, что я еще сижу в своем кресле, – сказал москвич.
– И будете сидеть… – хотел подсластить концовку разговора хитрый лис, однако вышло наоборот.
– Типун тебе на язык! – сплюнув, раздраженно воскликнул собеседник.
– Простите, я имел в виду… – принялся оправдываться петербуржец, но Викторович не стал выслушивать его объяснений и извинений.
– Ладно, Аркаша, все на этом, – жестко произнес высокопоставленный чиновник. – Держи меня в курсе дел!
– Хорошо, – подобострастно пообещал банкир, однако на связи уже звучали короткие гудки. Аркадий Желобжинский положил трубку и, достав сигару, задумчиво прикурил ее. А задуматься было над чем: если он проколется, то патрон не поможет, а даже еще и подтолкнет в пропасть…
Глава 4
Слепой отправился в кафе «Золотой якорь», в котором ему по стечению обстоятельств уже приходилось бывать. Войдя в небольшое, но уютное помещение, секретный агент ФСБ окинул его внимательным взглядом.
Молодой белобрысый официант лет двадцати с небольшим вышел из подсобного помещения, держа на руке поднос с заказом.
За барной стойкой размешивал коктейли смуглый мужчина лет сорока с аккуратно подстриженными черными усиками.
Слепой подошел к стойке и заказал сто граммов коньяка.
Бармен ловко налил стопку, нацепил на край рюмки ломтик лимона и поставил рюмку на блюдечко.
– Прошу, – произнес мужчина. – Что-нибудь еще?
– Да нет, благодарю! Хотя, может, вы мне подскажете, где Борис?
– А сегодня не его смена, – сообщил бармен, – он завтра работает!
Глеб Петрович изобразил на лице озадаченность и разочарование.
– Завтра? – переспросил он.
– Да, – подтвердил бармен, – мы меняемся через два дня.
Сиверов недовольно вздохнул.
– Вот зараза! – тихо, но так, чтобы его услышал смуглолицый собеседник, прошептал он. – Просчитался! А я думал, что сегодня его смена.
– А что, он вам срочно нужен? – протирая салфеткой бокал, поинтересовался бармен.
Глеб Петрович неопределенно покачал головой:
– Да как вам сказать…
Бармен понимающе улыбнулся.
– Ну, если он вам нужен, – сказал он, – то я могу дать номер его сотового телефона.
– Да телефон его я знаю, – солгал Слепой, – но некоторые вопросы по телефону не решаются.
– Понимаю… – кивнул бармен и с удвоенной энергией занялся своей работой.
Возможно, на том разговор и закончился бы, но тут раздался громкий хлопок. Слепой и бармен поспешно повернулись и увидели, как белобрысый официант, столь неуклюже откупоривший бутылку шампанского, виновато извиняется перед пожилой парой.
– Вот дебил! – тихо проскрежетал ровными зубами бармен. – И берут же таких теперь на работу.
– Практикант? – поинтересовался Глеб Петрович.
– Да нет, – протяжно вздохнув, разоткровенничался работник кафе, – хуже! Римас – никто!