Он издал звук, похожий наполовину на смех, наполовину на рыдание.«А как еще это должно закончиться? Я уже мертв».
Маг протянул руки, выпустив вперед широкий круг огня, но Евангелина уже двигалась. «Назад, Ваше Преосвященство!», крикнула она, надеясь, что Верховная Жрица услышит. Она бросилась навстречу струе пламени, чувствуя, как оно обжигает ее щеки, и направила меч на его грудь.
У нее была своя сила, та же сила, которой обладали все храмовники. Сила, которую боялись маги. Как только меч коснулся его, он направила ее вперед, чувствуя, как она вливается через нее в ее оружие. Поток маны мага прервался, последовала яркая вспышка, и магическое пламя погасло.
«Сволочь!», крикнул он, отступая пошатываясь. Там, где была дырка, на накидке проступила кровь. Он провел по ней пальцами, шокировано смотря на кровь, будто бы ее не должно там быть. Потом он посмотрел на Евангелину, и его лицо исказилось слепой яростью.
Она кинулась на мага, поняв, что он собирается сделать, но было уже поздно. Кровь на его руках закипела и испарилась, когда он начал вытягивать манну прямо из нее. Кровь на его грудной клетке задымилась, и его глаза зажглись темной и зловещей силой.
Евангелина почувствовала, как ее ударила волна силы, прежде, чем она дотянулась до него. Она попыталась привести в действие защитную ауру, но его магия разбила ее, как стекло. Она выбила из нее дыхание, и она почувствовала, как ее отбросило назад. Она рухнула на мраморный пол, перекувыркнувшись через себя пару раз, скользя по полу. Ее голова ударилась об что-то жесткое.
Чувствуя, как мир кружится вокруг нее, она попыталась подняться, но, казалось, ее руки не хотят ее слушаться. Крики в бальной зале были оглушительными, казалось, они шли отовсюду. Она так же слышала крики стражников, старающихся войти в бальную комнату, но их останавливала толпа дворян, пытавшихся выбраться из комнаты. Где-то позади нее кричали жрицы, умоляя Верховную Жрицу бежать.
Евангелина почувствовала сильный порыв огня, прежде чем пламя ударило ее. Она едва смогла еще раз вызвать свою ауру, и на этот раз защита выдержала. Но даже так, она прогнулась под натиском, и боль от огня, ожегшего ее кожу, была агонизирующей. Она закричала. Ее зрение помутилось, и она почувствовала, как уходят последние остатки силы внутри нее.
Прошло мгновенье, а может и несколько часов, когда Евангелина вновь открыла глаза. Она сидела, согнувшись, на полу, защищая голову покрывшимися волдырями от ожогов руками. Меча не было. Наверное, она уронила его на пол. Воздух был наполнен едким запахом дыма – что-то в бальной комнате загорелось, и огонь быстро распространялся. Паника усилилась, достигнув такой крайней степени, что гости пытались выбраться любым способом, которым могли. Кто-то бросил стулья в одно из окон, и оно разбилось с оглушающим звоном.
Потом она перевела взгляд наверх и увидела пару черных сапог. Они принадлежали магу, и он шел по направлению к Жрице. Ее головной убор упал, но ее красную робу можно было без труда различить даже через дым. Она отступала до дальнего конца зала, зажатая к стене, как животное, загнанное в угол. Она настороженно смотрела, как маг приближается к ней, отказываясь поддаваться страху, как остальные.
Евангелина увидела сжал руку в кулак, вокруг которого начала собираться сила «Они уже бояться нас», зарычал он. «Пусть теперь у них появится повод».
С громким криком, Евангелина заставила себя подняться. Сжимая зубы, чтобы превозмочь боль, она бросилась на мага и едва поймала его за накидку. Когда она толкнула его назад, он попытался развернуться, и дрожащие руки направили поток огня нестись наверх. На мгновенье показалось, что весь потолок был смыт красными и черными полосами, море огня которое, распространяясь, вздымалось и кипело.
Она с силой толкнула мага на пол. Он зарычал на нее, пытаясь оттолкнуть от себя. Одна рука схватила ее за лицо, и она почувствовала, как его пальцы вонзаются в глаза, но отказалась прекратить борьбу.
