— Салтан, ты сказал, что было принято решение заменить Х. Амина. Но означало ли это, что он должен быть уничтожен физически? Ведь его можно было арестовать, предать суду и действовать по его приговору, а не поднимать шум на весь мир?
— Имей терпение и не забегай вперед. Смещение Х. Амина предусматривалось инсценировать как внутренний переворот. Его осуществление возлагалось на органы КГБ. Какие у них были инструкции — я не знаю. Должны ли были они захватить его живым или убить мне неизвестно. Ты ведь знаешь, что это ведомство не любит посвящать кого-либо в свои планы.
За несколько дней до ввода наших войск в Афганистан Х. Амин переместил свою резиденцию на южную окраину г. Кабула, в капитально отремонтированный дворец Тадж-Бек. Там же, один из его этажей был отведен под апартаменты семьи Х. Амина. Одновременно и Министерство обороны переместилось в здание вблизи дворца.
— Я опять забегаю вперед, но ответь — знал ли и был ли согласен Х. Амин с вводом наших войск в Афганистан?
— Ответ однозначен — знал и согласен. Даже более того, узнав о решении нашего правительства об оказании всесторонней военной помощи Афганистану Х. Амин 27. 12. 79 г. устроил торжественный обед в своем дворце. Возможно были и другие причины для этого обеда, но эта, пожалуй, была главной. На обед были приглашены члены политбюро НДПА, министры правительства и другие видные государственные деятели. После обеда Х. Амин собирался выступить по радио и телевидению с обращением к народу, в котором собирался сообщить о состоявшейся договоренности наших стран о вводе советских войск в Афганистан. Но не успел. Именно на этот день была назначена инсценировка внутригосударственного переворота.
— Эта дата возникла неожиданно?
— Нет. Об обеде было известно за несколько дней. Именно поэтому и был выбран этот день.
Задача по захвату Х. Амина во дворце Тадж-Бек и Министерства обороны возлагалась на органы КГБ. Для проведения этой операции вначале предполагалось привлечь только батальон спецназ (ранее введенный в Кабул) и группы спецназ КГБ. Однако позже у организаторов возникли сомнения — смогут ли они выполнить поставленную задачу этими силами если на помощь охране дворца подойдут войска Калульского гарнизона. Позже, после согласования с Москвой план был уточнен. Теперь к операции привлекались части воздушно-десантных войск, которые должны были сосредоточиться на аэродромах Баграм и Кабул. На них возлагалась задача по блокированию частей столичного гарнизона, захват Министерства внутренних дел, телевидения, радио и других ключевых объектов в городе.
Всем военным советникам в частях Кабульского гарнизона было приказано находиться в них постоянно и принять все возможные меры для исключения возможности выступления афганских войск.
— Замысел действий мне понятен, а как же развивались события?
— Тут уместно привести пословицу — «У семи нянек дитя без глаза». Если руководителей много и каждый из них главный, то без накладок не обойтись. К счастью, они не оказали существенного влияния на ход событий.
В назначенное время начался штурм дворца, Министерства обороны и других важнейших объектов в городе. О ходе боевых действий говорить не буду, т. к. они для военного человека особого интереса не представляют.
Серьезное сопротивление оказала только охрана дворца. За считанные часы все было кончено. Дворец, Министерства обороны и внутренних дел, телевидение, радио и другие объекты были захвачены. Х. Амин и начальник Генерального штаба майор М. Якуб были убиты. Кабульский гарнизон сохранял спокойствие и волнений в городе не было.
Как только стало известно о гибели Х. Амина, то сразу же по Кабульскому радио было передано обращение Б. Кармаля к народам Афганистана.
— А откуда взялся Б. Кармаль? Насколько мне известно, он находился в Чехословакии где ранее попросил политического убежища — спросил я.
— Совсем забыл уточнить эти детали. За несколько дней до всех этих событий он был тайно доставлен в г. Кабул и скрывался в гостевой резиденции Совета Министров ДРА «Чихиль-Сатун», расположенной рядом с дворцом Тадж-Бек. Именно от сюда он и передал свое обращение, записанное на пленку. В нем говорилось, что сегодня Х. Амин — палач афганского народа — свергнут и власть переходит в руки демократии.
Утром следующего дня средства массовой информации передали заявление Афганского правительства (которое должно было передаваться вчера) в котором говорилось, что в связи с усилением внешней агрессии Афганское правительство обратилось с просьбой к СССР об оказании ему срочной политической, экономической и военной помощи. Эта просьба и была удовлетворена. Вот вкратце и все, а дальнейший ход событий тебе известен.
— А потери были большие?
— О подразделениях КГБ — не знаю, а у десантников небольшие, хотя это все равно потери и погибли наши ребята.
— Да, ты прав. Спасибо за информацию. Очень рад, что опять будем работать вместе.
На этом наш разговор был окончен. В ночь с 27 на 28 декабря 1979 года в Афганистане произошел очередной государственный переворот, поддержанный подразделениями Советской армии. В его результате власть перешла от халькистов к парчамовцам и началась активизация гражданской войны, в которую на долгие годы оказались втянутыми и мы.
Государственная граница — эти два слова как бы привораживают к себе, ибо обозначают ту неведомую линию, которая определяет пределы территории своей страны и отделяет от других государств.
Специальные законы каждого государства определяют режим, который строго соблюдается на границе, а также организацию ее охраны.
С давних времен в Афганистане существовал порядок, при котором охрана государственной границы возлагалась на племена, живущие вдоль нее. За эту службу они получали от государства соответствующую плату, определенные льготы и обеспечивались оружием и боеприпасами. Самостоятельного вида или рода пограничных войск в Афганистане не было. В составе каждой пехотной дивизии находилось один-два пограничных батальона, которые несли службу на магистральных дорогах, соединяющих Афганистан с другими государствами и по которым официально разрешался переход государственной границы.
После Апрельской революции новое правительство прекратило финансирование и обеспечение приграничных племен, которые, естественно, прекратили охрану границ. Малочисленные пограничные батальоны, не оснащенные средствами передвижения и связи, не могли обеспечить охрану государственной границы и она, фактически, даже не контролировалась, кроме как на контрольно пропускных пунктах. Единого органа, который отвечал бы за организацию охраны границ и управление пограничными батальонами в стране не существовало. В составе каждой пехотной дивизии имелся отдел пограничной службы, который отвечал за охрану только отдельного участка границы. Всего в Вооруженных силах насчитывалось 15 пограничных батальонов, укомплектованных личным составом на 30–50 %. Протяженность же границы с Пакистаном и Ираном составляла несколько тысяч километров.
К этому времени мы располагали разведывательными данными, о наличии в Пакистане уже 16-ти развернутых центров подготовки мятежников, которые после прохождения трехмесячного курса обучения беспрепятственно пересекали границу Афганистана по 56 маршрутам. Из Ирана так же осуществлялась переброска мятежников, но небольшими группами и менее интенсивно, так он был на грани войны с Ираком. В таких условиях требовалось выработать новые организационные формы прикрытия государственной границы, что бы ограничить доступ мятежников в страну из вне.
После неоднократного обсуждения и доработки такой план, разработанный аппаратом главного военного советника и советником при погранвойсках генералом Власовым при нашем участии был одобрен. Этим планом предусматривалось пограничные батальоны вывести из состава пехотных дивизий и на их основе создать самостоятельный род войск со своим командующим и органом управления. Руководство его деятельностью возлагалось на Генеральный штаб.