– В чем дело? – Ховард уставился на Ди Рэйва. – Ты его знаешь?
– Знаю, – Симон кивнул.
– И кто это?
– Да так. Приятель один, по имени Винсент Торетто. – Вздохнул киномагнат, глядя на то, как Роман Ермак стоит у своего флайера и вертит головой в поисках каких-нибудь признаков жизни.
– На чьей он стороне?
– На моей, – Симон усмехнулся и, выйдя из укрытия, направился к другу.
Завидя его, Ермак заулыбался своей неповторимой улыбкой чеширского кота, которая появлялась на его лице зачастую совсем не к месту и без повода.
– Здарова! – воскликнул он.
– Ты, какого лешего притащился сюда? – нахмурился Ди Рэйв, подойдя к Роману.
– Ты не рад меня видеть? – капитан госбезопасности продолжал улыбаться.
– А че ты лыбишься?! – раздраженно бросил Ди Рэйв. – Меня из-за твоего прилета чуть не грохнули.
– Кто?
– Да так. Сотоварищи одни.
Из-за камней вышли Ховард и Карлос, держа свое оружие наготове.
– Ничего себе укромное место, – хмыкнул Ермак, – Оказывается, еще двое об этом местечке знают?
– Смеешься, Рома? Я прилетел сюда и обнаружил тут семь тысяч персон! Так что здесь и без тебя тесно!
– Чего? – удивился капитан.
– Ты не ослышался.
– Симон тебя 'Октава' разыскивает. И Жанна вместе с ними, – заявил Ермак, решив что эта новость будет сейчас поважнее.
Ди Рэйв нахмурился еще больше.
– Весело, – пробормотал он. Про Жанну он вообще слышать не хотел.
Власть на борту 'Альтаира' сменилась. Рональд Ловский оказался запертым в грузовой камере, а курсанты находились в пилотской кабине. Пятеро из них склонились над бортовыми компьютерами. Федор Петров, Сергей Жуков и Анна Луноходова занимались пространственным ориентированием корабля для дальнейшей калькуляции маршрута обратно на Землю. Мария Цветкова и Наталья Зверева тестировали все системы звездолета на предмет возможных сбоев из-за некорректного выхода из гиперпространства.
Николай Батонов ни тем, ни другим не занимался, ввиду того, что успеваемость по предметам звездолетовождения оставляла желать намного лучшего. Никто из его сокурсников в здравом уме не допустил бы Колю до расчетов курса корабля, а протестировать системы мог и один человек, а этим занимались уже двое.
Курсант просто стоял в стороне и молча лицезрел вид безжизненной планеты, в которую они едва не врезались. Красно-бурая поверхность была испещрена следами метеоритных бомбардировок в виде множества кратеров разных размеров. Яркий свет местной звезды Тау-5 хорошо освещал ландшафт, не встречая на своем пути преграды в виде атмосферы. Игра света и тени на поверхности планеты рисовали причудливые узоры в черных и красных тонах. Звезд на небе практически небыло видно из-за яркого освещения Тау-5 отраженного от близкой поверхности планеты. Однако прямо по курсу в черноте космоса что-то ярко блеснуло, выйдя из тени красного небесного тела и попав под лучи местной звезды.
– Ребята, а мы тут не одни, – пробормотал рыжеволосый Батонов.
Все уставились на него.
– Точно, – хмыкнул Петров. – У меня на радаре появилась отметка. Это небольшой звездолет. И, похоже, он находиться в дрейфе, как и мы.
На приборной панели появилась надпись, говорившая о том, что кто-то пытается связаться с 'Альтаиром'.
Федор включил переговорное устройство.
– …прошу ответить, – закончилась фраза.
– Это космический корабль 'Альтаир' Российского космического флота. Мой идентификационный номер читайте по коду сигнала. Я командир экипажа Федор Петров.
– Федя, у тебя мания величия, – хмыкнул Батонов, хотя конечно знал, что Петров по праву старосты класса является в таких ситуациях и командиром экипажа.
– Частный грузовой корабль 'Дора'. Я потерпел аварию здесь. Была гравитационная аномалия. Возможно неконтролируемый выход из гиперпространства крупного звездолета. Я пока боролся за живучесть своего корабля, у меня выгорели три из пяти леориновых стержня. Корабль староват совсем…
– Блин, ребята, – зашептал Жуков, – Да это мы его чуть не угробили!