Кулак в латной рукавице ударил мага по лицу – один, два, три удара…и потом, что-то треснуло. Она остановилась. Бальная зала была еще в огне, но это был не пламя, вызванное магом. Он лежал неподвижно, его лицо превратилось в кровавое месиво, а пустые глаза смотрели на ее в молчаливом упреке.
И потом все потемнело.
Когда Евангелина пришла в себя, она обнаружила, что сидит на полу террасы за бальной комнатой. Обычно, это было место, куда гости выходили, чтобы подышать вечерним воздухом, обителью спокойствия, но сейчас здесь царил хаос. Масса людей кружила по террасе, некоторые рыдали на земле, другие кричали. Дама в оборванном платье бродила неподалеку, почти в истерике выкрикивая мужское имя. Толстый мужчина в дорогом испачканном кровью пиджаке сидел на земле, пока стражник пытался обработать его раны. Она заметила, как где-то вдалеке городской стражник бегает во дворец и обратно, отчаянно пытаясь восстановить порядок.
Как долго она была здесь? Была ли Верховная Жрица в безопасности? Было сложно разобраться все еще пребывая в замешательстве в море незнакомых голосов. Она попыталась встать на ноги, но внутри нее резко ударила боль. Сжав зубы, она откинулась назад и постаралась сохранить сознание.
Из окон дворца клубился дым, пожарная команда с ведрами только прибыла. Если им повезет, они разберутся с пожаром до того, как сгорит половина дворца. Если это случится, Императрица будет хуже, чем просто недовольно, когда вернется из Халамширала.
Конечно, если Императрица сама не была участницей заговора, напомнила себе Евангелина. Ее отсутствие в ту самую ночь, когда маг проникает во дворец и нападет на Жрицу казалось больше, чем просто совпадением. Если дело было так, храмовники мало, что могли сделать. Если нет, то кто-то заплатит. На нее нахлынул еще один порыв кашля, и зрение затуманилось.
«Вы в порядке, Рыцарь-Капитан?» спросил ее кто-то.
Ей пришлось моргнуть несколько раз, прежде чем она узнала Лелиану, рыжеволосую женщину, с которой она тогда разговаривала. Она села на колени возле Евангелины с выражением искренней заботы на лице.«Что?» беззвучно спросила Евангелина, чувствуя как ее разум словно пребывает в тумане. Она потерла лоб, и только тогда поняла, что волдыри на ее руках исчезли. Кожа была здоровой.
Обнадеженная Лелиана улыбнулась. «Прибыли маги. Я попросила одного из них вылечить вас, но боль останется. вы надышались огромным количеством дыма, я думаю. Я была обеспокоена… »
«Я в порядке. Спасибо». Евангелина помотала головой. Крики вокруг нее стал отчетливее, мир как будто бы сосредоточился. «Великая Верховная Жрица…она не пострадала, нет? Она выбралась?»
«Выбралась. Ее увели в безопасное место». Евангелина с облегчением вздохнула. Значит, одной проблемой меньше.«Я хочу поблагодарить вас», сказала Лелиана. «Мне следовало быть там. Если бы что-то произошло с Джустинией, пока меня не было, я бы никогда не простила себя».
"Я понимаю"
«Я хочу, чтобы вы знали, Ее Преосвященство тоже весьма благодарна. Если вам что-то нужно…»
Евангелина кивнула, но не могла заставить себя еще на что-то. Удовлетворенная ее состоянием, Лелиана пожала ее плечо и ушла. Уже прибывали храмовники. Порядок восстанавливался. Глубоко вздохнув, она встала на ноги и поправила доспехи. Несмотря на исцеляющую магию, ей казалось, что ее кости покрытии синяками, а легкие наполнены копотью.
Магия не может все, напомнила она себе.
Dragon age: Asunder / Раскол 3
Перевод с английского на русский
Риз сидел в передней личного кабинета Рыцаря-Командора, ожидая неизбежного вызова.
Это была пустая комната из серого камня, мебелированная лишь парой деревянных стульев, единственным достоинством которой служило огромное окно с выступом на дальней стене комнате. Оттуда открывался полный вид на Вал-Руайо, виден был даже Портовый район на берегу моря. Это был великолепный вид столицы, который доводилось лицезреть лишь немногим магам; их редко допускали до верхних этажей Шпиля – конечно, если только происходило что-то плохое.