Информационная война — реальный фактор геополитики. К сожалению, этот фактор недооценивается политической элитой России. И в этой недооценке — корень очень важных нерешенных проблем современной России.
Операцией в Южной Осетии Россия продемонстрировала три вещи. Первое: она показала, что ее армия способна осуществлять успешные операции, в чем сомневались многие зарубежные наблюдатели. Второе: русские показали, что могут побеждать натренированные американскими советниками силы. И третье: Россия показала, что США и НАТО находятся не в той ситуации, чтобы вмешиваться в конфликт в военном плане.
Одной из главных проблем при разработке стратегии использования армии в военных действиях является унифицирование техники, определение основных направлений совершенствования теории и на ее основе — требований к личному составу, подковки кадров, в том числе организации их обучения — как в содержательном плане, так и в техническом и технологическом. Не дай бог снова вступить в боевые действия с тем, что имеем. В Российской армии должны быть разработаны собственные рекомендации по ведению боевых действий в горно-пустынной местности, при десантировании на необорудованное побережье, созданы боевые уставы, учитывающие особенности проведения боевых и миротворческих операций.
Главный урок: сегодня невозможно воевать успешно, если основные параметры систем связи Сухопутных войск, ВВС и ПВО, ВМФ, РВСН, Космических войск не совпадают. Руководству Вооруженных сил РФ необходимо немедленно приступить к решению проблем сопрягаемости, морских, сухопутных и воздушных средств связи и управления, привести их к основным параметрам, позволяющим использование стратегических, оперативных, тактических АСУВ. Необходимо заняться сопутствующей проблемой — состыковкой топографических основ морских и общевойсковых карт.
Серьезным просчетом является полная зависимость всех средств поражения — ВВС, ВМФ, СВ (самолетов, вертолетов, кораблей, танков, артиллерии, РСЗО, высокоточных боеприпасов, крылатых ракет) от навигационного обеспечения. Российской армии необходимо развертывать собственную группировку, сопряженную с морской, воздушной и наземной составляющими и способную обеспечить навигационными данными — морскими, воздушными, сухопутными элементами, средствами ядерного сдерживания — и навигационные системы в оперативном и тактическом звене. Назрела необходимость вводить в действие новую навигационную систему оперативного обеспечения, которая в настоящее время находится в зачаточном состоянии.
Следует полностью оснастить Российскую армию приемниками Глобальной навигационной спутниковой системой (ГЛОНАСС). И прежде всего полностью развернуть орбитальную группировку спутников ГЛОНАСС. В настоящее время на орбите находится 13 спутников. Для бесперебойного же покрытия территории России их нужно как минимум 18, а для покрытия всего мира — 24. Такое количество аппаратов обеспечит круглосуточное нахождение четырех спутников над одной и той же территорией, что обеспечивает точное определение координат. Необходимо обеспечить армию переносными и стационарными приемниками. Это для России технологическая проблема. У нас есть только опыт проектирования чипов с технологией 0,18–0,13 мкм. Приемники на таких компонентах, даже если они и есть, не могут обеспечить столь же точных характеристик, как современные GPS-приемники. Требуется изготовить ГЛОНАСС-чип по технологии 0,09 мкм.
Решением Президента должны быть созданы Информационные войска (аналогов которых в мире до сих пор не имеется), в составе которых государственные средства массовой информации, военные СМИ. Цель Информационных войск — создание нужной России реальности. Их задача — формирование нужной реальности в общественном сознании, психологическое подавление противника, информирование и дезинформирование, нарушение информационных сетей противника и защита своих. Видимо, российскому руководству и руководству Российской армии следует начать работу по созданию новой службы или даже рода войск — информационных с учетом уроков прошедшей войны.
Существующие системы разведки, связи, управления необходимо адаптировать из аналоговой в цифровую, а в последующем, возможно, на нанотехнологии. С учетом этого фактора войны в Российской армии с переходом на цифровые технологии необходимо приступить к разработке «оперативно-тактических центров организация огня», но в программу управления внести корректировку и реакцию на информацию, получаемую по данным наземной разведки и подразделений и частей сухопутных войск.