– Не мы, а Ловский, – Мотнула головой Наташа Зверева.
– Назовите себя, – продолжал Федор.
– Я владелец корабля. Занимаюсь перевозками грузов по найму в пределах внутреннего пояса Контактики. Меня зовут Дэвид Дэймонд.
– Проверь его по коммерческому реестру, – мотнул рыжей головой Николай.
– Ну ладно, – Капитан пожал плечами и ввел это имя в базу данных.
– Меня в международной базе данных нет. Я состою в закрытой гильдии одиноких звездных рейнджеров. – Говоривший, судя по всему, понял, что его проверяют по компьютеру.
– У одиноких рейнджеров есть гильдия? – хмыкнула Аня Луноходова, – я думала, что на то они и одинокие, что никому не подчиняются и нигде не несут постоянного членства.
– Согласен. – Батонов хлопнул Петрова по плечу, – Федя ну его нафиг.
– Слушай, рыжий, ты чего засуетился? – Староста уставился на своего одноклассника. – У тебя мания преследования?
– Это ты послушай, светлая голова, – огрызнулся Николай, – Пару часов назад нас в заложники взяли и угнали корабль. Тут не нужно быть гением тригонометрии, чтобы понять, что тут что-то нечисто! Свяжись со спасательными службами или любым патрулем!
– Ты же видел, я до этого пытался! Дальняя связь не работает! Мы даже с ним смогли связаться только на дистанции прямой видимости.
– Может это он и глушит?! – Николай ткнул пальцем в иллюминатор.
– Ну, ты и трус, Коля, – хихикнула Зверева.
Батонов зло на нее посмотрел, но ничего говорить не стал.
– Прошу вас дать зеленый свет на стыковку с вашим кораблем. – Снова заговорила рация, – Я теряю кислород. У меня разгерметизация.
– Федя, не вздумай! – Повысил голос Батонов.
– Коля ты в своем уме? – Обратилась к нему Зверева. – Он погибнет, если мы ему не поможем!
– Он про утечку кислорода только сейчас сказал, хотя на связи с нами уже восемь минут! Наташа, где тут логика? Он полоскал нам мозги про то, какой у него звездолет и чем он занимается, а теперь вдруг говорит о разгерметизации.
– Я с рыжим согласен, – кивнул Жуков, – По-моему, он чувствует нашу настороженность и поэтому придумал историю про утечку кислорода.
– Ребята, – произнесла до этого молчавшая Маша Цветкова, – На звездолетах чистый кислород не используется. Это опасно.
– Может, он имел в виду систему регенерации воздуха? Там кислород. – Петров уставился на девушку.
– Если утечка в системе регенерации, то у него есть, по меньшей мере, десять часов. А за это время сюда весь спасательный флот Контактики согнать можно. Так что ну его нафиг, – подытожил спор Батонов.
– В общем, так, – Федор нахмурился, – Решение буду принимать я по праву старшего. И я решил помочь ему.
– Вот балда, – вздохнул Николай.
'Дора' был вдвое меньше 'Альтаира' и его клиновидный корпус имел ярко-оранжевый или красный цвет. Точно определить было сложно из-за отраженного света планеты. Он медленно приближался к Российскому кораблю. Стыковочные камеры практически на всех кораблях Содружества Прогрессивных Цивилизаций были унифицированы под один стандарт, поэтому оба звездолета присоединились друг к другу без особых проблем.
Петров, Зверева и Жуков встречали Дэймонда у двери шлюзовой камеры. Дверь открылась и перед ними предстал яркий блондин, с темными бровями, лет двадцати шести, чуть выше среднего роста и одетый в камуфляж.
– У вас такой молодой экипаж? – он улыбнулся слегка надменно, – Здравствуйте.
– Добро пожаловать, – Федор тоже улыбнулся и пожал ему руку. – Дело в том, что мы курсанты.
– Да? Как интересно. – Он еще шире улыбнулся, обнажая крупные клыки…
… Коля Батонов, Аня Луноходова и Маша Цветкова ожидали их в пилотской кабине. Первым вошел Сергей. Лицо у него было очень хмурым. Следом Вошла Наташа. Она почему-то виновато посмотрела на Колю. За ней появился Федор со злым ворожением лица. Замыкал Дэвид, который держал всех под прицелом мощного бластера.