— Салют! Что нового?
Уоппи подал знак бармену принести еще стакан.
— Спрашиваешь! — ответил он. — Ты газеты-то читал?
— Там ничего нет, — возразил Эдди.
Бармен принес стакан. Эдди поздоровался с ним кивком головы и принялся за скотч.
— Подожди вечерние выпуски. Помнишь эту шкуру, которая промышляет грязными делишками для всяких крыс? Хени? Ну так вот: он наведался в курятник.
— Как это может быть? С каких пор он стал доносчиком?
— Страховая компания предложила за колье крупную сумму, и ему захотелось получить ее. Он сказал фликам, что Бели интересовался бриллиантами. Те перерыли весь город, но Бели не обнаружили. Они решили, что это он с Рили похитили малышку. Это хорошо для нас, а?
Эдди улыбнулся.
— Спрашиваешь!
— Феды взяли дело в свои руки. Они нагрянули к Блэндишу, и теперь его вилла кишит фликами. Будь осторожен, смотри, чтобы у тебя не увидели ружья.
— Я оставлю его дома. Сейчас пойду позвоню Блэндишу, а потом смоюсь. Будет хорошо, если мы вернемся вместе.
— Заметано. А как поживает рыженькая? — спросил Уоппи. — Я бы не прочь познакомиться с ней поближе.
— Не советую, — предостерег его Эдди. — Мамаша вышла на тропу войны. Она не хочет, чтобы кто-нибудь трогал девочку. У нее свой план.
— Бывают случаи, когда в ее поступках нет ни малейшего смысла. К чему держать в хижине такую куколку, если нельзя ею воспользоваться?
— Если ты хочешь ответа, то вот он: миллион долларов. — Эдди улыбнулся.
Он направился к телефонной будке, но на ней висело объявление о том, что телефон не работает. Другая, он знал, находилась в закусочной напротив. Эдди вышел и остановился на краю тротуара. Пропуская машины, чтобы перейти улицу, он заметил на автобусной остановке молодую женщину. Как и все красивые женщины, она моментально обратила на себя его внимание. Ее броская, вызывающая красота притягивала Эдди, и он задержал на ней взгляд. В ней чувствовался секс, и ему понравился шик, с которым она носила платье.
«Настоящий персик, — подумал он, — неплохо бы оказаться с ней вдвоем в уединенном местечке».
Он перешел улицу, вошел в закусочную и заперся в телефонной кабине. Там, приложив носовой платок к трубке, набрал номер телефона, который дала ему мисс Блэндиш.
Ждать пришлось недолго.
— Алло! — с беспокойством откликнулся мужской голос. — У телефона Джон Блэндиш. Кто со мной говорит?
— Выслушай меня хорошенько, дружок! — Эдди старился говорить хрипло. — У нас твоя дочь. Если хочешь ее увидеть, скажи фликам — пусть прекратят ее поиски. Мы хотим миллион долларов. Подбери всю сумму в старых купюрах, не больше чем по сто долларов, и положи все в белый чемодан. Тебе завтра позвонят, чтобы скачать, куда его отправить. Усек?
— Да. — Голос Блэндиша был тусклым и настороженным. — Как она себя чувствует?
— Кожа цела, и будет цела до тех пор, пока ты не сделаешь то, что тебе говорят. Если начнешь лепить горбатого, у нее будут неприятности. Ты достаточно взрослый, чтобы понять, что с ней сделают до того, как ликвидируют. Все зависит от тебя, дружок. Делай то, что тебе говорят, и твоя девочка будет в порядке. Если же нет, она будет немного другой, когда ты ее найдешь, и… разумеется, мертвой.
Он повесил трубку и вышел из закусочной. Торжествующая улыбка играла на его губах.
Перед тем как перейти улицу, он остановился. И снова заметил ту же блондинку, которая все еще ждала своего автобуса. Она кинула на него быстрый взгляд. Эдди приосанился, поправил галстук. Нет необходимости бежать докладывать новости Мамаше. Молодая женщина направилась в его сторону. Когда она проходила мимо, к ногам Эдди упал маленький кусочек картона. Он проводил взглядом ее соблазнительно виляющие бедра, потом поднял карточку. На ней было написано:
«243, Палас-отель, Вест».
Удивленный, он сдвинул шляпу на затылок. Потом увидел, как она садилась в такси. Сунув карточку за браслет часов, Эдди вошел в закусочную. На сегодня у него было слишком много дел. Может, он и нанесет ей визит, но в другой раз.