Все возрастающее значение разведки — на поле боя. Разведывательная информация всех сил и средств должна немедленно доводиться до частей и подразделений на поле боя. Опыт ведения разведки в Кавказской войне показывает всю несостоятельность решения об изъятии рот Р и РТР из состава ОРБ мотострелковых (танковых) соединений и передаче их в состав отдельных батальонов РЭР и РЭБ. Ведение радиоразведки для подавления радиоэлектронных средств противника не совпадает по целям и задачам с разведкой для получения и накопления информации. Силы и средства РЭБ работают в основном по схеме: «обнаружил — определил ценность — подавил», а зачастую просто «обнаружил-подавил». Поэтому разведывательные сведения, получаемые начальником разведки дивизии, полка по взаимодействию с начальником службы РЭБ, не систематизированы, носят отрывочный характер и не могут быть безоговорочно использованы. Разведывательная информация всех сил и средств «снизу» должна немедленно доводиться до частей и подразделений на поле боя.
Усиливающие значения оперативной и тактической маскировки и скрытности, как одного из основных видов боевого обеспечения. В условиях поставки в Грузию натовской и израильской систем электронной и оптической разведки и приближение ТТХ тактических средств к максимальным дальностям этой разведки, соблюдение оперативной и тактической маскировки и скрытности становятся стратегической задачей наступающих и обороняющихся войск.
Анализ реальных боевых действий российской авиации позволил сделать вывод о том, что отсутствие армейской авиации и излишняя или завышенная оценка действенности авиации, даже в условиях абсолютного превосходства в воздухе, не может служить гарантией решительного поражения противника. И не может сломить его волю, и уничтожить возможности для продолжения им активного вооруженного сопротивления. Кроме того, конфликт снова показал, что необходимо срочное и обязательное оснащение всех штурмовиков и боевых вертолетов ВВС России современными комплексами защиты от ракет современных переносных зенитных комплексов. Без этого авиация непосредственной поддержки войск обречена на потери в любой операции.
Исходя из опыта войны на Кавказе, можно полагать, что включение армейской авиации в состав ВВС и ПВО было ошибочным решением. Следует ввести должности по армейской авиации и ПВО при главкоме Сухопутных войск, командующем войсками военного округа и командующем общевойсковым объединением и воссоздать соответствующие управления и отделы авиации. Эта мера приведет к планомерному решению стоящих перед армейской авиацией проблем и увеличит эффективность ее использования в боевых операциях. Тем более что армейская авиация оставлена в Космических войсках и Ракетных войсках стратегического назначения. В Воздушно-десантных войсках самолетные (вертолетные) эскадрильи входят в состав каждой дивизии. В других силовых ведомствах — МВД, МЧС, ФСБ — авиация входит в состав внутренних и пограничных войск. В Сухопутных войсках НАТО имеется более 2470 боевых вертолетов. В каждом армейском корпусе США, а их более 800 (из них до 350 ударных), а в дивизии — 100–150 вертолетов, восстановить командование армейской авиации в Сухопутных войсках.
Грузинское руководство и объединенный штаб в грузинской армии постоянно наблюдали в режиме онлайн за боевыми действиями, наводили на цель артиллерию и авиацию беспилотными летательными аппаратами. Что касается России, то Военно-техническая комиссия приняла в 2006 г. решение отказаться до 2012 г. от разработки беспилотных ударных самолетов и аппаратов, которые предлагали фирмы «Иркут» и «Яковлев», а также компания «Сухой». Россия значительно отстала в этом отношении от США и Израиля, достаточно существенно — от Индии и Пакистана. За беспилотными аппаратами явное преимущество при нанесении ударов в глубине обороны противника. Это особенно важно для уменьшения людских потерь. Во всем мире идет соревнование за приоритет в использовании беспилотных аппаратов. Грузии разведывательные БПЛА поставляли израильтяне. Армии нужны также ударные, штурмовые беспилотники, а также разведывательные, способные не только выискивать вражеские цели, но и подсвечивать их лазером.