— Дело сделано, — объявил он Уоппи, — смываемся отсюда.
Уоппи допил свой скотч, заплатил бармену, и оба направились к «бьюику». Около них остановился какой-то «форд». Двое сидящих в нем с подозрением смотрели на Эдди и Уоппи.
— Феды, — прошептал Уоппи одними губами.
Эдди вынул ключ и отпер дверцу «бьюика». Холодный пот выступил у него на лбу. Они сели в машину, стараясь казаться равнодушными, что давалось им с огромным усилием. Двое из «форда» не спускали с них глаз. Эдди нажал на стартер, и «бьюик» медленно влился в поток маптин на улице.
— Только не оглядывайся! — предупредил Эдди.
Через несколько минут оба с облегчением перевели дух.
— Эти прохвосты заставили меня попотеть, — признался Эдди. — Чем меньше я имею с ними дела, тем лучше себя чувствую.
— Кому ты это говоришь?! — воскликнул Уоппи возбужденно. — Город наводнен ими.
Они подъехали к дому как раз в тот момент, когда Флин вылезал из «доджа». Втроем они прошли в комнату Мамаши.
— Ну как? Удачно? — спросила она у Флина.
— Да, как по маслу, — ответил тот. — Поблизости не было ни одного кота. Мне даже не пришлось выходить из машины. Он подошел, чтобы наполнить бак, а когда закончил, я пустил пулю. Вот и все.
Мамаша кивнула ему и перевела взгляд на Эдди.
— Все в порядке. Он предупрежден, — доложил Эдди. — А в городе полно федов, Мамаша. Охота уже началась. — Он бросил на стол газету. — Тут нет ничего, чего бы мы не знали. Хени донес, что Бели интересовался ожерельем. Теперь флики разыскивают его, так же как и Рили.
— Все точно так, как я и предвидела, — удовлетворенно сказала Мамаша. — Пока они не раскопают тех двоих, мы будем в безопасности. Ребенок пока ведет себя хорошо.
— Когда малышка вернется домой, все пойдет иначе, — заметил Эдди с озабоченным видом. — Она начнет говорить.
— А что тебе дает основание так думать? — спросила Мамаша.
— Это естественно… Такая красивая девочка. А все равно обидно!
— Они сходят с ума по этой девчонке! — с негодованием воскликнул Флин. — Нужно думать о своей шкуре!
— Кто же этим займется? — забеспокоился Эдди. — Во всяком случае — не я.
— И не я, — вставил Уоппи.
— Док сделает ей укол, пока она будет спать, — объявила Мамаша. — А если не он, то я сама займусь этим.
Эдди сел и налил себе вина.
— Слушайте, Мамаша, я хотел бы взглянуть на ожерелье. У меня еще не было возможности рассмотреть по вблизи.
— Оно в сейфе, — солгала Мамаша. — Я тебе его покажу в другой раз. — И чтобы переменить тему, спросила: — Кто же из вас приготовит обед, бездельники?
Уоппи встал.
— О, проклятие! Опять мы будем есть спагетти! — простонал Эдди. — А ты не можешь приготовить жаркое?
Флин рассмеялся.
— С таким же успехом, как и ты, дружок.
Эдди покачал головой и пожал плечами с покорным видом.
— Кто нам здесь нужен, так это женщина.
— Утро вечера мудренее, — сухо заметила Мамаша. — Иди, Уоппи, действуй!
Эдди вытащил из-за браслета карточку и снова прочел адрес. Он решил навестить девицу сегодня же вечером. Переворачивая карточку, заметил несколько слов, написанных от руки.
Он прочел написанное и с проклятием вскочил на ноги. Женским почерком было выведено:
«Что вы сделали с Франком Рили?»
Где-то часы пробили одиннадцать, когда «бьюик» подъехал к «Палас-отелю». Эдди и Флин вышли. Уоппи остался в машине.
— Не двигайся никуда отсюда, — сказал Эдди. — Если увидишь фликов, помотайся вокруг квартала и возвращайся сюда. Ты можешь нам скоро понадобиться.
— Не хотел бы я быть на вашем месте, — заявил Уоппи, закуривая.
Эдди и Флин быстро прошли в холл отеля. Пожилой человек дремал за конторкой. Почувствовав приближение Эдди, он открыл глаза.
— Вам нужна комната? — с надеждой спросил старик, вставая с места.